Чтение онлайн

– Леди… - он поцеловал мне руку, отчего вонь усилилась. Стало быть, не ошиблась я, от него несет. – Вам не передать всю глубину…

И что-то там принялся вещать.

Я гляжу.

И киваю.

И не выдерживаю-таки.

– А вы отлично ботинки чистите! – сказала я.

А что! Комплимент!

– В нашем городке таких даже у мэра не было, а у него собственный чистильщик обуви имелся. Ну, так поговаривали…

– Ботинки? – идеальный лоб прорезала морщина.

– Ага… тут же прислуги нельзя. Нам так сказали. Все сами, сами… вот и удивляюсь. Я, честно, сперва подумала, что вы просто еще один знатный зас…ланец, - вовремя спохватилась я. – А теперь вижу, что ошибалась. Ботинки-то вон как чистите! Не каждому дано!

Кажется, он несколько растерялся.

А я ручку-то забрала. Будут тут всякие вонючие её лобызать. Еще не хватало.

– Кстати, а приятели ваши где?

Грегор вон тоже испарился.

– Они неважно себя чувствуют… верно, отравились чем-то. Уверен, целители помогут. Но сейчас они категорически не способны… - и запнулся, но добавил. – Не готовы предстать пред вашим взором.

Ага.

И угу.

Ну а дальше мы пошли пить чай. Муторное это мероприятие. Сидишь, улыбаешься во все зубы, и слушаешь, как тебе про твою красоту нечеловеческую вещают.

Или вот про погоду.

Или про красоту, но не твою… я даже в какой-то момент потеряла нить беседы, задумавшись о своем.

– …вы ведь будете?

– Что? – я моргнула. – Простите, задумалась.

– О чем?

– О своем, о женском… - не говорить же ему, что жрать опять хочется. Причем не пирожных, а мяса. Чтоб нормальный такой кусок. Можно даже не сильно выжаривать. – А вы о чем?

– Интересовался, будете ли вы на балу у Эстервудов?

– А куда я денусь? – я бы честно отказалась от высокой чести, но раз уж не положено, то буду.

– Очень… рад.

И опять на меня выпялился. Тоже страсть изображает? Или тут что-то другое.

– Смею ли я надеяться, что прекрасные дамы позволят мне воспользоваться ситуацией… пусть это не совсем красиво по отношению к другим, но я…

Вот еще бы покороче говорить научился, вообще б ему цены не было.

– …умоляю оставить для меня танец. Любой… я согласен на что угодно, лишь бы…

Матушка и леди Орвуд переглянулись.

Чуть прищурилась Виктория. А Эва едва слышно вздохнула и в очередной раз покосилась на окно. Вернется братец, я самолично ему уши оторву.

Но танец пообещать пришлось.

Всем нам.

И даже поспорить недолго, кому какой. Главное, до бала на забыть, чего я там ему наобещалась, а то же ж неудобственно получится.

Хотя… может, больною сказать?

Или еще как?

А самое интересно, что получив обещание, Найджел Сент-Ортон поспешно откланялся. Как-то даже чересчур поспешно, что ли?

– Сбег? – грозно поинтересовалась Матушка Мо, выглянув из кухоньки. А еще мне скалкой погрозила, хотя я тут при чем-то. – Иродище…

– Почему? – уточнила презадумчивая матушка.

– Морда больно лощеная. У настоящего мужика такой не бывает.

Спорить с аргументом столь весомым никто не решился.

Зато поесть дали. Мяса. Ломти холодной говядины на листьях салата, припорошенные молотыми кедровыми орешками несколько примирили меня с жизнью, Сент-Ортоном и грядущим балом.

Чарли появился ближе к вечеру.

И принес коробку конфет, огроменную, к слову, а еще парочку махоньких револьверов, таких, что прямо сами в руки просятся.

Я и взяла.

Пахли они пречудесно. Даже эта вонь, от которой все никак не получалось избавиться, отступила. А с нею и желание устроить скандал.

– Пожалуйста, носи их при себе, - попросил Чарльз.

А я крутанула револьверы.

Проверила, убеждаясь, что мягко работают. Пристрелять бы еще где, но это позже, после ужина. И успокоилась.

– Рассказывай, - велела я мужу, а конфет не дала.

Не заслужил.

Он замялся. Смутился. И вид сделался еще более виноватым. Но конфет я все одно не дала.

– Да как-то… такое вот… странное. Мне предложили отдать тебя во торжество науки.

– Чего?

– На самом деле уверен, что все это – спектакль, разыгранный для… для чего? Вот не понимаю. Или меня считают настолько наивным?

Он с отвращением стащил сюртук.

– Я, конечно, никогда не отличался… но наивный и тупой – это ведь разные вещи! А тупым я никогда не был!

– Не был, не был, - поспешила я успокоить мужа.

– На первый взгляд все казалось таким… подземелья, путь тайный. Избранные… а потом какой-то бред о превосходстве белого человека над всеми прочими. И главное, не только над орками и сиу, это ладно, к подобному я уже и привык, если подумать, но ведь и над другими людьми!

– Не белыми?

– Не белыми. И не одаренными. Мне три часа… Милли, три гребаных часа мне втирали, что место в мире заканчивается, что магия исчезает, потому что слишком много тех, кто тянет из мира силы, что количество неодаренных должно быть строго ограничено… - он потряс головой. – И главное, с аргументами, с доводами… с планом по расчистке мира! Представляешь, у них и план уже есть!

– Толковый хоть?

– Как по мне – бред полнейший. Устроить резервации, куда отправить всех неодаренных, а потом заразить их болезнью… ну, чумой, например. Это же…

Он обнял голову руками.

– И главное, приходилось слушать. Спорить. Гуманизм свой показывать…

– Главное, чтоб не прилюдно.

Чарльз хмыкнул и вдруг сгреб меня, уткнулся лицом в волосы.

– Хорошо, что ты есть.

– Мне тоже нравится. Так до чего договорились?

– Мне дали время подумать. Я или приведу тебя в лоно братства, позволив изучить… во благо будущего мира. Я ведь должен чем-то пожертвовать…

– Или?

– Или умру.

– Чего?! – леди не орут, но случай-то исключительный.

– Мне… точнее на меня наложили проклятье.

– А ты позволил?

Подзатыльник бы ему отвесила, но держал меня Чарли крепко.

– Меня не особо спрашивали, вообще-то… на самом деле в какой-то момент я словно застыл. Он говорил, говорил, этот тип… от этого монотонного голоса заболела голова. И я отключился. Всего на мгновенье.

Но мгновенья хватило.

Вот… сволочи.

Сила во мне шелохнулась, совершенно с определением согласная. Сволочи. Редкостные.

– А потом я очнулся и дальше вроде слушаю. Он договорил… ну и про проклятье. Признаться, не поверил сразу, но он что-то сделал, - Чарльз поморщился. – И стало плохо. Так, что думал, не выживу… а он потом раз и убрал. Ненормальный…