Чтение онлайн

– Не знаю, Мег. Никто не предскажет, как сработает это заклинание. Плохо то, что и мне, и мальчишкам придётся там стоять, рядышком с преподобным нашим отцом Этлау.

– Эт-то ещё зачем? - нахмурилась волшебница.

– Так я ж и объясняю - протокол новый, неиспытанный... Да и необходимых ингредиентов не было, - скорчил гримасу Анэто. - Придётся самим вставать в фокус, корректировать, если что пойдёт не так. Знаешь ведь, как бывает.

– Знаю, - окончательно помрачнела волшебница. - Вот что, Ан, я с вами пойду.

– Ты что, ты что! - замахал руками милорд ректор. - С ума сошла? Это ж опасно, Мег!

– Именно потому, что опасно, я там и встану. Рядом с вами. Сделаю что скажете, - непреклонно возразила чародейка.

– Мег. - Анэто решительно взял её руки в свои. - Мег... м-милая моя... - Он запнулся и покраснел, точно мальчишка. - Мег, ты не понимаешь. Я... ну, в общем, я не могу не пойти. Заклятье может повернуться так, что... короче... одним словом... Надо, чтобы ты держалась от него подальше, наконец собрался он с духом. - Да, всё может взлететь на воздух. Нас, того и гляди, расплющит, испепелит или просто сотрёт в порошок. Кто тогда возглавит магов? И Ордоса, и Волшебного Двора? Кто примет на себя бразды правления в Белом Совете? Кому я смогу доверить Академию? Я, я... я счастлив, что ты хочешь встать рядом со мной... - Он покраснел ещё гуще. - Но... обстоятельства...

– Плевала я на обстоятельства, - безмятежно отрезала Мегана. - Вы, мужчины, неисправимы. Думаете только о себе и своих игрушках.

– Ничего себе игрушка - целый мир...

– А в чём отличие? В величине? - Она в упор взглянула Анэто в глаза. Её собственные при этом подозрительно сверкали. - Мы с тобой не первый год на свете живём. Даже, страшно сказать, не первое столетие. А ссорились и подпускали друг другу шпильки, словно дети. И... сквозь пальцы утекло столько важного... Я это поняла только здесь. Смешно - обычные девчонки через такое лет в шестнадцать, наверное, проходят. И вот вдруг понимаешь, что всё, понимаешь, Ан, всё - становится неважным. Кроме одного-единственного человека. К спине которого хочется прижаться, глаза закрыть, и чтобы вокруг - тишина. И если... - Голос Меганы дрогнул. - Если этот человек... исчезает, то безразлично уже становится, что станет с миром, с небом, звёздами и всем прочим. Понимаешь, Ан? Без-раз-лич-но. Да гори он огнём, этот мир. Он нужен Западной Тьме - пусть им подавится. Поэтому я встану рядом с вами... и не смей меня отговаривать!

Анэто тяжело вздохнул:

– Мег, ну как же... ну почему ж другие должны отвечать за нас, за наши... чувства? Почему крестьянин где-нибудь в Эгесте должен умирать мучительной смертью только потому, что... одной чародейке стало всё равно и она не встала во главе тех, чей долг - защитить этого пахаря?

– Ан, милый... - промурлыкала Мегана, зажмуриваясь. - Не хочу про это говорить. Можешь меня ругать, можешь даже отшлёпать. Но мне действительно всё равно, что станет с этим миром, в котором не будет тебя. Ох... ну, вот и призналась. Никогда не думала, что сделаю это первой.

...Двое самых могущественных магов Эвиала сидели на бревне возле костра, красные отнюдь не от мороза, и боялись взглянуть друг на друга.

– Мег, я тоже... - наконец выдавил Анэто. - Я тоже... ведь... ну, словом, ты поняла...

– Нет, - ещё крепче зажмуриваясь, прошептала Мегана. - Ничего не понимаю и не хочу понимать. Скажи словами. Скажи это. Ну, пожалуйста!

– Я... - промямлил чародей, отчаянно смущаясь. - Я тебя... Мег...

– Милорд ректор! - раздалось из темноты, и Анэто вскочил, словно бревно под ним внезапно вспыхнуло.

– Чтобы им провалиться. - Мегана вцепилась чародею в рукав. - Не уходи, Ан!.. Куда ты бежишь?

– Я тебя л-люблю, Мег, - краснея до корней волос, выдавил милорд ректор и, точно ошпаренный, бросился наутёк.

