Чтение онлайн

— Говори.

— Я хочу идти с тобой

— А я не хочу. Проваливай.

— Он оказался предателем. Я расколола его.

— Мне без разницы, ты отнимаешь мое время.

— Я… я зарезала его.

— Молодец. Я теперь радоваться должен? Отвали

Я продолжил изучать обстановку спереди. Вроде чисто.

— Он успел передать Медведю о том, что ты будешь выходить из Сахары. Впереди засада.

— Чего ты добиваешься?

— Я хочу работать на тебя.

— Ты спустила свой шанс в унитаз. Уходи.

— Там засада…

— Разберусь. Уходи.

Я дождался пока она уйдет и осторожно прошел вперед на двадцать метров.

Новая остановка. Вновь работаю на пределе своих органов чувств. Тишина. Осматриваю окрестности в оптику также все чисто. Ласка сказала, что впереди засада. Откуда местныекрысы могут знать каким путем я пойду. Никак.

Левая рука начинает немного оживать. Ради нее я сбросил четыре килограмма своего веса из пятидесяти. Но оно того стоило. Мне бы еще полчаса времени и я смогу из нее стрелять. Потом придется опять лечить, но в экстренной ситуации она будет работать. Уже пять часов. К девяти надо в школу. Опять ощущение сюрреализма. Помойка, из которой я пытаюсь выбраться и в качестве контраста гламурная школа.

До границы зоны двести метров. Ничего не могу обнаружить, но слова о засаде не выходят из головы. Она могласказать это, чтобы набить себе цену, однако в ее словах не было лжи. Решаю обойти жилой пятиэтажный дом с правой стороны. Если бы я делал засаду, то единственное оставшееся место за ним рядом с заброшенной трансформаторной.

Бесшумно скольжу по разбитому асфальту. Пауза возле раскидистого вяза. Впереди слышу перешептывания. Воздух приносит запах дешевого табака и перегара. Каким образом крысеныш сумел узнать маршрут непонятно.

Забираю еще правее. Надо обойти стоящий рядом дом. Возможно тогда удастся избежать встречи с негостеприимными аборигенами.

Все, покинул опасный двор. Пока я двигаюсь параллельно границе Сахары с городом. Пора вновь двигаться вперед. Снова минута тишины. До границы сто пятьдесят метров, но как же трудно их преодолеть. Самолет пролетает их за доли секунды, машина за несколько секунд, а я не знаю, смогу ли их преодолеть вообще.

Ни одного звука, ни одного движения. Все чисто, но у меня есть ощущение недоброго чужого взгляда. Все люди чувствуют чужой взгляд и всегда отвечают на него. Это невероятное, чувство чужого взгляда часто спасает людям жизнь. Особенно людям опасных профессий.

Вновь прислушиваюсь. Шаги сзади. Опять Ласка. Никак не угомонится. Может это ее взгляд чувствую. Ощущение взгляда пропадает и я осторожно иду вперед. Десять шагов, двадцать, тридцать. Вновь ощущение взгляда, на этот раз оно не ноет, а бьет колокольным набатом. Быстро, насколько позволяет мой вновь доведенный до истощения организмныряю вправо. Левое бедро чувствует тупой удар, за ней боль, пока еще нет явная. Еще не определив причину боли, я мгновенно перекрываю поток крови на этотучасток тела. Нельзя оставлять ни капли своей крови, также как и другие биологические материалы. Разворачиваясь выставляю вперед пистолет, чтобы встретить опасность лицом к лицу. Траекторию арбалетного болта, а это именно он торчит у меня из бедра, я вычислил, но стрелка не вижу, несмотря на то, что кромешная тьма уступила место просто тьме. В этот момент до моего слуха доносится булькающий и хрипящий звуки. Направляю оружие в том направлении и потихоньку ковыляю туда.

— Расс не стреляй, это я, Ласка- раздается шепот, который я, тем не менее, отчетливо разбираю.

