Чтение онлайн

— Вон и танки! — Санька первым увидел их.

Танки были привязаны стальными тросами к платформам. На башнях мелькали черные кресты, обведенные белой краской. Танкисты, обнаженные до пояса, загорали. На башне одного танка, свесив ноги, сидел в трусах долговязый немец. Около рта он держал губную гармошку. И хотя музыки ребята не услышали, они поняли, что солдатам очень весело.

— Едут наших бить, — зло произнес Санька.

— Эх, динамиту бы сейчас! — Вовка с отчаянием скомкал ветку можжевельника. — Мы бы им устроили настоящий концерт!

Михась, ломая ветки, бросился к автоматам.

— Чего ждать! Мстить надо!

Вовка тоже схватился за оружие. Положив ствол автомата на сук, стал целиться. Поезд, грохоча, удалялся, и танкиста с губной гармошкой скрыли товарные вагоны и цистерны. Михась нервно нажимал на курок, но автомат не стрелял. Санька подбежал к нему.

— Отдай, раз не умеешь! Надо сначала предохранитель снять.

— Тише вы, вояки! Отставить! — скомандовал Вовка. — Стрелять уже поздно.

Михась погрозил вслед составу кулаком.

Вовка, за ним Санька и Михась снова вскарабкались на железнодорожную насыпь. Стучали по рельсам, пытались отвинтить гайки, пробовали выдернуть железные костыли. Однако ничего не получалось.

— Ура! — вдруг закричал Михась. — Кажется, нашел!

Михась сбежал с насыпи и поднял железную палку, покрытую толстым налетом ржавчины.

— Дай–ка я попробую. — Вовка взял железку, подсунул под рельс и попытался сдвинуть его, но тот не поддавался.

— Зря пыхтим, — устало сказал Санька.

Вовка вытер пот со лба, с досадой размахнулся и запустил палку в телеграфный столб. И попал! От удара провода загудели.

— Меткий ты! — произнес Михась с восторгом.

Возка посмотрел на телеграфный столб, на провода. Они висели в шесть линий, по три с каждой стороны. С верхнего провода опасливо слетели две птички. Так ведь это же связь! Связь! Ее можно нарушить. Ее надо нарушить!

— Санек, Миха! — позвал Вовка. — Мы им сейчас устроим. Айда за мной!

Он кубарем скатился с насыпи и поднял брошенную железку. Санька и Михась спустились к нему.

— Провода! Это телефон и телеграф. — Вовка сделал паузу и посмотрел на одного, потом на другого. — Надо рвать их!

Но его предложение было встречено без энтузиазма.

— Ха! — усмехнулся Михась. — Голыми руками?

— Не голыми, а вот железкой. — Вовка протянул палку.

— Надо перчатки резиновые, током шибанет, — сказал Санька.

Вовка уже хотел бросить палку, но тут неожиданно его поддержал Михась.

— Есть резина!

— Где?

Михась перебежал насыпь, разыскал рваную галошу. Вовка отодрал подкладку и стельку. Осталась подошва и часть носка. Ими он обернул конец железки.

— Ну как изоляция?

— Мировая! — похвалил Санька. — Что надо.

Вовка сунул железку Саньке:

— На, подержи! — и подошел к столбу.

Влезть на него оказалось не так легко. По деревьям Вовка лазил, а по столбам, тем более телеграфным, не случалось. Обхватив столб ногами и руками, кряхтя от напряжения, Вовка медленно поднялся вверх, добрался с большим трудом до изоляторов, уцепился одной рукой за металлическую скобу.

— Давай железяку!

Однако ни Санька, ни Михась подать палку не смогли: Вовка был слишком высоко. Санька огорченно присвистнул. Вовка смотрел вниз, не зная, что предпринять.

— Подожди, я сейчас, — сказал Михась.

Он засунул железку себе за спину под ремень, сунул за пазуху кусок галоши и полез по столбу. Не успел он добраться до середины, как у него выскочила железка и упала вниз.

— А, черт! — выругался Михась.

Пришлось спускаться и лезть снова. На этот раз прошло удачно. Как только Михась спустился и отбежал от столба, раздался треск: Вовка бил изоляционные чашки. Обхватив рукой и ногами столб, Вовка орудовал железкой, словно мечом. Разбив последнюю чашечку, он бросил вниз свое орудие и ловко съехал вниз.

— Все!

Михась поднял железку, схватил кусок галоши.

— Ха! Теперь моя очередь!

Он побежал к другому столбу.

Санька тоже загорелся: чем он хуже? Вовка не стал возражать.

— А теперь куда? — Санька вопросительно посмотрел на Вовку.

— Пойдем рядом с дорогой, — сказал Вовка.

— Еще провода будем рвать? — спросил Михась.

— Может быть, — ответил Вовка неопределенно. — А может, еще что придумаем.

Они шли долго по лесным зарослям неподалеку от железной дороги. Солнце почти село, и лес, пронизанный редкими солнечными лучами, погружался в предвечернюю тишину.

— Надо бы место для ночлега выбрать, — сказал Вовка и добавил уже тоном приказа: — Санька, привяжи корову и догоняй нас. Мы с Михасем пойдем вперед.

Железная дорога делала крутой поворот. Едва мальчишки свернули, как увидели вдали кирпичное здание с освещенными окнами я небольшие избы, крытые соломой. Где–то лениво тявкала собака, доносилось мычание коровы, потянуло дымком, смешанным с запахом жареного мяса.

Подбежал запыхавшийся Санька.

— Станция, — сказал Михась и потянул носом. — Вкусно пахнет.

Сумерки спускались, окутывая голубым туманом дали. Выбрасывая клубы белого дыма, к разъезду медленно подкатил состав и остановился. Из вагонов выскочили несколько человек и побежали к станционному зданию. На семафоре неподалеку от поворота загорелся зеленый огонек.

— Встречного ждут, — догадался Михась.

Вовка обратил внимание на маленькую будку стрелочника, которая стояла за поворотом. Из нее вышел человек с фонарем, поставил его на землю и передвинул стрелку. И вдруг у Вовки родилась дерзкая мысль: «А что, если стрелку поставить на старое место? Тогда встречный поезд врежется в состав!»

Когда ребята подобрались к будке, было уже почти темно.

— Я пойду, — вызвался Михась. — Думаете, не смогу передвинуть рычаг?

— Подожди, — остановил его Вовка. — А если стрелочник увидит, тогда что?

— Давайте запрем его в будке, — предложил Санька.

— У него телефон есть. Позвонит, позовет на помощь.

— А мы провода оборвем.

— Ха! Попробуй! — усмехнулся Михась. — Тут сразу услышат.

Вовка приказал Михасю подобраться к будке и заглянуть в окошко, разведать, что там делается.