Чтение онлайн

Только она это сказала, как в Большой зал залетела Лиз. Она пронеслась мимо ребят, не поздоровавшись, и направилась прямо к преподавательскому столу.

— Доброе утро, мистер Поттер, — опустив глаза, поздоровалась девочка.

— Доброе, — как можно спокойнее ответил тот. — Что-то случилось?

— Ой, нет, — поспешила ответить Лиз. — Я хотела… извиниться… за вчерашнее.

— Не стоит…

— Я не должна была. Простите меня. Вы ни в чем не виноваты, — запыхавшись, заговорила Лиз. — Вы были так добры ко мне, а я была груба… Простите, — как можно искреннее сказала девочка.

— Всё хорошо, — тепло ответил мужчина. — Я на тебя не в обиде. Я всё понимаю. Мир? — улыбаясь, спросил он, подставляя мизинец.

— Мир, — ответила Лиз, хватаясь мизинцем за палец.

— Лиз, как твое горло? — за спиной раздался звонкий писклявый голос.

Повернувшись, девочка увидела миссис Смит в классическом костюме фиалкового цвета.

— Я полностью здорова, — бодро ответила Лиз. — Кстати говоря, я хотела вам показать новую песню. Только этой ночью написала.

— Что тебе для этого нужно?

— Гитара и голос.

— Гитара вон, слева, а голос… он при тебе…

Девочка подошла, взяла инструмент и устроилась прямо на полу перед преподавательским столом. Миссис Смит устроилась на стуле у рояля, который стоял чуть поодаль. Кстати, надо упомянуть, что пространство между факультетскими и преподавательским столами превратилось в маленький уютный оркестр после того, как привезли инструменты.

Расположив перед собой большой блокнот, с одной стороны которого были стихи, а с другой — ноты, Лиз, как всегда, закрыла глаза, сделала вдох и запела.

Мне надоели ваши хорошие манеры,

Это слишком для меня.

Я ем руками,

И я такая, какая есть.

Я громко говорю и я откровенна,

Извините меня.

Кончено лицемерие, я сваливаю отсюда

Мне надоело слышать шаблонные речи.

Посмотрите на меня!

В любом случае, я на вас не сержусь.

Я вот такая, какая есть

Я вот такая, какая есть

Я хочу любви, радости,

Хорошего настроения

И ваши деньги

Меня не осчастливят!

Я хочу умереть с чистой совестью.

Так давайте, откроем мою свободу,

Забудьте в таком случае ваши стереотипы

Добро пожаловать в мою реальность.

Она пела с вызовом, энергично, открыто улыбаясь. Будто бы ее нутро освобождалось от всей той тяжести, все боли, что пришлось испытать вчера. Лиз словно делала заявление, говоря, что не согласна на меньшее, она кричала, что ей вовсе не нужны мишура и блестки, фальшивые улыбки и лесть. Она требовала свободы, радости, новых открытых искренних отношений, другого ей не нужно.

Закончив петь, она посмотрела вопросительно на миссис Смит, сидевшую все это время с каменным лицом.

— Ты серьезно? — спросила она на французском.

— Абсолютно, — улыбаясь, ответила Лиз.

— Песня хороша — не спорю, но неужели ты собираешься ее петь? Наш центр… наши спонсоры… Они могут не так понять…

— Ваши, не мои, — уже серьезнее ответила Лиз. — И я ведь не называю имен. Просто говорю то, что хочу.

— И делаешь то, что хочешь, — иронично заметила миссис Смит.

— Теперь я имею на это право, — настаивала Лиз. — Я приношу им деньги.

Миссис Смит тяжело вздохнула и произнесла:

— Репетиция через полчаса, — сказав это, она встала и пошла прочь.

Сидя на полу, Лиз посмотрела на родителей Гарри — оба смотрели на нее вопросительно.

— Всё хорошо, — сказала она, встала и пошла завтракать.

***

Первая репетиция всегда проходит относительно плохо: аппаратура подводит, инструменты как следует не настроены, вокалисты долго решают, с чего начать. В итоге, всегда получается как-то скомкано. В этот раз было точно так же. Промучившись час, Лиз залезла на рояль, — ее любимое место во время репетиций — легла и стала записывать новые строки в блокнот, не обращая внимания на суету. Она знала, что репетиция не продолжится потому, как ближайшие несколько часов вся эта техника и инструменты будут настраиваться. Так и вышло. Шум стоял неимоверный. Лиз потерпела какое-то время, но, не выдержав, встала и пошла на поиски укромного местечка.

Углубившись в лабиринт коридоров, Лиз совсем скоро поняла, что заблудилась. Всё бы ничего, но в соседних коридорах не было ни одной картины. Она прошла один коридор, затем другой, свернула в третий и натолкнулась на сцену, которая привела ее в ужас: толпа учеников шумела и смеялась, глядя на потолок. Переведя взгляд наверх, Лиз ахнула от удивления. Под самым потолком парили три девочки, приехавшие вместе с ней в замок. Они были самыми младшими, по десять лет каждой. Беспомощно дергаясь, плача, они пытались ухватиться хоть за что-то, одновременно прося своих обидчиков опустить их вниз. Беда в том, что девочки молили на французском, а детский напуганный лепет только раззадоривал школьников.

Лиз бросилась к толпе. Проталкиваясь через стену учеников, она, наконец, достигла середины столпотворения и увидела трех зачинщиков: один — худой блондин, два других — упитанных шатена.

— Отпустите их, — потребовала Лиз на английском, но из-за шума ее никто не услышал.

Осмотрев коридор, она обнаружила доспехи рыцаря у стены. Выбравшись из толпы, она подошла к доспехам и толкнула их изо всей силы, те тяжело рухнули на пол, разнося по этажу резкий звук удара железа о каменный пол. Все разом затихли и посмотрели в ее сторону. Все, кроме троицы.

— Я сказала, отпустите их! — отчеканила девочка.

— Хочешь присоединиться к своим малявкам, магл? — ядовито спросил блондин.

— А ты? — нагло спросила Лиз, но вся толпа только рассмеялась.

Ощущая собственное бессилие перед ними, Лиз не придумала ничего лучше, чем поднять с пола часть доспеха и со всего размаха ударить сначала одного, затем другого, а потом и третьего мальчика. Скорчившись на полу, они не могли произнести не слова. Рядом с ними лежали ее подруги, тоже еле шевелясь. Маленькие, хрупкие тельца сжались, потирая ушибленные места и тихо плача. В этот момент позади толпы раздался голос:

— Что здесь происходит? — толпа расступилась — в коридоре стоял профессор Снегг. Никто, тем временем, не отвечал: — Что здесь произошло, мистер Малфой? — холодно потребовал он.

— Профессор, — держась за живот, прохрипел блондин. — Эта сумасшедшая чуть не разнесла пол замка.

— Это НЕПРАВДА! — запротестовала возмущенная Лиз.

— Я говорю не с вами, мисс, — даже не взглянув на девочку, отчеканил мужчина. — Продолжайте, мистер Малфой.

— Мы общались с нашими гостьями, а она набросилась на нас ни с того, ни с сего. А мы ничего такого не делали.