Чтение онлайн

— Ева, ты нужна мне… теперь мы едины… ничто не будет прежним… — звуки были мешаниной металлического скрежета и далекого эха девичьего голоска.

Ева вспомнила старые мистические фильмы про демонов и призраков, которые пугали её в детстве, именно такой демон говорил сейчас с ней. Странное существо в один миг оказалось прямо перед её лицом. Ева даже не успела вздрогнуть, как оно впилось ей в шею. Девушка почувствовала дикую боль. Пронзительный крик, который принадлежал не Еве, вывел её из состояния транса.

У ног Евы лежала Адриана, застыв в мертвенном оцепенении и с гримасой ужаса на лице. Болеро окутало своим шлейфом её ноги и живот, обмотавшись вокруг них несколько раз.

Что могло её напугать? — отстраненно подумала Ева и, теряя сознание, рухнула на пол рядом с ректором-вампиром.

***

Дул легкий и приятный ветерок. Ева открыла глаза, занавеска легонько колыхалась от сквозняка, и в комнату пробивался солнечный свет.

Что же я не сгораю на солнце?

— Ты сама знаешь — мы равнодушны к нему, ты всё видела во время Вхождения, — в комнате был профессор Оскар.

Ева приложила ладони к лицу.

Так всё это был не сон.

Голова закружилась, стало плохо, застучало сердце. Показалось. Она не чувствовала биения своего сердца, дышала, но не нуждалась в этом. Девушка отвела руки от лица и взглянула на них, кожа стала белее прежнего.

— Не знаю, что там стряслось, эти ответы я надеюсь получить от тебя, но Адриана погибла странной смертью, прямо в момент твоего Вхождения, — Оскар не глядел на Еву — он стоял возле окна и взирал холодным взглядом куда-то вдаль, скрестив руки за спиной. — Пока ты приходила в сознание, я заглянул в твою память, прочел мысли, но там пусто. (Ну, спасибо). Я принял решение взять твоё обучение на себя, хочу быть рядом, если ты что-то вспомнишь.

Ева не чувствовала в себе привычных усталости и слабости, лишь легкость во всем теле. Хотя было чувство голода, но какое-то необычное.

— Что ж, пройдемся, а заодно начнем твоё обучение.

Ева легко поднялась с кровати. Её не переодели, платье было усеяно пятнами запекшейся крови. Она надела кроссовки, которые нашла под кроватью. Оскар и Ева вышли в коридор, он уходил куда-то очень далеко, по обе стороны, за большими стеклянными стенами, чем-то занимались люди (или вампиры) в белых халатах. Здание совершенно не походило на старинный замок, скорее на научно-исследовательский центр. Ева решила, что у создателей этого здания был пунктик насчёт белого цвета.

Ева украдкой изучала Оскара, прежде ей не доводилось видеть его так близко. Куда только не приводили её девичьи фантазии, но наиболее частым их гостем был именно проректор Оскар. Словно сошедший с обложки журнала: высокий статный голубоглазый блондин с серьёзным лицом и проницательным, но как будто сочувствующим взглядом; он волновал всех без исключения девочек в школе.

— Хочу рассказать тебе о некоторых особенностях твоей новой жизни; не понимаю, почему ты так легко всё принимаешь, но и к лучшему, — Оскар не поворачивал головы в сторону Евы, его руки намертво скрестились за спиной, а походка была очень величественной. — Теперь ты мертва. Твои биологические процессы подчиняются только тебе и не требуют энергозатрат, в привычном понимании. Да, тебе нужна энергия, но она далека от АТФ. Наши организмы устроены таким образом, что отделяют жизненную энергию от крови человека. Как это происходит и что это за тип энергии, не удается выяснить тысячи лет, поэтому нам приходится употреблять кровь в качестве пищи.

Оскар внезапно остановился. Он повернулся к Еве и заглянул ей в глаза. Ей сделалось не по себе. Кабинетов больше не было, лишь белые стены которые плавно перетекали в белый пол, границы между ними будто и не существовало. Яркие светильники на потолке заставляли мрамор блестеть. Оскар продолжил:

— Привычная для тебя картина мира — лишь его часть. Сейчас мы проведем первый урок.

Ева не понимала, о чем говорит Оскар, она не ещё не решила, во что ей верить. А ещё этот его непонятный и пугающий взгляд.

— Прямо сейчас? Да я выгляжу как старая помойка. И что же это будет за урок?

— Тебе не понравится, — проректор загадочно улыбнулся, а затем его глаза вспыхнули красным огнём.

