Чтение онлайн

Позови человека,

Который изменит любовь,

Он исцелит мир сердец,

Нуждающихся в заботе.

Он зажжет свет,

Когда ты не сможешь понять, что делать дальше.

Позови человека.

Он будет нужен тебе.

Он нужен в хаосе и неразберихе,

От равнин до городов.

Нужен там, где гордые, ходящие по проводу, готовы упасть.

Позови человека,

Который изменит любовь,

Может быть он сможет исцелить твое разбитое сердце,

Зажжет свет,

Сейчас, когда будущее неясно,

Позови человека.

Он нужен здесь.

Позови человека.

Он нужен здесь.

Он нужен здесь.

Он нужен здесь.

Позови человека.

Он нужен здесь,

Здесь и сейчас.

Лиз всегда старалась не просто произнести слова, но рассказать историю. Она часто пела с закрытыми глазами, много жестикулировала, старалась передать эмоции голосом, глазами. С самых первых аккордов она заставила зал обратиться вслух. Для них это выглядело слегка комично: девочка держала у рта какую-то палку и пела для женщины, стоявшей напротив и державшей перед собой маленькую коробочку. Но Лиз было все равно. Сейчас существовали только она и песня. Девочка пела так, словно в последний раз довелось это делать. В ее воображении был целый зал, внимающих ей зрителей. С такой страстью, напором звучал голос Лиз, а когда затих, эхо последних слов еще мгновение отражалось от стен. А затем…

Тишина. Открыв глаза, она первым делам спросила:

— Ну как?

— Если они откажутся от твоей версии, я посчитаю их глухими ослами, — произнес Адам, стоя за спиной миссис Смит.

Женщина недовольно фыркнула, а Лиз рассмеялась.

— Что бы они сказали, услышав твои слова? — выключая микрофон, спросила девочка.

— Подожди, может, ты споешь еще одну песню? — встрепенулась миссис Смит.

— Какую? — спросила Лиз, чувствуя неладное.

— L’oubli. Мне сказали, ты закончила текст еще неделю назад.

— Адам! — воскликнула недовольно Лиз.

— Это не я! Честное слово! — открестился от обвинений парень, а затем добавил: — Хотя… ты права, это я. Не сердись…

— Она не готова, — сказала Лиз.

— Не упрямься, Лиз. Все ждут только тебя. Музыка давно записана…

— Я не…

— Я пошла тебе на уступки, — заметила миссис Смит.

Лиз поняла, что ее загнали в угол. Ей сделали одолжение, будет подло отказаться от просьбы.

— Хорошо, — нехотя согласилась она. — Только дайте мне пару минут.

Лиз отошла к стене, напротив которой должна была петь. Она непросто упрямилась, эта песня многое значила для нее. Девочка посвятила ее своей первой воспитательнице Изабель. Эта женщина защищала ее в приюте, подбадривала, верила в ее талант. А потом в миг все это исчезло. Она заболела Альцгеймером и позабыла ее. Словно она никогда не существовала в жизни Изабель. Лиз эта потеря далась с трудом. Совсем недавно Изабель умерла. Лиз написала для нее песню, но так и не спела ее.

Все это время Лиз смотрела в пол, собираясь с духом.

— Ты готова? — спросила миссис Смит.

Лиз утвердительно кивнула. Заиграла музыка. Лиз сделала вздох и запела. Ее голос зазвучал не так легко и прозрачно, как до этого. В нем ощущалась тяжесть, грусть, боль утраченного…

Она ходит по дому медленно,

Все ее движения неловкие.

Она выглядывает на улицу,

Чтобы узнать, хорошая ли там погода.

От кресла к дивану,

От кресла к дивану.

Ей не нужно ни о ком заботиться,

По утрам она ставит лишь одну чашку на стол.

Ничто для нее не будет таким,

Как раньше.

От кресла к дивану,

От кресла к дивану.

Забвение, забвение — это забыть

Каждое действие, которое причиняет боль.

Забвение… своими движениями

Она стирает свои воспоминания, свою грусть.

Забвение — это то, что на первый взгляд

Причиняет страдание,

Но для нее это то,

Что помогает держаться.

Во время проигрыша Лиз улыбнулась воспоминанию той радостной светлой Изабель, которая поселилась в ее памяти.

Она и теперь все так же красива,

В ее черных волосах

Нет ни единой седой пряди.

Она приняла свою судьбу и

Свои воспоминания, которые исчезают

От прошлого к настоящему,

От прошлого

Мы говорим с ней

Обо всем и ни о чем,

О ее детстве

Да, она помнит его.

Но от букета роз,

Который я принесла

Останется только аромат,

И туманный образ.

По щекам покатились слезы. С ожесточением Лиз запела припев. Она смотрела прямо в камеру, словно обращалась к ней, стремясь передать свою боль.

Забвение, забвение — это забыть

Каждое действие, которое причиняет боль.

Забвение… своими движениями

Она стирает свои воспоминания, свою грусть.

Забвение — это то, что на первый взгляд

Причиняет страдание,

Но для нее это то,

Что помогает держаться.

Забвение, забвение — это забыть

Каждое действие, которое причиняет боль.

Забвение… своими движениями

Она стирает свои воспоминания, свою грусть.

Забвение — это то, что на первый взгляд

Причиняет страдание,

Но для нее это то,

Что помогает держаться.

Забвение разрывает ее сердце

Чтобы от него ничего не осталось.

Забвение — как спаситель,

Это зло во благо.

Забвение — это пространство,

Которое никто не может понять,

Но для нее — это место,

В котором ее душа наконец находит покой.

На последнем припеве Лиз настолько погрузилась в музыку и собственные чувства, что допевала уже с надрывом и слезами. Когда музыка остановилась, девочка все еще сотрясалась в рыданиях. Для нее это было слишком лично… Рано незажившие раны выставлять напоказ.

Зал молчал, все взгляды обратились к девочке. Миссис Смит выключила камеру и сделала шаг навстречу, но Лиз отступила. Это отрезвило ее — здесь не время и не место таким проявлениям чувств. Это сугубо личное, не для публики. Быстрым движением руки девочка вытерла слезы, сделала глубокий вдох и посмотрела на женщину.