Чтение онлайн

— О-о-о, староста! — заорал Ермолай, завидев меня на крыльце, и взмахнул рукой в овчинной рукавице. — Доброго утречка! Ну всё, привёз договорённое! Забирай этот хлам, а я получше досок напилю, да через месяцок привезу.

Я стоял на крыльце и смотрел на этот бесконечный обоз, считая сани и прикидывая объёмы поставки. Двенадцать саней, на каждых минимум по сотне досок, итого больше тысячи штук. Ермолай притащил целую лесопилку на полозьях и сидит на лошади, сияя как медный пятак.

— Ермолай, ты все доски решил мне сбагрить? — рассмеялся я, спускаясь с крыльца.

— Ха-ха! Нет, ты что? Привёз только то, что указано в договоре. Первый и второй сорт. — Ермолай спрыгнул с лошади и зашагал ко мне, на ходу стягивая рукавицы. — Полторы тысячи досок, Ярый. Дубовые и сосновые, ольховые тоже имеются и немного ясеня.

— Ну пошли в дом, замёрз небось. Напою тебя чаем, и монеты отсчитаем. — Махнул я рукой.

Ермолай не заставил себя уговаривать. Мы вошли в горницу, где Пелагея уже колдовала у печи, а Злата помогала ей с завтраком.

Пелагея окинула Ермолая взглядом, фыркнула и отвернулась к печи, решив что очередной бородатый мужик в её кухне не заслуживает её внимания. Ермолай же кивнул и уселся на лавку. Злата молча поставила перед ним кружку горячего травяного отвара. Ермолай моментально обхватил кружку обеими ладонями и блаженно зажмурившись от тепла.

— Ох и морозяка на дворе, — выдохнул он, отхлёбывая. — Мы ели добрались. У лошадей пар из ноздрей столбом, а я думал что у меня борода к воротнику примёрзнет.

— Зато доставку организовал по высшему разряду, — кивнул я направляясь в подвал. — Погоди тут, скоро вернусь.

Спустившись вниз, я вытащил из тайника одну сумку с монетами, а после вернулся за стол и отсчитал нужную сумму дорогому гостю. Монеты тускло блеснули в свете лучины, и Ермолай, увидев количество золота на столе, перестал дуть на отвар и медленно опустил кружку.

— Знаешь, Ярый. Пожалуй ты лучший покупатель который у меня был за всю жизнь. И это несмотря на то что ты алкаш. Ха-ха-ха. — Как всегда неуместно пошутил он.

— Гляди-ка, ты хоть и одноглазый, а всё равно рассмотрел что есть во мне тяга к выпивке, — парировал я пододвигая монеты к Ермолаю.

Ермолай почесал бельмо на левом глазу и расплылся в ухмылке.

— Не одноглазый, а косоглазый, но всё равно, ты верно подметил. Несмотря на наши недостатки, мы трудились не покладая рук и вот мы здесь. Пока другие зубоскалили и пальцем тыкали, мы работали. — Философски сказал Ермолай и отпил отвар. — Тьфу! Что за ослиная моча?! Как будто коровью лепёху в кипятке развели! — Выругался он и сделал это зря.

Сзади неспешно подошла Пелагея и влепила ему такого леща, что Ермолай чуть лбом стол не клюнул.

— Ай! Ты чё творишь окаянная?! — Завопил он вскакивая с лавки, я же придержал Ермолая за рукав.

— Не стоит. Бабушка Пелагея путник. Если захочет, то проломит тебе череп без особого труда. — Предупредил я.

Ермолай удивлённо уставился на неё, а после сел обратно и выдавил из себя:

— Извините. Но отвар и правда не очень.

Мы посидели ещё пару минут пока Ермолай пересчитывал монеты, потом он сгрёб обретённое богатство в карман, пожал мне руку и откланялся косясь на Пелагею.

Смотря в окно я увидел как возницы, ожидавшие у саней, получили от Ермолая короткую команду и принялись разгружать доски, складывая их на площади штабелями.

Вся Яриловка высыпала на улицу. Я имею в виду вся, кроме тех кто уже ушел работать на фабрику. Ну ладно. Вышли на улицу всего три старухи, остальную часть деревни я уже нанял. Бабки с интересом наблюдали за разгрузкой каравана, а когда всё закончилось зевая разбрелись по домам.