— Выходи, руки держи на виду, — я примерно представляю, что сейчас произошло. Особо умный стрелок решил перестраховаться и занял альтернативный, наиболее вероятный путь отхода под свой контроль. И не прогадал. Не учел только непредвиденный фактор в виде одной вредной, но крайне настырной девчонки, которая по неведомой причине увязалась за мной. Ласка, проходившая мимо стрелка услышала звук выстрела и зарезала второго за сегодняшнюю ночь человека. Несмотря на ясную картину, доверять ей я не намерен. В конце концов именно ее присутствие ввело меня в заблуждение. Не крадись она следом я бы внимательнее отнесся к ощущению взгляда. А так отнес его на ее счет. Человек может чужой взгляд, но ни один человек не может определить кому он принадлежит и где сидит наблюдатель. Подхожу к поверженному врагу. Совсем пацан, лет семнадцать- восемнадцать. Ему жить да жить. Но если среди обычных людей принято говорить, что человек сам выбирает свою судьбу, то в Сахаре жизнь во многом предопределена. В этой помойке долго не живут. Скоротечная жизнь местных аборигенов обычно заканчивается насильственной смертью.

Я отворачиваюсь и направляюсь обратно. Подволакивая левую ногу упорно иду к границе. Девка идет сзади, угрозы не чувствую.

— Расс, я хочу помочь.

— Я не обращаюсь за помощью дважды туда, где один раз отказали. За стрелка спасибо. Должен буду одно желание. А теперь иди. Не мешай.

Сто метров. Минуты тягучие как расплавленный битум. Тяну до границы уже из чистого упрямства. Пятьдесят метров. Тридцать. Пятнадцать. Пять. И вот я у пластикового щита, отделяющего мой мир от этих отбросов. Его толщина два сантиметра. На той стороне щитов красивая цветастая реклама. На этой стороне нецензурное граффити. Проход есть, но силы окончательно покинули меня. Сижу, прислонившись спиной к щиту. Попытка погрузиться во внутренний мир едва не заканчивается потерей сознания. Ласка сидит на корточках в двух метрах от меня. Сидит и молча смотрит на меня, не решаясь заговорить. Ситуация патовая. Вот она долгожданная граница, но покинуть ее я не могу. Нахожусь на грани потери сознания.

— Ну и чего сидим?

— Расс, я хочу помочь, — в очередной раз повторяет она.

— Нет, — в который раз отрезаю я.

— Ты умрёшь, — не сдается Ласка и пртводин неотоазимый с ее точки зрения аргумент.

— Все умрут. Это не страшно, только в первый раз. Я уже привык, — кажется я начинаю бредить.

Она снова молчит.

— Почему ты хочешь помочь? Какая тебе разница? — всё же интересуюсь ее мотивами.

— Я поняла, что что упустила свой шанс. Но я прошу тебя, дай мне ещё один шанс. Я клянусь, что больше не подведу тебя. Я хочу работать на тебя.

— Привилегию работать на меня надо заслужить. И очень постараться. Пока что ты сделала все с точностью наоборот. Нет тебе веры. Сейчас ты готова работать завтра не готова. Мне это не нужно. Даже обладай ты талантами. Что ты можешь, чем ты можешь быть полезна? Нет от тебя толка. Иди.

— От меня есть толк, я провидица.

— Никто не видит будущее, оно не наступило, никто не видит прошлое, его уже нет.

Я погрузился в дрему. Сознание никак не хотело собраться воедино. Я не мог проникнуть в виртуальный мир, чтобы попытаться вернуть себе силы на один рывок, необходимый чтобы добраться до магазина.

— За тобой….бездна отпустила тебя. Ты вроде как ты, но в тоже время не ты. И враг, старый, могущественный но слабый. Не знаю как такое возможно.

— Неплохая попытка.

— Ты нашел то, что безвозвратно потерял. Опять ничего не понимаю.

— Это я и сам все знаю. На что ты готова ради работы на меня?

— Я хочу большего, Я хочу служить тебе. Я готова принести присягу.

— Ты понимаешь, что приняв присягу ты отрезаешь себе путь назад?

— Понимаю. За моей спиной Сахара. Зачем она мне нужна?

— Полный те ст присяги произнесешь позже, как положено. А пока смотри мне в глаза и повторяй.

— Клянусь служить честно человеку, которого знаю под именем Расс. Клянусь нет иметь против него дурных мыслей и помыслов. Не предавать, не действовать в чужих интересах против него.

Ласка полностью повторила вслед за мной этот незамысловатый текст.

Слова меня не интересовали, я отслеживал ее реакцию в поисках тайных планов и искрености в ответах.

Она полностью верила в свои слова и ничего не замышляла против меня.