Чтение онлайн

– Сейчас узнаем, - отозвался Брайан. Послышались шаги. Дверь отворилась, и в комнату вошли двое - Ник и какая-то женщина в длинном, широком, похожем на средневековое, платье. Она кивнула Нику, который выдвинул на середину комнаты кресло с высокой спинкой, уселась на него, как на трон, и застыла в величественной позе. Потом она снова кивнула Нику и тихо сказала что-то.. Он едва заметно пожал плечами, поставил на пол рядом с женщиной высокую толстую свечу, разжег огонь в камине и вышел, с грохотом хлопнув дверью.

Энн напряженно вглядывалась в застывшую в кресле фигуру, ей казалось, что она никогда прежде не видела эту женщину, но та вдруг подняла свечу и осветила свое лицо. Это была Фиона. Фиона встала, медленными шагами приблизилась к Брайану и подняла свечу над ним.

– Как ты думаешь, кто перед тобой?
– с торжественным высокомерием спросила она.

– А что тут думать?
– раздался сверху знакомый голос.

Фиона вскрикнула от неожиданности и едва не выронила свечу. На огромном дубовом буфете, прямо над Брайаном, свесив вниз ноги в стоптанных туфлях, сидела Мэб. Судя по всему, она чувствовала себя довольно комфортно и наслаждалась произведенным эффектом. Воцарилось молчание. Энн боялась пошевелиться. Неожиданное появление Мэб вселяло пусть крошечную, но все-таки хоть какую-то надежду на помощь. Энн покосилась на Брайана - его лицо не выражало ничего. Он мрачно смотрел перед собой, словно ничего не видел и не слышал.

– Так кто же я?
– с наигранной веселостью спросила Фиона, усаживаясь в кресло.

– Рианнон Бентон, кто ж еще, - спокойно ответила Мэб.

Брайан испустил глухой стон, и в комнате снова воцарилось молчание.

Пытаясь сохранить былую величественность, Фиона застыла в позе египетской статуи, но по напряженно вытянутой шее можно было догадаться, что она пытается рассмотреть почти невидимую в темноте Мэб.

– Откуда ты узнала мое имя?
– наконец спросила она.

– От твоего деда, - последовал сверху лаконичный ответ.

Рианнон-Фиона некоторое время собиралась с мыслями.

– Но он же умер до моего рождения!

– Зато я его хорошо знала, даже слишком хорошо.
– Мэб заерзала, стараясь усесться поудобнее, и громко чихнула от поднятой при этом пыли.
– Только боюсь, тебе не очень понравится, если я расскажу почему.

– Отчего же, времени у нас достаточно, двери заперты, и, пока сюда не придет Ник, я с удовольствием развлекусь, слушая тебя.
– Рианнон нехорошо усмехнулась.
– Но, предупреждаю, это будет твой последний рассказ. Придя сюда, ты сама выбрала себе судьбу, глупая старая мартышка!

Видно было, что Рианнон доставляет огромное удовольствие выступать в роли Судьбы: ее огромные глаза сверкали, а щеки порозовели от радостного возбуждения.

– Я даже рада, что ты здесь. Умрешь вместе с ними.
– Она злобно расхохоталась.

– Рано радуешься, твой дед тоже когда-то радовался, что я умру, но, как видишь, его нет, а я жива и здорова.
– В подтверждение своих слов Мэб резко взмахнула ногой, и ее туфля шлепнулась прямо на голову Брайана.

Заинтригованная рассказом Мэб Рианнон не заметила этого маленького происшествия, а Брайан даже не пошевелился, из чего Энн сделала вывод, что он тоже напряженно слушает.

– Я узнала тебя сразу, Рианнон, - продолжила старушка, потому что ты похожа на всю вашу проклятую породу. Узнала и поняла, что ты замыслила недоброе и будешь добиваться своего, чего бы тебе это ни стоило.
– Она помедлила.
– Я ведь знаю о проклятии Брана.

– Чушь, не существует никакого проклятия! резко возразила Рианнон.

