Чтение онлайн

Вечером охотники принесли не только мясо. Но и вполне роскошную по нашим меркам находку: дикие или, наверное, правильнее будет сказать одичавшие морковь и лук. Так что за ужином у нас было благоухающее на весь дворец жаркое.

— Ну вот, мы уже и почти обжились на острове! — неловко пошутил Линнарт, когда от жаркого остались лишь пятна подливки на тарелках и несколько косточек. — Нам бы еще хлеба сюда…

— И женщин! — подхватил кто-то из молодых матросов. На него зашикали.

— Простите, госпожа герцогиня! — смущенно извинился за болтуна капитан.

Я кивнула, предпочитая не развивать тему. И сразу переключилась на другое:

— Странно, вообще-то. Нам то одно подбросят для более комфортной жизни, то другое. Ощущение, что кто-то за нами наблюдает и таким образом развлекается. Но почему не хотят отпустить? Мы должны что-то выполнить, но еще не выполнили? Или просто кому-то скучно, а мы невольно оказались в роли игрушек?

Все сразу притихли. Домой хотелось всем. Так что градус настроения за столом снизился. Как температура зимой.

Линнарт грустно покачал головой:

— Я не знаю, госпожа герцогиня. Может быть, Его Высочество сумеет ответить на этот вопрос, осмотрев остаток острова.

Я пожала плечами в ответ:

— Может быть. Посмотрим.

Но в душе я не верила в собственные слова. Мне казалось, что Мартиниан не заметит очевидного даже у себя под носом. И что только я могу найти ответ на этот вопрос.

Липовый супруг со своей группой отсутствовал четыре дня. За это время моя команда полностью собрала все ягоды кофе. Теперь нам оставалось только присматривать за сохнущим урожаем. От безделья мне пришла в голову мысль, что неплохо было бы присмотреть несколько молоденьких саженцев, которые можно будет выкопать и забрать с собой, когда нас, наконец, выпустят с острова.

Я сходила с Линнартом и несколькими матросами туда, где охотники нашли одичавшие посадки моркови и лука. И пока матросы заготавливали корнеплоды, ухитрилась отыскать в зарослях несколько чахлых вилков капусты. Подоспевший на мой радостный возглас Линнарт радостно рассмеялся и ткнул меня носом в то, на что я, городская жительница, даже не обратила внимания: на уже созревшие семена капусты. Теперь, если вопреки всем ожиданиям мы застрянем на острове, основные овощи у нас будут.

На четвертый день отсутствия Мартиниана я проснулась утром с головной болью. За окном было пасмурно и шумела взволнованная листва. Погода менялась. Мою догадку подтвердил и Линнарт, когда мы с ним встретились в столовой перед завтраком:

— Надвигается гроза, госпожа герцогиня, — почтительно поцеловал он мне руку. — Как там ваш кофе? Нужны люди на помощь?

— Спасибо, — с улыбкой отказалась я. — Справимся!

Накануне мы с матросами сняли первую партию просушившихся ягод. И я даже провела первую очистку. Успешно. Но устала так, что еле-еле доползла до своей комнаты. Оказалось, что очистка свежих и сочных ягод не идет ни в какое сравнение с чисткой высохших, задубевших хоть и не до состояния камня, но вполне себе твердых. Чистить высушенную вишню оказалось так же легко, как соскабливать верхний слой с камня ногтем. Но я еще ночью решила, что подготовленную к чистке ягоду перенесу в пустующую гостиную. И дождь с птицами до нее там не дотянутся, и мне будет удобнее работать с ней. Если не рассчитаю силы, можно будет отдохнуть прямо там.

Вишню перетаскивали до самого обеда. Часть ягод была еще недосушенной. Но выбора не было. Оставить ее на площадке под открытым небом, судя по этому самому небу, было равносильно выбросить ее. Так что не досохшую тоже перенесли. Но отдельно. И сразу рассыпали в углу комнаты на полу, в надежде, что она там досохнет.

