Чтение онлайн

С преувеличенно сосредоточенной мордашкой я погружаюсь в каллиграфию.

— Неплохо? Теперь попробуем в другом стиле. О хвостиках мы с вами обязательно поговорим в следующий раз. Я позову для этого особого гостя. А результаты этих занятий младшая сестренка подарит своим зрителям.

Халява — то, от чего без ума очень многие китайцы. Все эти дни праздничных распродаж, часы сниженных цен, акции «два по цене одного» и прочая. Всегда будут востребованы на моей новой родине.

Поэтому я выставила ручку с растопыренными пальцами.

— Пять подарков будет разыграно, — пообещала с таким видом, словно натуральные сокровища раздариваю. — Чтобы поучаствовать в розыгрыше, нужно будет подписаться на канал Байсэ. Оставить под роликом комментарий: «Семья». Платформа Баоку случайным образом выберет пятерых зарегистрированных пользователей. И пришлет личное уведомление. Вам нужно будет указать имя и адрес получателя. И ждать посылочку!

Ох, как было непросто донести до неподготовленного бизнесмена задумку со встроенными викторинами. Относительно простыми понятными словами. Не чтобы не палиться — куда уже больше? — а потому что я не все специфические словечки знаю. Учиться мне ещё и учиться.

С концепцией разноуровневых партнерских программ и платным контентом для пользователей с особым статусом — и то проще. Цзинь с командой изрядно продвинулись в этом направлении. Красивые заверения оставим для рекламы и одной убедительной вороны. Дядя создавал платформу Баоку, чтобы она приносила прибыль.

Но это потом, пока из создателей контента — одна ворона.

А ещё эта ворона затребовала сразу же ввести модерацию. Не стала уточнять, что наше бдительное государство так и так возьмет под контроль дядюшкин проект. И в этом спорить с ним — затея, вредная для здоровья. Дядя Цзинь и сам не думал «запираться» от проверок на таком уровне.

Но и свою, внутреннюю фильтрацию сайта, ввести придется. Хотя это потребует немало ресурсов.

Баоку не позволит публиковать видео, как-либо конфликтующее с действующим законодательством. Это юридический отдел сформулирует грамотно. И ещё в сокровищницу нельзя будет «складывать» материалы, содержащие издевательства над животными.

Над людьми нельзя — по закону. Прямая дорога на примерку тюремных роб. А в обращении с хвостиками всё сложно пока в Срединном государстве.

Мне не под силу изменить законы одним желанием. Но повлиять на размещение видео, где глумятся над животными — здесь, на Баоку — могу.

Хотя я и на законы едва не замахнулась… Когда спросила Цзиня, есть ли у него связи среди влиятельных чиновников.

На что дядюшка ответил, мол, некоторые знакомства имеются. Но речь больше о семейных связях, не о его, Цзиня, личных «подвязках». Ему пока хватает семейного влияния, чтобы давали «зеленый свет» в деловых вопросах. А вот… Тут дядюшка покосился на маму, а та скомкала документ, который читала.

Допустим, это была неважная бумага.

Цзинь отвел взгляд в сторону. Задумался. Вспомнил ещё одно знакомство: некого Хэ Шаня. Мол, он же «красный принц». Ребенок из семьи политика, если у кого и есть прямые выходы «на самый верх», то как раз…

Бумажный комканный снаряд полетел… нет, не в дядюшку, а в стену.

Дядя вздохнул: «Нет, хороших вариантов не приходит на ум».

Так я в очередной раз поняла, что по рельсам закона начинание о защите братьев наших меньших не протолкнуть. Придется топать медленно и обходными путями.

С помощью общественного мнения и убойной дозы милоты от одной упорной вороны.

— Готово. И скорописью. Ай! Чуть не забыла. Знак, по которому вы узнаете: это работа Мэй-Мэй, — поочередно вывела в уголках каждого листа «вороньи лапки». — В детском садике мое животное — ворона. Теперь вы больше обо мне знаете. Кстати! Мэй-Мэй снялась этим летом в двух потрясающих проектах. Но подробности говорить мне пока нельзя.

Хитренький взгляд и жест, будто молнию на губах застегиваю.

— Я верю, что Баоку объединит всех людей в Поднебесной. И даже за её пределами, — теперь изобразить наивность и концентрированную милоту. — На всем белом свете! Поможет стать друзьями. Близкими, как родные братья и сестры. Как семья. С вами была Мэй-Мэй с канала Байсэ. До новых встреч. Всем пока!

— Снято, — хлопнул в ладоши дядя Бу. — Малышка, напомни, сколько тебе лет?

— Мэй-Мэй родилась в год золотого тигра, — ответила, как тут чаще говорят, чем просто называют число прожитых лет.

— Удивительно, — расплылся в улыбке оператор. — Идем, позовем твоих маму и помощницу. Я всё им покажу и расскажу. Но, знаешь, что, кроха? Лучше зовите меня. Если не занят буду — с радостью запишу для тебя видеоролик.

— Почему? — по-детски опешила эта ворона.

— Мир прекрасен, — отозвался дядя Бу. — Удивителен и разнообразен. Моя работа — показывать этот особенный мир людям. Но с годами взгляд замыливается. Всё меньше нового. Того, что способно удивить. А ты, кроха, не перестаешь меня удивлять.

— Полезно для творчества, — так загрузилась я, что пробормотала это вслух. — Так и запишем.

— Об этом я и говорю, — рассмеялся оператор. — Хоу просто первым разглядел эту твою особенность.

Мне оставалось только улыбнуться и поблагодарить за разъяснения. И — мысленно — порадоваться, что жизнь сводит эту ворону с исключительными людьми. Да, часть из них — исключительные мерзавцы. Зато остальные — личности, достойные уважения.

После того, что я устроила на съемочной площадке в Яншо, скрывать мою излишнюю «продвинутость» смысла не было. Что знает один — тайна. Что знают двое, знает и свинья. Та самая, что под крышей. А мою воодушевляющую речь слышало несколько десятков человек.

Так что шифроваться этой вороне уже поздно. Разумнее попытаться сделать на этом имя.

Ещё и желание дяди Цзиня с первым каналом для автора идеи — хоть и не самое своевременное. Мы его тогда вообще по другому поводу вызвали…

Посоветоваться. А он с порога: «Племяшка, создай канал. Очень нужно».

Из плюсов: возник и повод привлечь дядю Бу. Не то, чтобы к съемке этой вороны. Для рекламы всей платформы. Как раз с документальным циклом режиссера Яна от киноакадемии эти двое закончили. Ян Хоу будет еще год преподавать. А у лучшего оператора из всех, кого я знаю, образовалось «окно». Ведь «неконкуренция» пока ещё действует.

То, что Бу Сунлинь вызвался помочь и мне лично — это больше по старой памяти. И следствие одной небольшой просьбы… Но об этом позже.

Сперва о том, зачем мы вообще звали Цзиня.

И почему мама чуть не прибила папу.

Случилось это за три дня до «исторической» записи. После того, как мы вернулись в столицу. Вечернее прибытие, ужин с заботливым батей. И рассветная съемка для тизеров.

На обратном пути маме позвонили: Азия-Фильм приготовила кое-какие подарочки. Сделали крюк, забрали большую картонную коробку. Без опознавательных знаков. Дядя Ли помог нам занести её до квартиры. Ещё один плюс от наличия личного водителя.