Чтение онлайн

На этот раз кожа не выдержала в четырёх местах. Рукава рубахи пропитались кровью и резкая жгучая боль заставила меня вскрикнуть выгибаясь дугой. Больно было так, что я едва не рухнул с печи, но продолжил на морально волевых закручивать вихри формируя узлы. Не знаю сколько времени прошло, но в какой-то момент система сообщила что узлы сформированы, а я рухнул на печку обливаясь потом и дрожа, будто меня бил озноб.

Шесть новых узлов за раз. И теперь общий объём живы увеличился аж до 420 единиц. В каждой руке по три узла, от плеча до запястья. Я чувствовал как жива пульсирует в мышцах, наполняя их теплом и силой.

Я поднял правую руку и сжал кулак. Стиснув пальцы крепче, я увидел как побелели костяшки и натянулись сухожилия. В этот момент я подумал что если схвачу деревянный брусок, то без особых усилий раздавлю его в щепки. Конечно до охотника с телегой в две тонны мне было далеко. Но по сравнению с тем дохляком, в тело которого я попал месяц назад, прогресс был колоссальным.

Остаток дня я провёл на печи, восстанавливая силы и залечивая живой кровоточащие язвы на руках. К вечеру раны подсохли, а мышцы перестали ныть, зато начали зудеть изнутри, как всегда бывает при заживлении, когда ткани восстанавливаются и требуют движения.

Утром третьего дня безделья я проснулся от грохота. Древомир стоял посреди кухни, скрестив руки на груди, и буравил меня взглядом. Его палка была воткнута в пол, как знамя, а на лице застыло выражение командира, обнаружившего дезертира спящим на посту.

– Долго собираешься баклуши бить? – голос мастера прозвучал так, что куры за окном опомнившись заквохтали, видать решили что вопрос обращён к ним.

Я сел на печи и зевнув потянулся пытаясь понять который сейчас час. Судя по свету за окном, было около семи утра, а значит старик встал ни свет ни заря специально чтобы устроить мне головомойку.

– Мастер, я не баклуши бью, а восстанавливаюсь после тяжёлых ранений, полученных на производстве, – попытался отбрехаться я, демонстрируя розовые пятна на предплечьях.

– Видал я твои ранения, – фыркнул Древомир, ткнув палкой в мою сторону. – Царапины. Я с такими по три дня без отдыха работал и ничего, жив до сих пор.

– Да, да. Сейчас спущусь. – Отмахнулся я и спрыгнув с печи стал надевать сапоги.

– Ты ж сам говорил что Кирьян через месяц вернётся за столами. А у нас в мастерской шаром покати. Ни одной доски нет. Из чего столы делать будем, из воздуха?

Я налил себе воды из ведра и сделал длинный глоток, обдумывая ситуацию. Мастер был прав, и это раздражало больше всего, потому что когда начальник прав, возразить нечего, а молчание он расценит как признание моей некомпетентности и лени.

Раньше проблему с древесиной помогал решить Борзята. Его свояк работал на лесопилке, и доски поступали исправно по три медяка за штуку. Но после того как староста перекрыл нам кислород, Борзята отказался от сотрудничества, и канал поставок прикрыли.

На стройке, когда основной поставщик срывал поставки, мы искали запасной вариант. Объезжали базы, договаривались с конкурентами, в крайнем случае ехали напрямую на завод-изготовитель, минуя всех посредников. Здесь же посредником был Борзята, а заводом-изготовителем служила лесопилка.

А если Борзята вышел из игры, то ничто не мешает мне обратиться напрямую к источнику. Ведь староста не всесилен и вряд ли он может запретить лесопилке со мной торговать.

– Не проблема. – Сказал я хрустнув спиной. – Поедем с Петрухой на лесопилку, – решил я. – Всего пятнадцать вёрст от деревни, за полдня доберёмся.

Древомир пожевал губу и нахмурился, переваривая предложение. По его лицу было видно что идея ему не нравится, но альтернативы он предложить не мог.

– А разбойничков не боишься? – спросил Древомир.

– Мастер, я вас умоляю. Меня Леший не сожрал, что мне могут сделать обычные разбойники? – усмехнулся я.

Древомир помолчал, побарабанил пальцами по столу и тяжело вздохнул.

– Ладно. Но только учти, если упустим заказ от Кирьяна, я тебя лично лопатой огрею, – предупредил он и тут же добавил.

– Если упустим этот заказ, то я сам себя лопатой огрею. – Усмехнулся я и пошел на выход из дома.

Первым делом я наведался к Григорию и позаимствовал у него телегу и лошадь. А как иначе? Я ему зятя подогнал, имею полное право получить посильную помощь!

– Ярый, ток ты это, будь осторожнее. Говорят около лесопилки разбойников видали. – Предупредил меня Григорий.

– Не переживай. Я с собой Петруху возьму. – Улыбнулся я и пожал рыбаку руку.

– Вот этого я и боюсь. А то ещё зятя угробишь мне.

– Даже так у тебя останутся двадцать золотых. – Пожал я плечами.

– Ха-ха! Скажешь тоже! Давай там, аккуратнее. И Петруху чтоб вернул в целости и сохранности. – Расхохотался Григорий.

Я запрыгнул на телегу, хлестнул кобылу вожжами и поехал к дому Петрухи.

Застал я друга прямо у калитки с двумя вёдрами воды в руках. Парень сиял всем своим конопатым лицом и напевал какую-то развесёлую мелодию, от которой воробьи на заборе в ужасе разлетелись в разные стороны.

– Петя, бросай всё, поехали на лесопилку за досками, – скомандовал я останавливаясь рядом с ним.

– Щас? – Петруха округлил глаза. – Мне ж к бате Анфискиному надо! Мы сегодня бочку для браги делаем! Через неделю свадьба, а у нас ни бражки, ни медовухи!

– Не переживай, я уже отпросил тебя у Григория. А насчёт выпивки не переживай, я тебе ещё монет отсыплю. Купишь всё необходимое.

– Вот это дело. – Расплылся в радостной улыбке Петруха, поставил вёдра с водой во двор и запрыгнул на телегу с грацией молодого бегемота.

Доски застонали под его весом, кобыла покосилась назад и возмущённо фыркнула. Тряхнув головой кобыла нехотя двинулась с места, копыта зацокали по утоптанной земле, и мы выкатились за ворота деревни под настороженными взглядами стражников.

За частоколом дорога пошла вдоль опушки леса, петляя между холмами и низинами. Ехать было радостно, несмотря на то что утро выдалось морозным. Небо затянули тяжелые свинцовые тучи намекая что в любой момент может пойти снег и осень уступит свои права зиме.