Хозяйка Волшебного Двора со странной, мечтательной улыбкой на губах склонила голову, что-то тихонько мурлыкая себе под нос. Но - она всё-таки была не только женщиной, но и чародейкой. Вскочила едва ли не быстрее милорда ректора и решительно направилась туда, где в тусклом факельном свете Анэто и двое его "предельщиков" суетились в самом центре громадной магической фигуры. Со стороны ярких костров к ним уже решительно шагал преподобный отец-экзекутор.

– Вот и я, господа маги. - Этлау потёр руки. - Командуйте, приказывайте, распоряжайтесь! Я давно предал свою участь и бренное тело в руки Спасителя и уже ничего не страшусь.

– Мы тоже... не страшимся, - кивнул Анэто, испепеляя взглядом Мегану, что стояла рядом с самым невинным видом. - Давайте начнём, ваше преподобие. Соблаговолите встать во-он там, где камень с символом Спасителя...

Инквизитор повиновался без звука.

– Вы, ребята, сами всё помните. - "Предельщики" молча кивнули и разошлись - один встал возле тщательно вычерченной на мёрзлой земле руны Л, означавшей "начало и конец", другой - возле символа Е, "малое в великом". Сам милорд ректор, вздохнув, шагнул в самый центр магической фигуры, и рядом с ним, не дрогнув, встала Мегана. Её маги один за другим выстраивались по краям исчерченного дугами и хордами многоугольника.

– Все помнят свою часть? - Голос Меганы звенел. Хозяйка Волшебного Двора гордо выпрямилась, окидывая соратников твёрдым взглядом. - Тогда начинаем. Я... я останусь здесь. Рядом с милордом ректором, на случай, если что-то пойдёт не так. По моему счёту. Раз... два... три!

Этлау послушно застыл вместе с остальными, чуть ли не вытянув руки по швам.

Глухая ночь, накрывшая к тому времени окрестности Пика Судеб, с молчаливой насмешкой вглядывалась в ничтожные людские фигурки. Бессчётное число бездонных глаз пялилось сейчас на них из-под непроницаемого покрывала, тучи закрыли звёзды, и даже высокие костры, казалось, испуганно приугасли, дерзкое пламя не решалось бросить вызов мраку. Глубоко в недрах роковой горы, ниже самых тайных гномьих подземелий, в страхе задрожали бродившие там немногочисленные неупокоенные, на краткое время вновь обретя подобие утраченных человеческих чувств.

Эйтери-Сотворяющая метнулась к хрустальному шару, покоившемуся на опоре из трёх драконов, вытянула над ним ладонь, кривясь и морщась от боли.

В недальнем Парне правительница Айлин тоже вскочила, не набрасывая плаща, метнулась к обелиску, над которым смыкали высокие кроны три зачарованных дуба. Возле их корней клокотал не замерзавший даже в самые лютые морозы источник - эльфийка бросилась ничком на землю, до рези в глазах всматриваясь в бурлящую, исходящую паром воду.

Вейде, владычица Вечного леса, величественным жестом отстранила расчёсывавшую ей волосы молоденькую фрейлину, вскинула подбородок, закрыла глаза... Тонкие губы правительницы дрогнули, изящные длинные пальцы сжались в кулаки. Внутренним взором она смотрела сейчас на тёмное пламя, бушевавшее в незримых для других кострах возле подножия Пика Судеб.

Дракон Сфайрат, возлежа на Кристалле Магии, поднял тяжёлую голову, веки его дрогнули, поднимаясь, - и он в упор взглянул в глубину охраняемого им камня, как на ладони видя творимое совсем близко от его владений чародейство.

И в далёком Храме Мечей тоже почувствовали неладное. Пронёсся короткий беззвучный приказ - воины, ученики, наставники бросились к заветному подземному залу, где играл, переливался всеми оттенками иномирового зелёного цвета громадный каменный алтарь.

А почти на таком же удалении от Пика Судеб, только в другую сторону, на западе, Тот, Кто решил назваться Кицумом, молча запрокинул голову, следя за дикой пляской небесных духов в самом верхнем из местных небес.

Обычно заклятия такой силы и масштаба сопровождаются игрой света и тьмы, танцем тысячи огней и прочим, так поражающим воображение простых селян. На сей раз мрак остался нетронутым, по многочисленным извивам тщательно вырисованной фигуры не пробежало и единой искорки.

Мегана стояла рядом с Анэто, крепко зажмурившись, но в то же время и отчётливо видя всё творящееся окрест. Она отрешилась от привычного человеческого зрения и теперь с замиранием следила, как в сером небе над ними нарастает бешено крутящийся смерч. Воронка опускалась, испуганно взвыл ветер, маги, стоявшие по периметру, поспешно сцепили руки, образуя кольцо и щедро делясь с Меганой своею силой.