Пока разгружали доски, в Яриловку подоспел новый караван. В основном пеший, но и пара телег тоже имелась. Пильщики прибыли в Яриловку со своими семьями. Народа было с гулькин клюв. Человек сорок пять. Восемь мужиков и прорва женщин, стариков и детей. Караван остановился у моего дома и тут уже пришлось мне подняться с лавки и выйти на встречу моим новым гражданам? Жителям? Сельчанам? Короче, пришлось встретить переселенцев.

Я оглядел собравшихся, посчитал головы и прикинул что за вычетом стариков и детей тут стоит человек двадцать работоспособных мужиков и баб. Я вдохнул морозного воздуху, расправил плечи и гаркнул так, что Ермолаева лошадь дёрнула ухом, а ребятишки шарахнулись от саней:

— Добро пожаловать в Яриловку! Я ваш староста! Звать меня Ярый! Вы можете поселиться вон в тех двух домах! — Я указал пальцем в направлении двухэтажных домов родичей Микулы. — Скоро Яриловка станет не просто деревней, а торговым городом! Если вы хотите помочь и при этом заработать, то спускайтесь вниз с холма и стройте новые стены, отступив три сотни шагов от подножия!

Толпа замерла. Мужики переглядывались, бабы шептались и только чернобородый как всегда рявкнул:

— А нахрена нам за так горбатиться? Мы на фабрику к тебе пришли. Если хочешь чтоб забор строили, не проблема. Позолоти ручку и всё сделаем!

Собравшиеся тут же одобрительно загудели. Я улыбнулся и крикнул в ответ:

— Когда стена будет готова, каждый кто принимал участие в строительстве, получит по золотому!

Секунду было тихо. Потом толпа взорвалась. Мужики загалдели разом, бабы заохали, а с дальнего конца улицы раздался чей-то восторженный свист. Золотой за работу для деревенского мужика, привыкшего месяц гнуть спину на лесопилке за меньшее, это царское жалование.

— Вот это разговор! — Гаркнул чернобородый. — Мы тебе стену за неделю поставим! Край, за две! Да мужики?

— А чёй то только мужики? Мы тожа рукастаи! Да бабоньки? — Перебила его дородная баба.

— Ха-ха! — Рассмеялся я. — Если рукастые, то приступайте к работе. Доски и брус как раз разгружают, а молотки…

— Да у нас свой инструмент имеется! — Перебил меня чернобородый. — Так! Старцы, растаскивайте барахло по хатам, мальцы помогать будут! А мы за золотишком пошли! Чем быстрее закончим, тем быстрее денежку получим!

Толпа загудела и пошла работа. Старики стаскивали с телег баулы с вещами, дети им помогали. А взрослые мужики и бабы хватали доски, брус, инструменты, а после бодрым шагом шли строить стену.

В этот момент Петруха вынырнул из толпы, протиснулся ко мне и ошалело выдохнул:

— Ярый, ты чего натворил? Бунт что ли какой?

— Почти, Петя. Это наши новые земляки. Пришли чтобы построить город, нашей мечты.

Ответил я, и от этих слов у меня самого по спине пробежал холодок. Ведь одно дело произносить красивые речи на крыльце, а другое дело организовать полсотни человек на строительство оборонительной стены посреди зимы. На стройке для этого нужен проект и бригадиры, не говоря уже о журналах контроля и папках документации. Здесь же у меня не было ничего, кроме полутора тысяч досок, толпы голодных крестьян с топорами и собственного упрямства.

Впрочем, было ещё золото, но его я тоже заработал благодаря упрямству. Ко мне подбежал запыхавшийся Тарас:

— Это чего? Первые переселенцы?

— Они родимые. — Кивнул я. — Бери в оборот и организуй постройку добротной стены. Но смотри, стена не должна стоять веками. Год простоит и слава богу. За это время мы камнем обзаведёмся и сделаем более фундаментальную линию обороны.

— Етить. Ты чего, крепость решил построить что ли? — Присвистнул Петруха.

— А это Петя, будет зависеть от того с какими опасностями нам придётся столкнуться. А то может и крепость. — Философски ответил я.