Чтение онлайн

– Нет… Да… Не знаю!

– Габриэлла, я тебе не враг. Запомни, меня не надо бояться!

Я торопливо надеваю пеньюар, запахиваю его и завязываю так, чтобы шёлковая ткань не распустилась.

– Входи, – зову я.

Мартин зашел ко мне не до конца одетым: брюки сидели низко, открывая доступ к косым мышцам, босиком и в расстегнутой рубашке, волосы небрежно торчали во все стороны.

Только через несколько секунд я осознала, что у меня приоткрыт рот, а я с жадностью рассматриваю его! До этого я видела только своих брата и отца с голым торсом, но их штаны были в порядке и не сидели так низко. Тем более у папы небольшой живот.

– Надеюсь, я тебя не смущаю? – лукаво улыбается муж.

– Нет! Да! Не знаю! – отворачиваюсь и закрываю лицо ладонями.

– Габби?

– Ой, только вот не надо… Ты же понимаешь, что я никогда не видела голых, да что там, и полуголых тоже, мужчин. Брат и папа не в счет, я их с детства видела в любом виде. Ты только не подумай! Их вид был приличнее, чем твой!

Его руки ложатся на мою талию и я перестаю дышать.

– Давай, я сам подберу, – отодвигает меня в сторону, – моя невинная жена. Честно говоря, не думал, что все обстоит именно так! Все-таки жених был.

– Ой, только не надо Ринальдо упоминать! Тем более я совершеннолетней стала полгода назад.

– Все еще больно от его предательства? —--голос звучит мягко, но я теперь стою позади него и вижу, как напряглась спина.

– Нет, забыла про него! Видимо, и не любила никогда!

Мне очень не нравится наш разговор. Врать я не люблю, да и не умею, а отвечать честно больше не хочу.

– Может займешься моим гардеробом? – начинаю я злиться.

– С удовольствием.

И с улыбкой во все тридцать два зуба начинает. Открывает ящики с нижним бельем…

– Что ты делаешь?

– Подбираю гардероб для своей юной жены. А что?

– Я сама разберусь с бельем!

– Ну уж нет! Я же вижу, что ты еще не одета… хм, под пеньюаром.

– Что?

Иду к зеркалу и вижу, что он на свету полупрозрачным кажется.

– Как тебе не стыдно! Почему сразу не сказал! – Мне стыдно и обидно! Ладно бы настоящий брак был! Но меня воспитывали по-другому! Я не привыкла светить своими прелестями перед мужчиной.

– Габби, тише, тише малышка!

– И мне нужен нормальный халат, пеньюар! Называй как хочешь!

– Прости! И, пожалуйста, не кричи. Тут даже у стен есть уши! Мне все равно, о чем будут сплетничать слуги и как далеко это дойдет! Но, думаю, тебе будет неприятно!

– Значит, у тебя неправильные слуги!

– Ты права, многих из них нанимала моя мать!

– От них надо избавиться в первую очередь, – уже тише говорю я.

– Какая кровожадная маленькая леди. Как скажешь, так и сделаем! Не переживай, этот год ты проживешь в комфорте.

Мартин кладет на кровать платье, рядом ставит удобные туфли на небольшом устойчивом каблуке.

– Позови, как будешь готова!

Габби

Захожу в гардеробную, выбираю платье. Аристократы сами себе усложнили жизнь, особенно женщины. Ладно нижние юбки, а корсеты, в них же дышать невозможно! Зато ткань просто великолепна и приятна к телу. Нет, у меня тоже из хорошей ткани платья на выход, хоть и попроще! Но всё равно с аристократическими платьями не сравнится.

Хорошо, что сейчас входят в моду более простые фасоны.

Достаю красивое нижнее белье, опять вспоминаю, как его выбирал Мартин. В моём воображении возникают образы, как мой супруг снимает с меня это бельё. По моей коже пробегают мурашки, соски напрягаются, а внизу живота появляется тяжесть.

Это что еще за реакция организма? С Ринальдо никогда такого не было, впрочем, и мыслей таких неприличных не возникало.

Трясу головой, стараясь прогнать из головы непристойные мысли. Надеваю чулки, красивые, из тончайшего кружева, провожу кончиками пальцев, а в голове картинка того, как это делает Мартин.

– Да что же такое! – вскакиваю, надеваю нижнюю рубашку, юбку и платье.

Решительно иду к двери между наших спален и стучу. Мартин открывает дверь уже полностью одетый. Выдыхаю, а то мне итак хватило… неприличных мыслей!

– Помочь?

– Да, – тяжело вздыхаю и поворачиваюсь к нему спиной.

– Габби, расслабься. Я всегда на твоей стороне. Меня ты можешь не бояться, – его мягкий голос обволакивает. Пальцы скользят вдоль позвоночника, чувствую их тепло даже через ткань, из-за этого мурашки табуном бегут следом.

С трудом сдерживаюсь, чтобы дышать нормально, а не как загнанная лошадь.

– Готово! Пойдем? – муж говорит вполне бодро, даже никакого предыхания или нежности в голосе нет. Вот дура, напридумывала себе!

Выдавливаю из себя улыбку, кладу руку на локоть и мы спускаемся вниз, в столовую.

***

Мартин

Я был очень удивлён реакцией Габби на меня, на моё тело и на мои слова о том, что под пеньюаром она ничего не носит. Только теперь я понял, что она совершенно невинна, даже несмотря на наличие жениха в прошлом. Абсолютно невинна, даже в мыслях. На самом деле я не такой уж и хороший человек. Мне просто очень нужен был брак с Габби. Сегодня я женился, а только вчера сообщил своей любовнице, что между нами всё кончено. Поэтому я дал себе слово не причинять жене боль. Она заслуживает счастья, и не со мной. Не смотря на то, что наша магия идеально сочетается друг с другом, наши дети будут магически одаренные и она мне нравится, очень!

Стою, застегиваю пуговички её платья, смотрю на её мурашки и повторяю, как заклинание: «Она не твоя».

Спускаемся вниз, Сесиль уже накрыла ужин и стоит ждет нас.

– Ты свободна Сесиль, дальше мы сами справимся, – отпускаю прислугу. Не хочу, чтобы нам кто-то мешал.

Габби сначала как профессионал дегустирует блюда, потом с удовольствием ест утку с овощами.

– Твой повар хорош, не все умеют готовить утку таким образом, что та тает во рту.

– Спасибо, я обязательно передам ему твою похвалу. Вина?

– Вообще-то я не пью, но пожалуй сегодня можно немного.

– Уверен, тебе понравится это вино, оно привезено с юга и хранилось у меня в погребе несколько лет, для особого случая.

Открываю бутылку, наливаю Габби бокал и протягиваю. Наши пальцы соприкасаются, тепло проходит по моей руке, и у жены широко открываются глаза, при этом она смотрит куда-то выше моего плеча.

– Крылья… – благоговейно шепчет она.

– Да, вот поэтому нам и надо быть вместе, прикасаться друг к другу. Твоя магия так влияет на мою, – улыбаюсь ей. – Я пожалуй выпью чего-нибудь покрепче. Не возражаешь?