Чтение онлайн

Местечко тёмное и как раз без других глаз. То, что нужно. Очень хорошо всё складывалось.

Он облапал меня грязным взглядом, насколько позволял тусклый свет. Отвернулся и, прохрипев девушке «Пошла вон!» ощутимо, больно вцепившись мне в локоть, потащил за угол.

В спину послышались одобрительные возгласы, сопровождаемые похабными словечками.

Я почувствовала, как адреналин выбросился в кровь, мобилизируя все силы организма на самозащиту, тем самым говоря «бей или беги». Сердцебиение участилось, кровеносные сосуды сузились, дыхание стало более быстрым. Я даже успела заскучать по этому безумному и опасливому чувству. Мои физические нагрузки не дают такой выброс этого гормона. Я как эмоциональный наркоман. В последнее время моя жизнь без ярких адреналиновых эмоций стала скучной и неинтересной.

Резко завернув за угол, он схватил меня за волосы, оттягивая назад голову.

Не сказать, что мой противник велик и могуч, но средней комплекции.

– И зачем так грубо? – для видимости поинтересовалась я.

– Ну давай, посмотрим, на что ты способна. На колени, – потянув меня вниз, он стал расстёгивать джинсы одной рукой.

Я опустилась на колени. Видя мою покорность, он сначала ослабил хватку, а потом и вовсе отпустил волосы. Неудобно ведь одной рукой стягивать плотную ткань джинсов.

Для принятия решения и воплощения плана в действие мне потребовалось 10-12 секунд. От привычки трудно избавиться. Особенно когда её формировали долгими тяжёлыми годами. Вот и я привыкла предполагать, оценивая соперника, сколько временя мне понадобиться для достижения результата. Результаты победы или поражения.

Короткий и резкий удар правым кулаком в пах заставляет отморозка скрючиться, поджав ноги вместе, и заскулить. Пошатываясь, он всё же удержался на ногах. Но я не даю ему очухаться, как вскакиваю и наношу точечный удар ребром ладони по щитовидному хрящу. Кулаком было бы менее травматично, но мне совершенно не хочется его жалеть. Он завалился набок, схватившись за горло, и захрипел, брызгая слюной.

Я наклонилась и тихо сказала, корчившемуся от боли на земле сволочуге:

– На каждую силу найдётся большая сила. В следующий раз тебе вырвут кадык и ты будешь захлёбываться уже не слюнями, а кровью.

В этот момент я услышала стремительно приближающиеся быстрые шаги.

– Стас, ты как накатишь, треплешь не в меру. Ключи давай быстрее.

– Да ты не понимаааешь! – пошатываясь, рыщет по карманам мой зам. – Это правда, любовь всей моей жизни. Ты должен порадоваться за меня. Она такаааяяя…

– На тебя радости не напасёшься.

– Ну что ты о старом? Прошлый раз я ошибся. С кем не бывает, – выворачивая четвёртый карман куртки, пьяно растягивая гласные, ответил он.

– Как и позапрошлый, и ещё хрен знает сколько раз, – усмехнулся я.

– Ты неправ! – поморщился Стас, заглядывая под стол в поисках ключей. И почему я его до сих пор не уволил? С таким-то разгильдяйством? Хотя надо признать, что при всей его ветренности и несерьёзности, он отменный химик. – Я тебя с ней познакомлю и ты всё поймёшь. Нет, это плохая идея. На свадьбе.

– Стас, где ключи? Ты хоть понимаешь последствия? – перекрикивая музыку, сказал я со злостью.

– Да не бухти ты. На, – протянул мне долгожданную связку. – Всё, иди. Мне надо найти её. Женщину нельзя оставлять одну. – Отталкивая меня, он пошёл в большой зал.

По-хорошему его надо бы домой доставить. Но да ладно. Немаленький.

Выхожу на улицу и не доходя до машины, уже понимаю, что она пуста.

Не, ну что за? Женщину нельзя оставлять одну. Стас очень точно подметил. Ценитель женской психологии, блин.

Подхожу к молодёжи, тусовавшейся неподалёку.

– Ребят, девчонку тут не видели? Светловолосая, низенькая.

– Ну, предположим, видели, – развязано сказал один из пацанов. – А тебе зачем, дядя?

– Много будешь знать, рискуешь изувечиться.

– Ой, дядя, ты бы нервы поберёг, а то мало ли чё тебя в будущем ожидает, – язвительно с ухмылкой пророкотал самый разговорчивый в тон ехидным насмешкам своих товарищей.

– А по существу, – рыкнул я, почувствовав, что терпение на исходе. Да и какое-то непонятное тревожное волнение разом накрыло, аж руки задрожали.

– Нууу…Она просто уединилась с нашим другом. Я думаю…

– Что? Где она? – в два шага я преодолел расстояние до главаря и схватил его за куртку. Остальные заметно напряглись, придвинулись ближе, но вмешиваться не стали.

– Да за углом они.

Отпустив мальчишку, я побежал за угол. И за эти несколько считаных секунд, я даже не знал за какую мысль уцепиться в вихре предполагаемых событий. Но я никак не ожидал увидеть за тёмным углом то, что предстало перед взором.

Парень, схватившийся за горло, лежал на асфальте и пугающе хрипел.

– Что с ним? – я подошёл ближе, пытаясь лучше его рассмотреть и понять, что делать. Девушка же, казалось, была в полном порядке.

– Приступ… астмы.

– Астмы? А ты откуда знаешь? Ты врач? – удивился я, ибо эта пигалица меньше всего походила на врача.

– Представление имею.

– Надо же скорую, – полез я за телефон.

– Не стоит. Ингалятором он уже воспользовался. Ему становится легче.

– Ты уверена? – прислушиваясь и внимательнее смотря на парня, я пытался понять, меньше ли он хрипит.

По-моему, ни фига не меньше.

– Пойдём, – требовательно сказала девушка.

– Мы его так здесь бросим? – мои брови поползли вверх.

Девушка перевела спокойный взгляд с моего лица на конвульсирующего парня, как будто только сейчас про него вспомнила.

Степень моего удивления роста в прогрессии.

– Нет. Ты позовёшь его друзей.

– А-а-а, – протянул я и пошёл звать.

Ведя машину и поглядывая на девушку, очень миленькую, надо сказать, я пытался понять, что только что произошло. Я честно старался, но никакой логики в её действиях не видел.

– Он твой знакомый?

Она перевела на меня блестящие в темноте глаза и тихо спросила:

– Кто?

Интересно, какого цвета у неё глаза?

– Тот, что с приступом.

– Нет.

– А зачем ты с ним пошла?

– Он захотел.

– И чего он захотел? – вконец прифигел я, забывая даже о дороге, я уставился на неё.

– Наверное, того же чего и ты, – с короткой усмешкой ответила она.

Машину резко вильнуло вправо и, я, выругавшись сквозь зубы, попытался сосредоточиться на дороге. Но где там? Если рядом сидит такая загадка.