К обеду небо заволокло плотными и тяжелыми, набухшими влагой сизыми тучами. Еще более усилившийся ветер рвал с деревьев листву, поднимал с дорожек пыль, закручивая ее в маленькие смерчи, швырял нам в глаза. Гнал по небу небольшие клочки, оторванные от туч. Пугал пернатых обитателей острова, притаившихся в ветвях деревьев. Судя по всему, буря собиралась нешуточная. И я впервые вспомнила о Мартиниане. Мы пока не знали, насколько сильными могут быть на острове ливни и грозы. И отсутствие принца внушало тревогу. Найдут ли он и его люди укрытие? И безопасно ли будет там? Я примерно представляла, насколько опасным и непредсказуемым может оказаться селевой поток. На душе щемило от тревожного предчувствия.

— Принц, конечно, никогда ранее не бывал на подобных островах. Но тем не менее, он опытный воин, охотник и путешественник, — пытался утешить меня за ужином Линнарт. — Он умеет оценивать опасности и зазря рисковать своей жизнью и жизнями вверенных ему людей не станет.

У меня от беспокойства и тревоги кусок в горло не шел. И чем ближе была ночь, тем сильнее было давление стресса. Нора уже заварила для меня успокаивающие травки, которые я проглотила залпом и без вопросов. Будто воду. Они и подействовали на меня словно вода. То есть, не подействовали вообще. Сидя за общим столом, я бессознательно возила по тарелке ложкой и беспрестанно косилась на окно.

А за окном метались и стонали в пугающем танце с ветром деревья. Уже несколько раз темное небо пропарывали молнии. Но гроза еще пока была где-то над океаном и должна была добраться до острова при существующем раскладе вещей уже после полуночи. Если ничего не изменится. А пока дождем только пахло. Свежий запах, перемешанный с морской солью, приносил на своих крыльях вездесущий ветер. И легче от понимания, что вся мощь стихии обрушится на дворец глубокой ночью, не было.

Я первой встала из-за стола, так ничего и не съев. Задолго до того, как работавшие весь день мужчины закончили ужинать. Линнарт тоже вскочил следом за мной. Но я покачала головой и жестом велела капитану сесть обратно:

— Продолжайте ужин, капитан! Даю слово, что из дворца ни ногой.

— А куда вы, ваша светлость? — немного недоуменно и хмуро поинтересовался у меня Линнарт.

— Прогуляюсь. Пройдусь немного по первому этажу. — И, вспомнив свое умение находить приключения на ровном месте, добавила: — Только по жилой части! Далеко заходить не буду, пытаться подняться на второй этаж тоже! Я просто не могу усидеть на месте от тревоги, — тихо призналась в конце.

Как ни странно, но именно эти мои слова нашли понимание у капитана. В глазах Линнарта, Дойла, Пека и других зажглось сочувствие. Видимо, они решили, что я переживаю из-за супруга. Впрочем, отчасти так оно и было. Но лишь в какой-то мере. В целом природу, источник своей встревоженности я сама определить не могла.

По коридорам замка гулял ветер, пахнущий грозой и морской солью. Он врывался через незастекленные окна и метался по переходам, как будто даже притушивая магическое освещение. Этого, конечно же, не могло быть. Но так казалось из-за непонятно откуда берущихся теней, пляшущих по стенам и скалящихся на меня с потолка. Было жутко. Но меня даже страх не останавливал. Вернее, именно он гнал меня вперед. Куда-то. Куда — я не знала сама. Но чувствовала, что мне туда нужно.

Некоторое время я действительно бродила по коридору, в котором располагались жилые комнаты, туда и сюда. Как маятник: тик-так, туда-сюда. Но после одного особенно сильного порыва, который почти толкнул меня в спину, буквально таща за собой, вцепившись мне в юбки, я поняла: мне нужно на выход. То, что неслышно звало меня, находилось за стенами приютившего нас дворца.

У меня хватило ума не идти одной. Уже на пути к выходу на глаза попались трое матросов, куда-то идущих по своим делам после ужина. И к счастью, среди них был один из тех, кто работал со мной на кофе.

— Идем со мной! — вцепилась я в руку опешившему мужчине. — Мне нужно выйти, но одна я боюсь!

Матросы озадаченно переглянулись. Боюсь даже представить, о чем подумали. Но спорить с герцогиней никто не стал. Пошел не только тот, которого я звала с собой, но и его приятели. Они окружили меня, взяв в своеобразную коробочку, и так сопроводили на выход.