Однако Мэб не обратила на ее слова никакого внимания и продолжила:

– А о твоем имени мне рассказал твой дед, он был тогда еще совсем молодым человеком. Он был большим шутником, твой дед, а какой красавец!
– Голос Мэб зазвучал почти мечтательно.

– И что из этого?!
– раздраженно поторопила ее Рианнон.

– Чаще всего мы встречались с ним в башне, - продолжила свой рассказ Мэб, - носящей то же имя, что и ты, и однажды он мне сказал: "Я обязательно назову свою дочку Рианнон, а если родится сын, то велю так назвать внучку". Я сказала, что нехорошо давать ребенку имя самой злой богини, а он ответил, что не имеет ничего против, чтобы боялись его детей, и хочет, чтобы его дочь или внучка была похожа на Рианнон. А уж как он старался, чтобы я влюбилась в него! И я, конечно, без памяти влюбилась, а пришла в себя, только когда он предложил мне ни больше ни меньше как отравить своих хозяев, и я, хоть и была молоденькой дурочкой, сразу же поняла, что была нужна ему только для этого.

– О Боже!
– воскликнула Энн, с ужасом глядя на Рианнон.
– Да вы все просто безумные!

– Нет!
– Рианнон гневно топнула ногой.
– Мы не безумны, мы следуем пророчеству!

– Полный бред, - донеслось из угла, в котором лежал Брайан.

– А что он мне только не говорил, - лился тем временем со шкафа певучий речитатив.
– И глаза-то мои - сапфиры, губы - влажный коралл, зубы - жемчуг, грудь...
– Мэб смущенно закашлялась.
– Ммм, так о чем я? Да, он предложил мне отравить моих хозяев, твоих деда и бабушку, Бран.

– И ты отказалась, потому что поняла, что тебя использовали!
– насмешливо констатировала Рианнон.

– Я отказалась, потому что не хотела убивать моих добрых хозяев и ни в чем не повинных людей. Одно дело - соблазнить глупую девчонку, и совсем другое толкнуть ее на преступление. А использовать вы, Бентоны, умеете! Ты-то использовала всех, даже Клару!

Рианнон самодовольно улыбнулась.

– Рано радуешься, - прозвучало сверху, - послушай, что было дальше.

– И что же было дальше?
– Рианнон довольно неудачно изобразила зевок.

– Я наотрез отказалась и пригрозила, что расскажу обо всем своим хозяевам. Видимо, твой дед перепугался, но не подал виду, а сказал, что сам понимает, как заблуждался, и что никогда в жизни не поднимет руку ни на кого. А в знак примирения предложил мне покататься на лодке в море. Он знал, что я больше всего на свете люблю морские прогулки, и я поверила. Знаете, когда любишь кого-то, то хочется ему верить!
– Мэб вздохнула и задумалась.

Энн пыталась тем временем проанализировать шансы на спасение и поняла, что помощи ждать неоткуда. Помочь они могут себе только сами. Брайан был крепко связан, она тоже, надежда оставалась только на Мэб. Та тем временем вновь приступила к повествованию.

– Твой дед отвез меня далеко в море на маленький островок и высадил там. Этот островок известен тем, что во время прилива полностью скрывается под водой и на нем нет ни дерева, ни камешка, на который можно было бы залезть. Только высокий гладкий столб, воздвигнутый в незапамятные времена в честь Пуйла, владыки потустороннего мира. Так вот, Бентон высадил меня там и сказал: "Я не буду пачкать об тебя руки, глупая маленькая дрянь. Тебя убьет твое любимое море. Ты отказалась от чести помочь мне, вообразила, что это сойдет тебе с рук и я позволю рассказывать о том, что я задумал, и помешать мне. Когда твое тело, обглоданное рыбами, волны вынесут на берег, все решат, что ты просто утонула или утопилась от несчастной любви!" Он страшно веселился и хохотал как безумный.
– Мэб сделала паузу.
– Он, впрочем, и был безумным, как все вы, Бентоны. Проклятие Брана - жестокое проклятие.