Ноги Евы подкосились, и все конечности пронзили острые жала боли. Мысли в голове путались, из носа хлынула кровь. Собственное тело больше не подчинялось её воле. Она с маху врезалась лицом в мраморный пол, переломав себе челюсть. В этот момент внутри бушевал огонь — отозвался инстинкт самосохранения. Все чувства вдруг оставили Еву, но появилось новое — восприятие мира, похожее на зрение и осязание одновременно. Она видела-ощущала окружающее пространство. Переведя внимание на свои руки, она обнаружила свечение, сотканное из множества нитей, которое повторяло контуры её тела. Направив внимание вперед, она увидела светящийся объект, похожий на неё. Из него произрастали два тонких ручейка света, но не голубые, а зеленые, и соприкасались с ней. Ева чудесным образом осознавала явившуюся картину мира. Светящееся нечто рядом было Оскаром, а те нити света, что тянулись от него — губительным воздействием, которое прижало её к полу. Девушка знала, как воспрепятствовать этому. Вокруг её тела возникло собственное свечение зеленого цвета. Оскар резко отступил назад, будто его оттолкнул ураганный ветер. Ева медленно поднялась на колени, её лицо было изуродовано и истекало кровью. Но мгновение спустя раны стали затягиваться, а запекшаяся кровь чешуйками осыпалась на пол.

— Молодец. Немногие могут сопротивляться, едва обратившись. — Спокойно произнес Оскар. Хотя только что смотрел на изувеченное лицо девушки, на котором вместо носа зияла черная треугольная дырка с красной перегородкой посередине. — Ты можешь взаимодействовать с чем угодно: все состоит из энергии. Но необходима тренировка. А теперь идём дальше.

Оскар презрительно отвернулся и продолжил наставления:

— Истолковать, увиденное тобой, пытались многие поколения вампиров, но пока мы научились лишь применять это. То, как ты управлялась со своей и чужеродной энергией, мы называем Воздействием, как бы тривиально это ни звучало.

Ева встала с колен и отряхнула одежду. Она хотела всё высказать Оскару. Потребовать от него объяснений, выяснить, почему он мстит ей, ведь она не виновата в смерти Адрианы — но что-то её отвлекло. Молодая вампирка почувствовала, как воздух вокруг стал плотнее. Девушке казалось, что она может слепить из него что-нибудь, как из снега, хотя больше он походил на очень плотный пар. Для того, чтобы использовать окружающую её энергию, Ева напрягла нечто внутри своей головы, внутри себя. Она решила, что это воля. Знакомое чувство — заставить себя выйти на утреннюю пробежку по территории замка, в промозглую осеннюю погоду. Взмахнув руками, Ева очистила свою одежду, не прикасаясь к ней. Оскар сделал замечание, не оборачиваясь:

— Не трать силы впустую. Любое Воздействие отнимает жизненную силу. Лучше действовать привычными методами: вместо мысленного общения, если в нём нет острой необходимости, используй речь, ходи на своих двоих и так далее.

Ты будешь нуждаться в подпитке, а с этим у нас не просто. Люди, добытые с помощью наших методов, не способны дать много энергии, в отличие от тех, что родились естественным путем. Но вход в Лиону закрыт: люди не глупы — они давно знают о нашем существовании и недурно охраняют свои территории. А если нам вздумается напасть на Общину, то федерация, как бы ниотносилась она к «подземникам», объединится с ними.

— Куда отправляются те, кто прошел Вхождение? После ритуала я больше не видела их в замке. Сдаётся мне, они не отправляются в лучшую жизнь, как всем казалось.

— В лучшую жизнь… Возможно. Родник — временное пристанище для всех нас. За пределами школы, вне Сарсы, находится иной мир. Ты сама сможешь увидеть.

Мир вне планеты? Хмм…

Ева и Оскар спустились на первый этаж исследовательского центра. И здесь кабинеты с белыми халатами внутри. Окна здания, расположенные в холле коридора, выходили во двор замка; студенты радовались жизни, предаваясь кто нежностям, кто учебе, кто общению и занятиям спортом. Кучевые облака отбрасывали широкие тени, которые вылизывали зеленую лужайку двора. Ева подняла голову вверх, взглянула на облако и поняла, что может почувствовать его и даже управлять им. Молодежь на улице не видела той половины замка, в которой сейчас находилась Ева. Она не могла припомнить, чтобы сама хоть раз видела это крыло здания.