Чтение онлайн

А сейчас, он сидел в своём зелёном поле и вспоминал её чистый завораживающий запах, её потрясающее тело, которое так ладно плавилось под его ласками. Тоска накатила крутой волной, сейчас ничем он не может ей помочь, да и что подумает чистая разумом ворожея? Соблазнил, клялся в любви и уже почти три седмицы не показывается. Нужно вспомнить ту руну, что вела к её схрону!

Велибор поднялся, потёр виски и начал вспоминать.

Глава 17

Костёр, разведённый ловким в обращении с кресалом Шишком, мирно догорал, потрескивая берёзовыми дровишками. Будосвим и Василиса мирно посапывали в созданных волшбой палатах. А Любаве совсем не спалось, то вспоминался отчий дом, то её призрачный полюбовник, то Тёмный (мать его за ногу) Хозяин. Между тем, Шишок, настроив походные гусли, решил попесноплясить. Песнь его должна была вытащить душу и уложить её спать. Однако вышло, что вышло.

— Там, где клён шумел

Над густой волной,

Поглумилась ты, злобно нааадо мной.

Поглумилась ты, словно голубок,

Естество моё назвала "вершок".

Дева красная, ты прекрасная

Дай потрогать хоть мне несчастному…

— Шишок! Замолкни, охальник, не хватало на ночь под твои размышления о трахе засыпать, — Любава грубо прервала заунывное пение друга. — Лучше напомни, как ты, охресть, оказался у моего Велибора в схроне?

Шишок оскорблено выдержал паузу, до простых желаний маленького человечка мало кому было дело в масштабе вдруг найденного суженого ворожеи.

— Я не знаю, кой леший его надоумил поймать меня в свой схрон, он же с этим, как бишь его Лукерья называла, дар то? — после минутного почёсывания головы, ушей, подмышек, лешонок изрёк, — он же счастливый обладатель дара "кормчий миров", вот и дёрнул меня к себе как-то.

— Вспомни, пожалуйста, хоть что-нибудь, камнем висит у меня на душе его исчезновение, хренова менталиста! Огулял во сне и носа теперь не кажет, — ворожея с удовольствием отхлебнула мухаморовки. — Есть большое желание с корнем вырвать его тыкалку, и разнести там все эти поля зелёные с сеновалами да полянки развратные. Вот кто его знает?! Вдруг он там какую-нибудь дуру вроде меня пригласил, опять же ментально отсношать! Уууууу, крендель домового!

Шишок был не рад появлению сердечного друга у Любавы. Она очень изменилась с тех пор, а уж про приключение в городе Године и вспоминать не хотелось. Но одно он отметил для себя чётко: Велибордействительно был её суженым, и он действительно с ума сходил от беспокойства о Любаве тогда в Године. Нееет, дело было не в пустомельстве ведуна и уж точно не в его ветрености. Что-то произошло с "кормчим миров", в противном случае, лешонок бы каждое утро встречал довольную Любаву, и запасы мухоморовки не истощались бы с такой интенсивностью. Но говорить об этом вслух Шишок не стал бы под страхом свёрнутой шеи, потому как Любава сама знала, что наговаривает на суженого пытаясь заглушить беспокойство.

— Добрый вечер, — бесцветный голос появился из ниоткуда, заставив испуганно подпрыгнуть Шишка и растеряно рыгнуть алкоголем Любаву. — Могу ли я присесть к вашему костру и насладиться обществом боевой ворожеи и её верного спутника?

Лёгкая Смерть, добродушно улыбаясь, стояла перед друзьями, в её слегка прикрытой тонкой пергаментной кожей руке предательски поблёскивала бутыль с тем же напитком, что только что употребляла Любава.

Шишок и ворожея синхронно вскочили, расшаркиваясь и приглашая присесть нежданную гостью на самое тёплое и хорошо освещённое место. Лешонок немедля метнулся к палатам Будосвима и Василисы, якобы за закусью. Собирая снедь (грибочки, огурчики, рыбку, луковки, а также остатки расстегаев), успел бросить неодобрительный взгляд на полюбовничков и сплюнуть.

