Чтение онлайн

— Он не жирный! — Марина заступилась за зверюшку, — это просто порода такая.

— Ага, потом не пугайся, если из него вырастет медведь!

Так они остались ночевать втроем. Марина с Бронькой на диване в большой комнате, Вадиму же досталась маленькая кровать Марины в детской. Он ворочался всю ночь, прислушивался, несколько раз выходил под предлогом попить и в туалет, но Марина спала. Только Бронислав поднимал лохматую голову и смотрел, как будто спрашивая «Что ты ходишь? Людям спать мешаешь!»

Утром Вадим проснулся от запаха горячей еды и выйдя на кухню увидел Марину в фартуке. Она стояла к нему спиной и пекла блины. Это был первый раз, когда Марина так уверенно хозяйничала на кухне, и парень просто стоял и смотрел на любимую девушку. Она обернулась, приветливо улыбнулась и жестом пригласила его за стол. Сметаны в холодильнике не было, но зато нашлась банка сгущенки, которую с удовольствием открыли и ополовинили. Бронислав топтался тут же, наступая мохнатыми лапами на ноги, постоянно находясь под угрозой быть раздавленным и время от времени поднимал голову вверх, принюхиваясь к вкусным запахам. Вадим бросил ему небольшой сухарик. Поймав угощение, свин деловито утащил его за напольный горшок с цветком и там, не торопясь, съел.

После завтрака Вадим засобирался на работу. Правда, время у него еще было, но он хотел заехать домой и переодеться. Когда он ушел, пообещав вернуться поскорее, Марина вернулась на кухню, села на освободившийся табурет и, глядя, как Бронька за горшком прячет остатки завтрака, задумалась.

Ощущая себя ненужной, лишней в этом уютном доме, Марина в очередной раз размышляла, как ей быть дальше. Что-то неуловимо ушло из ее жизни, она осознавала это. И ни веселые друзья, ни любимый человек, как по привычке она назвала в уме Вадима, не могли сдвинуть с места тяжелый груз произошедшего.

Перебирая в голове тяжелые мысли, она весь день занималась домом. Сделала уборку, протерла все цветы, проветрила комнаты. К вечеру заняться было нечем, и она оделась и вышла во двор. Дом стоял вдалеке от основной дороги, и поэтому тут было относительно тихо и чисто. Она села на качели, и стала тихонько отталкиваться от земли, слегка раскачиваясь. Шедшие с работы домой соседи здоровались, кивали, поздравляли с выздоровлением и спешили домой, а Марина продолжала сидеть. Из-за угла въехала машина, девушка увидела Вадима, радостно махающего ей. Она встала с качели, пошла навстречу. Молодой человек выскочил из машины, вытащил с заднего сидения два пакета, захлопнул дверь и направился к ней.

— Приветик, — Вадим улыбался, — соскучился по тебе. Ты как?

— Нормально, — Марина протянула руку за одним из пакетов, но Вадим покачал головой и понес сам. Одной рукой он приобнял ее за плечо и прижал к себе. Марина не сопротивлялась, ей было приятно.

Они вошли в квартиру, разделись, повесили куртки в шкаф. Разложив продукты по полкам, Марина пригласила Вадима ужинать. Все было так просто и по-семейному, что оба расслабились, начали смеяться, Вадим рассказывал о событиях на работе, Марина слушала, кивала, улыбалась. На голоса вышел Бронька, спавший весь день, и сразу направился к миске на полу, где для него оставили еды. Весь вечер они провели за просмотром телевизора, переключая с одной программы на другую, убегая от надоевшей рекламы и сетуя на однообразие передач на современном телевидении.

Ночью Марине не спалось. Сказывалось то, что она много времени проводила в пассивном состоянии, не успевала устать. Она встала, дошла до кухни, открыла холодильник, достала коробку с соком. Налила в стакан, выпила. Сок был холодным, зубы свело. Марина передернулась, покрылась мурашками. Она поставила коробку в холодильник, закрыла дверцу и повернувшись, чтобы вернуться в постель, увидела стоящего в дверном проеме Вадима. Она так не ожидала его увидеть, что подпрыгнула на месте. Парень стоял молча, и смотрел на нее, она тут же осознала, что вышла в одних трусиках и короткой маечке. Растерявшись, Марина замерла на месте, а Вадим быстро приблизился и прижал ее к себе. Он так крепко и так нежно обнимал ее, что она даже не сопротивлялась, зарылся пальцами в ее распущенные волосы и приподняв ее лицо прижался к губам. Он долго целовал ее, а потом взял на руки и отнес на диван. От его жарких поцелуев она и сама будто заразилась его жаром, отвечала на поцелуи еще более жаркими поцелуями, на объятия еще более крепкими объятиями. Но когда Вадим взялся за резинку трусиков, ее неожиданно, будто током ударило. Она начала сопротивляться, выскользнула из-под тяжело дышащего парня и отскочила к стене. Вадим недоуменно поднялся ей навстречу, но, как только он сделал попытку приблизится, она зашептала «Нет, нет, нет, нет, нет!!!»

