Восприятие Яна
Шрифт:
Вместо ответа Оскар обернулся и указал жестом куда-то за спину девушки. На пустом до этого месте появилась скульптура, изображающая молодую девушку, которая обхватила руками плечи маленького мальчика и готовилась вот-вот впиться ему в шею клыками. Девушка-изваяние была похожа на Еву. Прежде она не смогла бы и вообразить, как перед ней материализуется объект, вот так — из воздуха. Когда скульптура возникла, послышался тихий хлопок, и во рту появился резкий кислый привкус. Оскар заметил, как девушка поморщилась, и сказал:
— Это нарушает материальные законы физического мира. Вкус во рту, этот звук, а еще приличная доза радиации — побочные эффекты игр с энергией. Живой человек вряд ли смог бы пережить и один такой фокус, по крайней мере, прожить после него долго.
Обзор достопримечательностей привел их к храму. Величественное здание, высотой превосходило древние деревья, растущие рядом и похожие на огромные буки. Архитектура храма отдавала готикой; узорчатые резные капители, фризы, стрельчатые и факелообразные арки невообразимой сложности орнамента поражали воображение. Разве такое могли создать человеческие руки? На прихрамовую каменную дорожку смотрел огромный витраж из красного стекла, украшенного узором в виде спирали. По обе стороны дорожки росли красные клены, которые были не такими высокими, как буки, но выглядели благороднее.
Внутри их встретили скульптуры и настенные фрески, рассказывающие историю вампирского народа. Ева решила, что после обязательно вернется и рассмотрит эти диковинки. Произведения мастеров были выполнены очень искусно. Оскар объяснил, что созданы они, как и весь храм, при помощи Воздействия, отсюда и совершенство деталей.
Высокий мраморный зал, с арочным сводом и колонными рядами, заканчивался внушительного вида дверями. Ева с тяжелым обречённым вздохом взглянула на них. Пока она шагала вслед за Оскаром в конец зала по ковровой дорожке, её нежно касались лучики света, которые пробивались сквозь витражи. Отворились двери. За ними стояли жрецы облаченные в длинные рясы. На груди каждого блестел медальон с изображением спирали, для той эпохи — символ жизни и вечности. Знак был выполнен красным цветом, линии напоминали нити жизненной энергии в телах людей. В большом мрачном зале столпилось множество людей в домино, скрывающих лица капюшонами. Среди них были и вампиры. В хорошо освещенной свечами части зала, в неглубокой нише в полу, стоял мальчик лет восьми. Ребенок был в белом церемониальном одеянии.
— Первый опыт поглощения энергии должен произойти с юным существом, на то есть причины. Не переживай, он не обратится — одного укуса для этого недостаточно. И не бойся, это всего лишь пища, — Оскар почувствовал смятение Евы и положил руку ей на плечо.
Он хочет, чтобы я укусила его?
Народа было много, но скрытые капюшонами лица избавляли Еву от смущения. Она не хотела причинять вред маленькому мальчику; он стоял и смотрел на неё взглядом затравленного животного.
Да пошло оно всё…
— Я не могу, — сказала Ева и напряглась, ожидая ответа.
Люди в рясах, те, что стояли ближе и услышали её слова, начали перешептываться. Ева почувствовала нарастающий гнев Оскара, увидела его взгляд, в котором блестела ущемленная гордость. Его Воздействие всколыхнуло воздух. Все произошло со скоростью мысли. Девушка была слишком слаба, чтобы бороться. Она перестала контролировать свое тело, сделала несколько деревянных шагов марионетки и в следующее мгновение впилась внезапно удлинившимися клыками в шею мальчика.
Отвратительный запах, нет, ужасная вонь царила вокруг. От неё у Евы даже подкосились ноги. Вокруг было мрачно, большую улицу освещал лишь один фонарь. Под ногами хлюпало. В свете фонаря всюду виднелись человеческие тела. Некоторые еще двигались.
Они гниют заживо!
