Воскресшие
Шрифт:
Аналогичная ситуация.
— Я на свой страх и риск подошел к ним и расспросил. Оказывается, в эту деревеньку раньше увозили больных чумой и оставляли умирать, а когда чума прошла, там устроили что-то вроде места для казни самых отъявленных преступников Гритена. В городе их убивать не хотели, чтобы свои чудесные земли не пачкать, потому увозили туда. Через некоторое время та малая часть жителей, что оставалась в этой деревушке, собрала вещички и уехала. С тех пор место считается заброшенным и оскверненным. Никто туда особо не суется. В Гритене о нем много информации не найдешь. Сама понимаешь, — побарабанил Твигги пальцами по рулю.
— Не хотят афишировать темное прошлое. У них же там тишь да гладь, — язвительно проговорила я. — Ты уверен, что рыбаки не соврали?
— Обижаешь, Алеста, — улыбнулся коллега. — Я связался со старым знакомым и попросил об услуге, не вдаваясь в подробности. Он нашел деревню и все проверил — скверна там есть. По его заверениям, ее почувствует даже тот, кто ничего в этом не понимает. Даже обычный человек. У него мурашки по коже от этого местечка. Я бы и сам все проверил, но решил не терять драгоценного времени и, как и планировал, поездить за пределами Мервена.
— Что ж, если твоему знакомому можно доверять…
— Можно.
— Тогда это самая прекрасная новость за последние дни. Ты сегодня вообще спал? — обеспокоенно взглянула на него. Выглядит энергичным, хоть и помятым — подстать мне.
— Немного, — зевнул он. — Пришлось залить в себя энергетиков, но это пустяки. Нам же надо Айза выручать.
Его слова вселили надежду.
— Спасибо, Твигги.
— Всегда пожалуйста. Ты сама-то готова?
Задумчиво посмотрела в окно на мелькающие угрюмые многоэтажки.
— Я готова ко всему.
— Повезло Лендеру. Не каждая девушка ради своего парня сможет спуститься в ад.
— Будем честны, не у каждой девушки парня приговаривают к смертной казни.
Через два часа мы подъезжали к заброшенной деревне. Наш транспорт подпрыгивал, попадая колесами в глубокие ямы песчаной дороги, скрежетал, качался и рычал. Как бы он не развалился пока едем.
Я открыла окно и высунула голову на улицу под моросящий дождь. Моим глазам открылись полуразрушенные посеревшие избушки и заросшие высокой травой дворы.
— Странно… Я ничего не чувствую, — сообщила Ардену. — И не вижу.
— Подожди, — сухо бросил он.
И в это же мгновение мы проехали мимо кладбища. Около десяти черных гниющих крестов стояли на мокрой голой земле.
Нарастающее жжение в руках и груди раздражало и напомнило о горчичниках, что ставили мне в детстве во время простуды. Следом за жжением последовала обреченность. Страх перед неизбежной смертью охватил меня, заставляя содрогнуться от паники и подкатывающей истерики. Впереди показался темный туман скверны…
Я закрыла окно и, тяжело дыша, откинулась на спинку сидения.
— Я же говорил, — угрюмо произнес Твигги.
— Почему я чувствую их ужас? — спросила хрипло.
Настолько ярко, будто переживаю то же самое, что и они.
— Его здесь было столько, что никакая светлая энергия не справится, — пояснил Арден, заворачивая куда-то. — Эта земля пропитана смертью и муками. Мой знакомый не стал бы лгать. — Он затормозил. — Приехали.
Мы вылезли из фургончика и направились к сердцу деревушки. В воздухе витал запах сырости и гнили, белые кроссовки утопали в грязи, дождь усиливался и мочил одежду, но эти мелочи воспринимались с равнодушием, чего не скажешь о страданиях мертвых терзающих мою душу и скверне заполонившей огромную заброшенную территорию.
Центром деревни оказалось небольшое поле окруженное развалинами и покрытое жухлой травой. Посередине стояла старая гнилая гильотина с заржавевшим лезвием.
— Удивительно, что здесь вообще что-то осталось, — пробормотала я, снимая рюкзак и открывая его.
И словно в подтверждение моих слов часть гильотины с треском свалилась на землю. На пару секунд мы с Твигги напряженно замерли и молчаливо уставились на нее.
— Стесняюсь спросить, это хороший знак или плохой? — попытался он разрядить атмосферу.
— Это совпадение, — буркнула я и достала из рюкзака нож.
— Давай мне, — решительно протянул руку Арден. — Тебе понадобятся силы.
С сомнением заглянула в кристально чистые голубые глаза и, немного подумав, отдала ему нож.
— Где будет круг? — с энтузиазмом спросил Твигги.
— Вокруг гильотины.
— Думаешь, приманка сработает? — уточнил он и порезал руку, зашипев от боли.
— Оскверненное место, человеческая кровь и душа — все, что нужно для привлечения демона, — проговорила я, окидывая поле равнодушным взглядом. В прошлый раз сработало и в этот сработает.
Когда Твигги закончил, я подошла к гильотине и села рядом с ней. Сделав глубокий вдох, закрыла глаза.
«Только подумай, Айз, чтобы спасти тебя от казни мне пришлось прийти в место, где казнили настоящих преступников, — уверенность в том, что все получится, с каждой минутой крепла все сильнее. — Я непременно спасу тебя!»
Задышав ровно и выбросив посторонние мысли из головы, вытолкнула из тела свою душу. Сначала она сопротивлялась и с чудовищной силой тянулась обратно, но стремление, воля и упрямство победили.
Через миг мое тело сидело напротив меня с безмятежным выражением лица.
Кто бы мог подумать, что осторожная и правильная девочка Алеста, умолявшая Айза не делать глупостей, когда-то совершит настолько безрассудный поступок.
Я рискую жизнью, отпуская душу на прогулку в ад. Я рискую временем, которого остается так мало. Я рискую всем лишь бы спасти его.
Умиротворенно улыбнулась.
Чего только не сделаешь ради Айзела Лендера!
Первые секунд двадцать ничего не происходило: царила тишина, напряженный Твигги стоял неподалеку, начал накрапывать дождь.
Я поднялась на ноги и в замешательстве осмотрелась. Ну и где чертова змеюка? Мне станцевать, чтобы привлечь ее внимание?
Рядом вспыхнул огонь, и из него — возрадуемся же! — выползла демоница.
Хищно улыбнувшись, она открыла было рот, но вместо слов из ее горла вырвался крик. Змея пронзительно заорала, сгорая в пламени и исчезая без следа. Снова наступила тишина.
Что. Это. Было?
— Алеста…
— Тш-ш, — шикнула на Твигги, прислушиваясь к странному треску за спиной.