Вадим остановился. Он ничего не понимал. Несколько минут назад она была готова отдаться ему, он чувствовал это, а сейчас она стояла, вся неприступная, готовая бежать, если он попытается подойти к ней.

— Маринка, Мариночка, что с тобой? — Вадим не двигался с места, боясь испугать девушку.

— Нет, нет, я не хочу, это неправильно! — она как в горячке повторяла одно и то же, а из глаз лились слезы.

Вадим тяжело вздохнул, сел на краешек дивана, взял одеяло и жестом позвал девушку. Она замотала головой, отказываясь подходить. Тогда он встал, подошел к ней, завернул ее в одеяло и уложил на диван. Она лежала и плакала как ребенок. Она видела, что он любит ее, но что-то пошло не так, что-то сломалось в ней, и она не та Марина, которая собиралась замуж за него. Этот внутренний конфликт не давал ей покоя с того самого дня, когда она очнулась в больничной палате.

Марина повернула голову и увидела Вадима, который наклонив набок голову, терпеливо сидел рядом. Она села, вытерла слезы, шмыгнула носом, развернула одеяло и пригласила его в свою импровизированную палатку. Молчать уже больше было нельзя, и она заговорила:

— Вадь… Ты замечательный. Ты настолько замечательный, что у меня даже нет слов!

— Но ты не можешь быть со мной, да? — Вадим с горечью произнес эти слова, и Марина поняла, что он давно все осознал, но до последнего надеялся. Он мог ждать вечность, но она не могла ему дать тех чувств, каких он хотел. И она не хотела его обманывать.

— Я… я не знаю… Может быть мы поторопились?

Эти слова прогремели как гром. Вадим ждал чего угодно, но не этого. Хотя в душе он понимал, ощущал, что нет былой близости, но, все же надеялся, что Марина снова станет прежней.

— Мариш, о чем ты говоришь? Что значит поторопились? Мы с тобой встречаемся уже больше трех лет! — он пытался говорить размеренно, тихо и спокойно, боясь спугнуть ее и надеясь, что она каким-то образом одумается и придет в себя. Но, он тут же увидел, что она прямо смотрит на него и в ее глазах нет ни капли прошлых чувств.

Он молча встал, оделся и ушел.

Марина все еще ощущала его присутствие, чувствовала его запах, переживала, что все так вышло, но все-таки не жалела о том, что они поговорили… Ей нужно было подумать.

На следующий день Вадим не появился. И через день тоже. И через неделю. Марине было печально, но она не звонила и не искала друга, понимая, что ему тяжело.

Глава 9

Спустя несколько дней, безрадостных и унылых, наполненных размышлениями и самокопанием, в дверь позвонили. Марина, истосковавшаяся по общению, радостно побежала открывать. Она ожидала увидеть девчонок, но на пороге стояла пожилая женщина с дорожной сумкой в руках.

— Тётя Наташа! — Марина обрадовано ахнула, схватила одной рукой сумку, другой женщину под руку и начала втаскивать ее в квартиру.

— Тётечка Наташечка, как я рада тебя видеть! — она обнимала и обнимала родственницу, целовала ее в щеки и нос. Тетя Наташа была маминой старшей сестрой, очень старшей, как говорила сама тетка, разница в возрасте у мамы и тети Наташи была большая, двенадцать лет, но они были похожи внешне.

Наконец возгласы и всхлипывания закончились, Марина дала возможность тетке раздеться, сама с удовольствием помогла снять ей пальто, и повела на кухню. Тетя Наташа с наслаждением села на мягкий стул и вытянула ноги, дорога была все-таки не из легких. Она смотрела на любимую племянницу и удивлялась, как она изменилась. Последний раз они виделись на похоронах марининых родителей, Марина тогда была убита горем, но все-таки выглядела пышущей здоровьем девушкой, а сейчас от былой красоты осталась тень, девочка сильно похудела, осунулась и выглядела изможденной. Но голосок был по-прежнему бодрым, это вселяло надежду на то, что когда-нибудь она восстановит силы.