Ворожея тем временем расстелила самобранку с посудою, очень ей хотелось резко протрезветь, неудобно перед степенной гостьей получилось.

— Да что вы так засуетились? Я не за вами, а к вам пришла. Поболтаем, посоветуемся, выпьем, видимо и закусим, — прошелестел бесцветный голос. — И прекрати дёргаться, Любушка, уж я такие варианты отрыжки знаю, окочуришься.

— Гы-гы-гы, — развеселился Шишок. — Окочуууришься!

Все расселись по своим местам, душевно выпили и закусили. А не плохо так смертушка хрустела огурчиками, да и картошечку с ляжечкой куропатки приговорила быстро.

— Любава, у меня к тебе серьёзное дело, — сыто порыгивая, но всё тем же бесцветным голосом проговорила смерть. — Наверное, уйдут остатки ночи, и вам с дружком твоим не удастся отдохнуть, но я должна рассказать тебе некоторые тайны бытия, я обязана сделать тебя своим союзником.

***

Существует другой, тёмный мир, он всегда был миром для рождения смертей. Смерть-жнец не может появиться сама по себе, для рождения ей нужен мрак, тишина, и много чёрной энергии. Энергия должна быть тихой, ярко-чёрного сияния, без примесей эмоций. Пока хозяйкой Тёмного мира была царица Ада, спокойное течение энергии порождало степенных смертей. Но Аду свергла её дочь при молчаливом согласии сына. Теперь царица коротала свои дни на Сумрачном острове междумирья и вернуть её не представлялось никакой возможности.

Ближайшее окружение Ады пророчило маленькой Мирре участь стать великой смертью. Она рано научилась поглощать тьму, рано вошла в тёмный поток. Однако никто не думал, что девочка не хочет соблюдать правила вселенского равновесия. Юная царевна стала самой большой проблемой с момента мироздания, она стала вампиром тьмы.

Поглощенная тьма делала Мирру необычайно сильной, в одно движение откинула в междумирье царевна свою мать. Заставила служить себе всех тёмных, даже другие смерти были ей не указ. Разговоры о равновесии и балансе стали бесполезными, Мирра заразилась голодом тьмы и единственной её целью было насытить себя.

С помощью единоутробного брата Мирры царица смертей Морана смогла выкинуть вампиршу в Светлый мир. Великая Смерть думала, что там она сразу погибнет, не выдержав отсутствия тьмы. Но нет! Девка выжила и начала активные поиски источника.

Много бед и несчастий принесёт Тёмная царица, много разрушенных судеб и жизней. У Мирры нет эмоций, нет принципов, есть только вечная жажда. И её надо остановить.

***

Смертушка степенно раскуривала трубку, отхлёбывая из деревянного стаканчика мухаморовки. Она почти закончила свой рассказ, остался последний решающий штрих к повествованию, и у Любавы не останется повода остаться в стороне.

— Первое царство, павшее от рук Мирры — это Снегирь, твой суженый у неё в плену, нет надежды спасти его душу без так нужного душе тела.

— Можно я буду называть тебя Аглая? Уж очень ты похожа на одну бабёнку. Чтобы получить своё, она всех убеждала, что это всебожеская катастрофа, — Любава откинула рыжий локон, упавший на лоб и кинула на Смерть свой полупьяный прищур.

— Можно, — просто ответила та. — Следующая остановка ваша будет в городе Арагор, постарайся спасти свою задницу, не подставить зад дружка твоего, а ваши спутники-полюбовники тёмные и так не пропадут.

Дымное облако от трубки "Аглаи" окутывало и убаюкивало путешественников, костёр догорел, остатки ужина были припрятаны хозяйственным Шишком, Смерть ожидаемо исчезла. А между тем, начинался новый день. И только Сварг знает, что ждало путешественников в пути.

Глава 18

Город Арагор славился богатствами и невиданными развлечениями. Власть принадлежала гильдии состоятельных купцов, отдельного господина у города не было. Тутошний люд умел и любил торговать и веселиться, даже изысканные иностранные вельможи съезжались в Арагор для своего "сэйшена".