Чтение онлайн

Краем глаза я наблюдал за Зефиром. Он стоял недвижимо, словно изваяние, лишь его длинные, тонкие пальцы слегка перебирали складки плаща. Сёстры клялись, что этот мужик надёжен. Что его наняли через третьи руки, что он профессионал и ему нужно убраться из города. Что заплатили столько, что хватит начать новую жизнь где-нибудь в Земном Круге.

Арикель говорили, что его магия Воздуха будет незаменима для того, чтобы проникнуть в поместье.

Но доверять ему? У меня даже мысли такой не было!

Как я не уставал себе повторять — доверие в Артануме роскошь, которую нельзя себе позволить. Даже с Джеки или сёстрами, не то что с каким-то наёмным магом, от которого пахло грозой.

Он был очередным инструментом. Удобным, дорогим, возможно, даже острым. Но инструментом. А я уже прекрасно знал, чем заканчивается игра с чужими инструментами — можно запросто отчекрыжить себе палец или вовсе распрощаться с жизнью.

Именно поэтому я встретился с ним уже в маске — не хотел, чтобы он знал меня в лицо.

Скрип массивных петель, громкий даже на фоне общего гама, вырвал меня из размышлений. Тёмное дерево ворот поместья Хэмли с тяжёлым стоном подалось наружу. В проёме, подсвеченные трепещущим светом факелов, возникли три фигуры в кожаных доспехах с эмблемой Хэмли на наплечниках — скрещённые кошель и ножны. Их лица были хмурыми и раздражёнными.

— Эй, доходяги! А ну брысь отсюда!

Взгляд Зефира, холодный и острый, встретился с моим. Он едва заметно кивнул.

Мы рванули одновременно, выскочив из укрытия, пересекли улицу вне зоны зрения стражи и помчались вдоль чёрной базальтовой стены, уводящей вдоль владений Хэмли. Шум потасовки у ворот быстро остался позади, заглушаемый гулом крови в ушах. Под ногами шуршали опавшие листья, а от стены веяло могильным холодом.

Через несколько десятков шагов мы замерли у нужного участка. Стена здесь была такой же неприступной, как и везде. Однако это был участок, за которым был самый неприметный участок внутреннего двора.

Зефир, не теряя ни секунды, выхватил из кармана плаща небольшой бронзовый диск, испещрённый сложными серебряными насечками — артефакт, который я месяц назад выкрал у одного «чешуйчатого». Как выяснилось — для этого самого момента.

Зефир прижал диск к груди, его пальцы побелели от усилия.

Воздух вокруг нас вдруг загустел, затрепетал. Пахнуло озоном так сильно, что запершило в горле. Диск упал на мостовую и звякнул, а в следующий миг я почувствовал, как невидимая сила обвивает мои ноги, талию, подхватывает под мышки — плотная, упругая, словно канат из невидимой паутины. Зефир что-то прошептал, его голос сорвался на высокой ноте, и земля уплыла из-под ног.

Мы поднимались рывками, неровно. Не плыли, а скорее дёргались вверх, будто марионетки на невидимых нитях. Я закусил губу, впиваясь пальцами в складки плаща мага, стараясь не смотреть вниз. Базальтовая кладка проносилась перед глазами тёмным, шершавым потоком.

И тут я услышал его дыхание.

Оно стало частым, прерывистым, совсем не похожим на ровный ритм всего несколько минут назад. Я бросил взгляд на Зефира. Его лицо, освещённое двойным светом расколотой луны, было искажено гримасой животного ужаса. Он смотрел не вверх, на край стены, а куда-то в сторону, его взгляд был стеклянным, широко раскрытые глаза блестели влажным блеском.

Ну блеск! Сёстры наняли мага воздуха, который боится высоты!

Невидимые «канаты» воздуха на мгновение задрожали и снова натянулись, отчего меня качнуло в сторону, и я едва не стукнулся плечом о выступ стены.

— Соберись, болван! — прошипел я сквозь стиснутые зубы, чувствуя, как холодный пот стекает по моей спине, — Расшибёмся же!

Зефир ничего не ответил, лишь сглотнул с таким усилием, что это было слышно даже за звуком ветра подъёма. Он зажмурился, развёл дрожащие руки, и нас резко дёрнуло вверх.

Перед нами мелькнул узкий зубчатый парапет, увенчанный острыми металлическими копьями. Я едва успев вцепиться в ледяные, обжёгшие пальцы холодом, наконечники обеими руками — и магия воздуха перестала меня удерживать.

Тело вдруг стало тяжёлым, и я, стараясь не слишком скрипеть зубами, подтянулся, упираясь ногами, перекинул одну из них через парапет, и уселся меж двух копий.

Тяжело дышащий Зефир сделал то же самое. Капюшон слетел с него, длинные чёрные волосы разметал ветер, и уверен — под маской его рот перекосило от ужаса. Он дышал так, будто только что пробежал десять миль, а не поднял нас на десяток метров.

Оказавшись на узком карнизе, я не стал тратить драгоценные секунды.

Оглядевшись, и убедившись, что под нами конюшни, а ближайшая стража рядом с ними, я скрежетнул зубами.

— Снова твой ход, — едва слышно бросил Зефиру, всё ещё бледному, но уже взявшему себя в руки.

Маг кивнул, его пальцы сложились в сложную фигуру. А затем он щёлкнул пальцами, послав в дальний угол двора тонкий, сконцентрированный сгусток воздуха.

В тишине ночи прозвучал резкий, хрустальный треск — где-то в темноте упал и разбился одинокий фонарь. Стекло звякнуло, свет погас, и тут же под нами донеслись удивлённые вскрики стражников, а затем и тяжёлые шаги, уходящие в сторону шума.

Пора!

Я скинул с плеча свёрнутый канат с крюком, размотал его и, сделав короткий размах, швырнул тяжёлый стальной наконечник вверх, в сторону тёмного силуэта особняка.

Одновременно послал вдогонку импульс магии — ледяную волну, бегущую от ключицы к кончикам пальцев. Камень Силы под кожей дрогнул, отозвавшись напряжённым холодком.

Старый трюк лучше нового, как говорил Хрип…

Крюк, описав тяжёлую дугу, начал было терять высоту, но моя сила удержала его, подтолкнула вперёд и вверх. Правда, мне хватило сил лишь на то, чтобы дотянуть его до уровня второго этажа. С приглушённым лязгом он впился в каменную кладку прямо рядом с одним из высоких, тёмных окон, но до крыши или окон третьего этажа добраться не смог.

Хватит и этого, всё равно окна третьего этажа защищены так, что взламывать их пришлось бы всю ночь…

Я замер, глядя во двор — но стража была увлечена тем, что исследовала сломанный фонарь и прислушивалась к творящему у ворот беспорядку.

Отлично!

Мы поползли по верёвке, перебирая руками и цепляясь ногами за скользкий канат. Ветер гулял по двору, раскачивая нашу ненадёжную переправу, но отвлекающий манёвр сработал — на нас никто не смотрел. Вскоре мы уже стояли на узком каменном выступе под окном второго этажа.