Девушка не сдержала рвоту. Стоило открыть глаза или вдохнуть запах как её снова выворачивало. Ева попыталась использовать Воздействие, но ничего не вышло.
— Ты бессильна, тебя здесь нет, — раздался голос из темноты.
Фонарь погас, а когда загорелся вновь, в шаге от Евы стояло знакомое существо. Да, она видела его перед смертью Адрианы. Черные волосы, глаза темнее ночи — блестели подобно осколкам черного стекла.
— Теперь ты готова. Прими дар и стань мне сестрой, — произнесло существо. Фонарь снова погас, а когда включился, существо вдруг оказалось в руках Евы, и молодая вампирка впилась в бледную и холодную шею омерзительной твари, не в силах совладать со своим телом…
Мальчик обмяк в руках Евы и, выскользнув, рухнул на пол. Мрачный зал заполнился светом. Люди в рясах склонились в молитвенном поклоне. Вкус крови, еще звучащий на кончике языка, отпечатался в памяти Евы, как ей казалось, на всю жизнь.
Что это было?! Кто она такая? Я уже видела её, — испуганно подумала Ева, затем заглянула в наполненные страхом и болью глаза мальчика. — Так нельзя, это неправильно!
«Ничто не будет прежним, — прозвучало в голове. — Голод поглотит всех».
Безмолвная пауза, которая показалась Еве вечностью, сменилась взволнованным гулом толпы. Мальчик, что лежал на полу, вдруг согнулся в приступе боли и завопил. Голос ребенка звучал сначала отчаянно, затем зловеще. Мальчик принялся смахивать с себя, казалось, невидимых насекомых. С отчаянием человека, попавшего в трясину, и воплями запущенного шизофреника, он сдирал с себя одежду, потом принялся за кожу. Люди вокруг замолкли и не двигались с места.
Ева, уже почти рефлекторно, использовала Восприятие. Ребенок у её ног выглядел не так, как его собратья. Красные нити жизни больше не вплетались в его энергетическое тело. Теперь он выглядел как существо с дефицитом жизненной силы — как вампир. Вот только жизненная энергия мальчика очень быстро исчезала внутри него. Такое существо не смогло бы жить без постоянной подпитки — бесконечной подпитки жизненной силой. Это был вовсе не ребенок, оно стало воплощением абсолютного голода.
Мальчик уже содрал с себя остатки кожи и часть мышц. На месте содранной плоти нарастала новая. Ребенок преобразился: его глаза обрели мертвенную белесость, вместо коротких светлых волос отросли черные и длинные, тут же став сальными и слипшимися, лицо покрылось слизью. Когда изменилось его тело, часть людей завопили, а другие начали расталкивать толпу и пробираться к выходу.
Scutigera coleoptrata — «Мухоловка обыкновенная», — вспомнилось Еве название из учебника.
Тело существа, которое минуту назад было восьмилетним мальчиком, теперь больше напоминало это самое насекомое. Длинный хитиновый панцирь, состоящий из отдельных сегментов, имел пару десятков тонких и длинных паучьих лап. Монстр с удивительной быстротой перевернулся и встал на лапы. Эти насекомые всегда вызывали у Евы неприязнь, особенно когда начинали двигаться с огромной скоростью. Но это существо внушало истинный ужас. Тварь стояла неподвижно, бледные глаза были пусты.
Паника. Люди пробивались к выходу, но двери не поддавались. Ева чувствовала Воздействие Оскара, но сила высшего вампира не действовала на мерзкое создание. В один момент все затихли, наблюдая за претерпевшим метаморфозу мальчиком. Существо подняло голову и скорчило гримасу отчаяния. Так же отчаянно завопило. От этого голоса у Евы широко раскрылись глаза, а ноги обмякли. Это было похоже на крик женщины, у которой на глазах убивали её ребенка. Тварь затихла. Гримаса на её лице изменилась в тот момент, когда распахнулась пасть, обнажая огромные и острые зубы. Оно рванулось в сторону толпы.