Чтение онлайн

Хвостом тварь аккуратно обвивала руку жертвы в области сустава, а затем, сдавливая, почти бесшумно отрывала конечность от тела. Рядом стояли двое ещё живых солдат. Будто зомби они смотрели на трапезу твари стеклянными глазами, их кожа приобрела серый оттенок.

Артиос хотел крикнуть, разбудить людей в лагере, но не смог. Будто в ночном кошмаре, он пытался что-то сказать, но слова застряли в горле. Такая же участь постигла и его подчинённых. Им даже пошевелиться не удавалось.

Тварь аккуратно засовывала оторванную руку в область своего рта, но не было слышно звуков чавканья. Вскоре Артиос понял почему.

Медленно разворачиваясь, существо повернуло голову в сторону прибывших людей. У него не было глаз, ушей, рта. В каменном булыжнике на месте головы зияла бездонная воронка, и тьма оттуда будто вглядывалась в душу.

В этот момент страх Артиоса достиг предела. Желание выжить стало безграничным. Будто выйдя из состояния паралича, Артиос резко выхватил дротик и метнул прямо в червоточину, заменявшую монстру лицо.

Тварь не ожидала столь резкого броска, в страхе она присела на свои четыре конечности, подобно кошке, а хвостом прикрыла то, что заменяло ей голову.

— Тревога! — завопил один из пришедших в себя бойцов.

— Бей тварь! — Артиос перепугался слишком сильно, результатом стала нерациональная атака.

На ходу он метнул ещё один дротик. Монстр попытался схватить Артиоса рукой, но тот легко ушёл, сделав кувырок снизу. Оказавшись между передними и задними конечностями, Артиос проткнул мечом бок существа. Остриё угодило между каменных стыков, прямо в трещину. Но меч вошёл неглубоко и застрял. А затем тварь резко развернулась на сто восемьдесят градусов, отправив в полёт младшего офицера. Раздался звук сломанного металла. А после этого сразу пришло подкрепление. Все в лагере уже поднялись и собирались рядом с местом сражения.

Кто-то помог Артиосу встать со сбитой им палатки. Но когда он оказался на ногах, тварь уже исчезла. Единственным напоминанием была рукоять сломанного клинка, который продолжала сжимать рука Артиоса.

Немногим позже в командирском шатре вновь собрались лидеры для решения вопроса.

— Я не встречал подобных тварей ранее, — говорил один из рыцарей Белоснежного барса. — Но могу предположить, что это земляной дух, которого мы как-то потревожили.

— И что будем делать? Обычное оружие его не берёт, а отступать он не собирается, — подытожил командир гарнизонных войск.

— Тварь нападает только ночью, а днём скрывается в лесу. Пора добыче стать охотником. Рыцари выследят и убьют монстра.

— Уверены, что получится? Тварь обладает превосходной физической защитой и подвижностью. К тому же у неё есть магическая сила…

— При всём уважении, мы, рыцари, не какой-то там… — маг в белых одеждах окинул брезгливым взглядом присутствующего на собрании Артиоса, — …сброд. Магические и физические тренировки превратили нас в настоящих воинов. Никто из нас не струсит перед каким-то там духом, пусть и необычным.

— Струсил?! — Слова мага задели Артиоса. Этот напыщенный индюк не видел того, что видел он.

— Артиос! — рявкнул командир младшему офицеру.

— Сынок, знай своё место, — прошипел рыцарь. — Оставь это дело профессионалам, а сам иди займись чем-то, подходящим тебе по статусу. Лошадей почисти или воды принеси.

Маг в белых одеждах смешал с навозом не только Артиоса, подобное оскорбление относилось ко всему командованию бывших гарнизонных войск. Но их командир не мог ничего поделать, оставалось лишь проглотить обиду и засунуть гордость куда подальше.

Артиос же сделал ещё одну пометку в памяти, кого при случае нужно будет спихнуть в пропасть. Месть — это блюдо, которое подают холодным. Бывший наёмник никогда не забывал обид. Не забывал и не прощал.

Наступило утро, несколько отрядов рыцарей пришли в лагерь. Узнав примерное направление, в котором убежал монстр, они скрылись в лесной чаще.

Артиос же проводил спарринги. Расчистив небольшое пространство, бойцы сражались друг с другом, закрепляя приёмы на практике. Поскольку отряд никуда не направлялся, а стоял в ожидании, времени было предостаточно. Всё свободное время Артиос посвящал тренировке воинов.

Сам он тоже выбирал наиболее сильного бойца и спарринговался с ним. Чтобы не потерять хватку. Особого толку от этого не было, Артиос ещё под руководством Кюрса был одним из лучших бойцов. Лишь некоторые маги, подобные Хидгару или Олфину, могли превзойти его. Остальных же Артиос научился побеждать.

Время от времени он проходил среди солдат и пытался указывать на их ошибки.

— Щит выше держи и крепче! Ещё крепче! — Артиос одной рукой пихнул щит рядового и его повело в сторону. — Крепче!

— Мы тренируемся уже восемь часов без перерыва. Я устал! — Боец с бронзовым жетоном уже просто не мог поднять щит, его последние силы уходили на поддержание вертикального положения.

— Устал? — Артиос приблизился к бойцу и тихо спросил: — Устал, говоришь? Ты уже забыл осаду, горы трупов, которые мы сжигали, потому что орки проникли внутрь? Им ты тоже скажешь, что устал?

— Я… — Боец побледнел.

— Врагу будет плевать, устал ты или нет. Они убьют тебя, но лично мне плевать на твою жизнь. Меня волнует, что твоя слабость выйдет боком всему отряду. Сдохнув, ты оставишь беззащитным своего союзника. Посмотри, — Артиос заставил его взглянуть на соратников. — Своей слабостью ты подставишь их всех, обрекая на смерть.

— Офицер Артиос… — кто-то из строя хотел прервать Артиоса.

— Хотя это ещё полбеды. Мы всё же солдаты, смерть поджидает нас на каждом шагу. Мы готовы к ней. В отличие от женщин и детей, что доверились нам. Крестьяне гнули спины, взращивая зерно, которое мы жрём, кузнецы ковали оружие, которым мы сражаемся. Все они вложили в нас свой труд, чтобы в минуту опасности найти в нас опору, чтобы они смогли встать за нами, как за нерушимой стеной.

— Артиос! — Теперь уже Хильда попыталась прервать своего друга, но Артиоса понесло.

— Но ты, видимо, решил забыть, чем закончилась осада. Мёртвые тела, запах крови и гари, разрушенный город. Легче просто забыть, как мы опозорились. Каждый шаг назад из-за усталости стоил сотни детских жизней. А сейчас ты снова говоришь, что устал…

Каждое слово заставляло бойца вспоминать прошедший ужас, и это отражалось на его лице. А Артиос продолжал:

— Или тебе плевать? Бронзовый жетон, да? Я помню, как вы сдали позиции, сбежав как трусы…

— Мы… — попытался что-то сказать боец, но слова застряли у него в горле, казалось, он сейчас заплачет.