Вопреки инстинктам
Шрифт:
Всё моё внимание направлено на горло оборотня, в которое я собираюсь вцепиться человеческими зубами. Пусть у меня сейчас и нет острых звериных клыков, но я и так смогу прокусить его кожу в том месте, где бьется сонная артерия.
Перед тем как сделать бросок и вцепиться ему в шею, перед глазами взрываются миллиарды звездочек и сознание на будто отключается.
Сколько времени прошло с этого момента, даже не понимаю.
Прихожу в себя… волчицей, стоящей над телом Зарубина, лежащего на земле с открытыми глазами и с разорванным горлом.
Моя вторая сущность довольно скалится, видя мертвое поверженное тело врага. Все четыре лапы дрожат, а со звериной морды капают капли крови мужчины.
Дикая слабость во всем зверином теле заставляет меня слезть с тела оборотня и рухнуть рядом с ним.
Радостное скуление сына сбоку заставляет с трудом повернуть голову туда.
Мой волчонок приближается ко мне, восторженно сверкая глазками.
Наверное, ровно в эту секунду до меня полностью и доходит, что именно произошло.
Моя волчица вернулась!
Она снова со мной!
Пусть слабая, как новорожденный младенец, тоже находящаяся в неком шоке и недоумении, но… она вернулась!
Тим подлетает ко мне и начинает, не обращая никакого внимания на чужую кровь, быстро облизывать мне мордочку своим маленьким язычком.
Я чувствую от волчонка волны безумной радости и восторга, что его звериная сущность вернула себе мать-волчицу. Знаю, как дико он скучал по ней.
С трудом начинаю тоже проходиться своим шершавым волчьим языком по жесткой шерстке сына. Моя волчица тихо рычит от радости, продолжая вылизывать своего детеныша.
Спустя, наверное, минут пять Тим успокаивается и укладывается мне под бок, крепко прижимаясь и смотря на меня довольными глазенками.
Чуткое звериное ухо улавливает быструю и тяжелую поступь волка, стремительно несущегося сквозь заросли леса в нашу сторону.
Невольно напрягаюсь, опасаясь, что это может быть кто-то из людей Зарубина. Но тут же волчица расслабленно выдыхает.
Тимур!
Именно он в обличии зверя несется на всех парах к поляне, на которой мы лежим с сыном. Моя пара охвачена таким сильным тревогой и ужасом, что меня пробирает дрожью. Я понимаю, что обуревавшие его чувства даже не дают понять Тимуру, что мы с сыном в порядке. Он даже не соображает, что чувствует мою волчицу, настолько страх перекрывает все остальные эмоции.
Какой-то миг, и огромный черный волк с бешено горящими желтым светом глазами вылетает на поляну.
При виде нас, белой волчицы с кровавой мордой и черного волчонка, спокойно лежащих на зеленой траве, он резко тормозит, поднимая мощными лапами клубы пыли вверх, и резко бухается на мохнатую задницу.
Мы с волчицей довольно щуримся, наблюдая за шоковым состоянием своего волчары. Сын крутит своей головешкой, смотря то на меня, то на Тимура. Не понимает он, почему его отец застыл и не спешит приближаться к нам.
А Тимур на пару с его зверем в глубоком ступоре. Волчара даже не моргает, широко распахнув глаза.
Кажется, проходит минут пять, прежде чем Тимур очухивается. Он поднимает свою пушистую задницу и начинает медленно двигаться в нашу сторону. Его глаза приобретает какую-то осмысленность и начинают ярко светиться от восторга.
Дойдя до меня и сына, он нависает над нами.
Поднимаю голову и смотрю ему прямо в глаза. Наш зрительный контакт длится, кажется, вечность.
В глазах волка Тимура я вижу восхищение и любование видом моей белой волчицы.
И я точно знаю, что он видит в глазах моего зверя.
Там светится спокойствие, счастье и… любовь!
Эпилог
Мои острые звериные зубы клацают впустую, не успевая цапнуть и захватить черную шерсть волка Тимура, отскочившего в этот момент от меня подальше.
Рыча от разочарования, моя волчица прожигает свою пару убийственным взглядом.
Черный волк радостно скалится, поблескивая белыми клыками, но подходить ко мне не спешит.
Гад!
Наглая мохнатая морда, которая пользуется тем, что мне уже тяжело быстро бегать и ловко маневрировать, отвечая на его звериные заигрывания.
Я выгляжу, что в человеческом, что в волчьем обличие огромным неповоротливым дирижаблем. И меня это бесит, так как хочется уже разродиться и снова почувствовать себя стройной и маневренной.
Роды должны начаться со дня на день. Но я продолжаю каждый день оборачиваться, так как этого требует от меня волчица. Видимо, месяц «взаперти» меня, когда она не могла выбраться наружу, дался ей так же тяжело, как и мне. Она чувствует страх, что это повторится. Часто беспокойно мечется внутри, поскуливая, а иной раз и требовательно рыча.
Вот и приходится идти ей на встречу, каждый вечер перевоплощаться и нарезать круги в лесу недалеко от дома, тем самым хоть немного, но успокаивая её.
Тимур, само собой, всегда со мной. Тоже обращается в зверя и бежит рядом. Иногда начинает заигрывать, покусывая волчицу за холку и отскакивая тут же в сторону.
И если раньше я довольно резво бросалась на него, отвечая на его заигрывания, то теперь с этим большие проблемы. Уставала я быстро и скакать так же, как и на маленьком сроке беременности, у меня уже не получалось.
Как бы занят он не был, в последний месяц он всегда на прогулке со мной. А занят он теперь часто. И всё почему? Да потому что он теперь является альфой моей стаи. Вернее, уже нашей.
Мы решили, что так будет правильно примерно месяца три назад.
С самого первого дня, как мы сюда вернулись из больницы, именно Тимур вел все дела стаи Ольховских. Впрочем, он же и так это делал, пока я отсутствовала шесть лет. Дядя Миша, хоть и являлся главой стаи на тот момент, но по факту именно Тимур рулил всем. И об этом мне рассказал сам дядя Миша.
Обдумав и всё тщательно взвесив, я предложила Тимуру стать во главе стаи. Он не сразу согласился. Так же как и я, обдумывал всё дня два или три. Но потом всё-таки признал, что это самый правильный и оптимальный вариант из всех возможных.
Так что теперь наши с ним стаи объединены. И все его люди, которые до этого жили в городе, переехали сюда, на территорию стаи Ольховских.
Мои люди довольно легко приняли такие изменения и нового Альфу. Возможно, они не стали протестовать и возмущаться потому что чувствовали, что я искренне этого хочу. Хочу по большей части заниматься детьми и чтобы вожаком стал именно Тимур.