Чтение онлайн

– Айрен… мне надо взять посох!

– Но ты посмотри, что он натворил.

– Это был способ привлечь мое внимание. В нем моя сила – она не причинит мне вреда.

Все же я сомневалась, произнося эти слова. Но цветные кольца на левой руке не подавали тревожного излучения, и я посчитала, это хорошим знаком.

– Если ты окаменеешь, я не смогу жить без тебя. И я… тоже окаменею! – твердо пообещал Айрен.

– Потом к нам присоединиться Нацтер. Вместе нам будет весело.

– Лануф, это не смешно. Ты для меня все!

– Успокойся, Айрен. Позволь мне сделать свою работу.

Мы долго упрямо смотрели друг на друга. Наконец, Айрен не выдержал и опустил мою руку, воскликнув:

– Хорошо, делай, что хочешь!

Я глубоко вздохнула, и смело схватилась за посох правой рукой. Тут же в пальцах ощутила покалывание, и они начали… чернеть. Только вот разжать их я уже не могла. Не желая, чтобы Айрен заметил, что со мной происходит неладное, я накрыла ее левой рукой. В тоже мгновение энергия колец соприкоснулась с энергией посоха. Руки стали светиться, а между пальцами появились разноцветные искры. Необычное сияние и чувство тепла заполнило мое тело полностью. Волосы на голове зашевелились. Постепенно покалывание в пальцах прекратилось, и окаменение прошло.

Я заметила, что руки волонтера, державшие посох, начали менять цвет. Они становились натуральными. Процесс оживления начал распространяться по всему его телу, а затем, следуя цепной реакции, перекинулся на его напарника.

Айрен в немом изумлении наблюдал за процессом. Нацтер тоже молчал, видимо опасаясь невольным восклицанием нарушить ход удивительного события.

Вскоре в моих руках посох начал успокаиваться и принимать свой первоначальный вид. Он стал светлеть, листочек на вершине зазеленел и будто ожил.

Я облегченно вздохнула.

– Айрен, тебе придется все объяснить этим людям.

– Лануф, не беспокойся.

– Я пойду…

Он кивнул, а губы вздрогнули в робкой улыбке. Уходя, я слышала за спиной удивленное перешептывание оживших людей. Потом послышалась сбивчивая речь Айрена. Он что-то пытался объяснить, но в смысл его слов я не стала вникать. Я была потрясена случившимся не меньше остальных.

Нацтер протянул руку, помогая мне выбраться на берег.

– Ты не в духе? – заметил парень.

– Чему радоваться? Я ж думала, по простоте своей наивной, что избавилась от этой штуки. Я же вроде видела, как он исчез. Так нет!

Я села и начала снимать промокшие туфли. Ноги были грязные и я невольно поморщилась. Тут до моего уха донесся смешок Нацтера. Я готова была разозлиться. Что он нашел смешного? Я подняла на него глаза, но тут же успокоилась. Нацтер смеялся не надо мной. Он смотрел, как волонтеры и Айрен с ними изо всех сил бежали к берегу от стремительно нарастающего уровня воды.

В конечном итоге Айрена и его людей нам пришлось вытаскивать. Стремительное течение не позволяло им самостоятельное выбраться на берег. Благо повсюду торчали корявые корни, за которые они хватались и удерживались на плаву. В общем, работы было предостаточно. Те, кому мы успели помочь, тут же спешили на помощь остальным.

Мое упавшее было настроение, удивительным образом улучшилось. Глядя на Айрена, вымокшего с ног до головы, я даже воспрянула духом. Что мои грязные ноги по сравнению с плаваньем в холодной воде?

Потом все, за редким исключением, сохли на солнце. Я болтала ногами в воде и пыталась отмыть туфли от ила. Правда, вскоре Айрен воспротивился моему невинному развлечению и требовательно велел покинуть берег, мотивирую возможностью подхватить простуду.

Своим людям он обещал прислать катера, но до их прилета рекомендовал берег не покидать. А сами мы направились к «Снежку».

– Ты все время смеешься, - заметил Айрен, обращаясь ко мне. – Я что так ужасно выгляжу?

– Ты выглядишь потрясающе!

– Но что все-таки тебя веселит?

– Я вдруг поймала себя на мысли, что твои люди теперь будут бояться со мной даже говорить.

– Я как-нибудь устраню эту проблему.

– Ты уж постарайся. Иначе будет смешно, если хозяйничать в резиденции останется только семейство Эшнер. А мне поставят деревянный идол и начнут всякие там поклонения и кровавые жертвоприношения.

– Чур, я за повара! – заявил Нацтер. – Перейдем на одноразовое питание.

– Раз в месяц, полагаю? – предположил Айрен.

– Ну, да, а где я вам столько рыбы наловлю?

Пока мы летели в резиденцию, много разных версий нашего дальнейшего существования было высказано, но мы старательно избегали говорить о том, что произошло на реке. Вернувшись, я первым делом очень надежно спрятала посох. Не без оснований полагая, что он может таить в себе угрозу для окружающих. Вороне и Армонде было строго-настрого велено не касаться посоха не при каких обстоятельствах.

В городе несколько дней кипели страсти. На меня смотрели, мягко говоря, косо, но открыто интересоваться моими чудеснейшими способностями никто из жителей Диво, не рискнул. Сплетничали все и всюду. Еще бы! Лануф умеет превращать каменных людей в живых. Хорошо хоть никто не стал оставлять у двери моих апартаментов статуэток или кукол. Я надеялась, до этого не дойдет.

– Мама, а ты точно можешь оживлять? – спросила как-то дочурка.

– Конечно, нет! Армонда, все, что ты услышала от нянек – это сплетни. Я никого не могу оживлять.

Я очень хотела, чтобы дочка мне поверила.

– Жаль, - горько вздохнула она, - я хотела бы, чтобы ты оживила мою куклу.

– Извини, я не волшебница.

Армонда нахмурилась.

– Не горюй, у тебя есть Ворона – она получше любой игрушки будет.

– Мне хочется чего-то необычного. Чего ни у кого нет. Было бы здорово иметь настоящую живую куклу…

Девочка мечтательно скосила глазки к потолку.

– Мне бы не понравилось, если бы ты любила эту куклу больше, чем меня и папу.

– Нет, я бы любила вас всех одинаково.

Примерно через две недели после случая с исчезновением реки, на Диво-Инкогнито запросил экстренную посадку лайнер. Айрен не мог отказать в помощи. Посадка состоялась. Этот день обещал быть богатым событиями. Поскольку решение проблем с лайнером требовало нескольких дней, все гости в количестве пятидесяти человек были размещены в гостинице, расположенной в восточном крыле резиденции. Местное население с радостью возложило на свои плечи хлопоты по обслуживанию постояльцев. Те были щедры на похвалу и вознаграждения.