Чтение онлайн

Когда в 1941 году началась война с Германией, Сталин, как и в 1918 году, почувствовал грозную опасность за свое и своих соратников будущее. Проиграть войну для них означало потерять власть и собственные жизни. И это было бы действительно так, осуществи А.Гитлер на практике „План Барбаросса“. Уж они, наверняка бы получили свой „Нюрнбергский процесс“ и по полной программе понесли ответственность перед русским народом за все злодеяния, против него совершенные. Выход в создавшейся ситуации для Сталина и его окружения существовал только один – стоять до конца и победить в этой войне любой ценой. И за ценой не постояли…

Это был вопрос жизни и смерти новых владык России - иного выхода у них не было. Решение стоять до конца И.Сталин принял в те одиннадцать дней между началом войны и обращением к населению 3 июля 1941 года, которое цинично начиналось со слов: „Братья и сестры!..“

Решение было принято и И.Сталин, со свойственной ему энергией и жестокостью, начал действовать, наводя железной рукой порядок в стране и, в первую очередь, в своем ближнем окружении.

Сталин приступает к руководству обороной

22 июня 1941 года началась война между СССР и Германией, и самая мощная армия в мире - Красная Армия - терпит одно за другим сокрушительные поражения. На этот раз большевики были перепуганы не на шутку и дрогнули. В 1918 году они чудом зацепились за власть и удержали ее ценой обмана русского народа, когда пообещали ему землю, фабрики, заводы и мир. За двадцать с лишним лет их властвования, народ России не только не получил обещанного, но и лишился того, что имел до революции. Новых лозунгов, которыми можно было поднять ограбленных крестьян, а в тот момент солдат, в запасе у большевиков не было. Не думая об отечестве, поскольку у большевиков, по их же утверждению, отечества нет, они спешно стали готовиться к бегству. Первыми бросились в бега за Уральский хребет представители недобитой Сталиным в конце 30-х годов „пятой колонны“, прихватывая с собой все, что „плохо лежало“.

И.Сталин сумел переломить ситуацию, и подавить в своем ближайшем окружении панические настроения. Беспощадная расправа над командованием Западного фронта и их расстрел во главе с генералом армии Павловым, отрезвили паникеров и трусов среди партийных боссов и военных. Сталин всему своему окружению дал ясно понять, что трусости, а тем более бегства не потерпит и заставит воевать всех. Вождь, в отличие от многих из своего окружения, понимал, что бежать им некуда и гарантией их спасения может быть лишь жестокая кровопролитная борьба до победного конца. Дело оставалось за малым - заставить воевать Красную Армию. В большинстве офицеры и солдаты воевать не хотели и массами дезертировали из своих подразделений и разбегались по домам или сдавались в плен. Никакие заклинания и призывы к „советскому патриотизму“ воздействия не имели.

В своей знаменитой речи от 3 июля 1941 года Сталин провозглашает программу деятельности на военный период, в которой, в частности, заявляет: «Обращаю внимание, что впредь все, кто нарушают присягу, забывают о долге перед Родиной, порочат доброе имя солдата Красной Армии, проявляют трусость, панику, самовольно покидают боевые позиции и без боя отдают оружие врагу, будут беспощадно, невзирая на лица, наказываться со всей строгостью по законам военного времени». Вот, уж, припекло, так припекло…

Приказ требовал тех командиров и красноармейцев, которые предпочли сдаться в плен вместо того, чтобы сражаться и умереть, уничтожать „всеми средствами на земле и с воздуха“. Так, в соответствии с приказом и действовали верные Кремлю войска, атакуя самолетами с воздуха и расстреливая красноармейцев из пулеметов в переполненных лагерях для военнопленных.

Террор со стороны власти распространялся не только на сдавшихся в плен солдат и офицеров, но и на членов их семей, находящихся в тылу. Семьям, сдавшихся в плен командирам и политработникам грозил арест и суд, а семьям рядовых красноармейцев – лишение государственных пособий и помощи.

Согласно этим приказам можно было весь личный состав перестрелять за трусость и предательство, но Сталин и тут находит выход, приказывая формировать штрафные батальоны по 800 человек для неустойчивых командиров, а для рядовых красноармейцев, празднующих труса, были предусмотрены штрафные роты, чтобы дать им всем возможность кровью искупить свою вину перед родиной.

Террор как замена патриотизму

Однако всех мер, предпринятых Ставкой Верховного Главнокомандования и введенных в 1941 году в Красной Армии, оказалось недостаточно. Даже через нагнетание страха и ужаса заставить красноармейцев воевать было трудно. В начале войны было зарегистрировано немало случаев, когда рядовые во время боя стреляли в спину ненавистным офицерам.

Для того, чтобы заставить красноармейцев воевать, власть прибегла к испытанному со времен революции на русском народе методу беспощадного террора.

Уже в июле 1941 года, для создания контроля за поведением солдат и офицеров, было создано Главное Политуправление, которое подчинялось печально известному армейскому комиссару 1-го ранга Льву Мехлису, бездарному карьеристу и садисту.

Всевидящим оком в армии стал аппарат большевистского террора НКВД, который в организационном плане не имел отношения к Красной Армии и получал свои указания от наркомата внутренних дел во главе с Берией. Ему подчинялись особые отделы, созданные в начале войны при крупных воинских подразделениях, включая дивизию. При особых отделах существовала расстрельная команда в составе стрелкового взвода, у которой работы было с избытком.

При высших командирах Красной Армии был создан институт военных комиссаров, представители которого были обязаны денно и нощно следить за их действиями на фронте, а в более мелких подразделениях от батальона и ниже, с этой же целю, действовал институт политических руководителей (политруков). В их главную задачу входило следить и шпионить, как за личным составом, так и за командирами всех рангов и активно сотрудничать с органами военной комендатуры. Они были главными соглядатаями и погонщиками солдат в бою.

12 сентября 1941 года особым приказом Ставки Верховного Главнокомандующего И.Сталина были созданы заградительные отряды при каждой дивизии силой до батальона. Они были вооружены танками, бронетранспортерами, автоматическим стрелковым оружием. В их задачу входило расстреливать в упор впавших в панику отступающих с передовой солдат.

28 августа 1942 года приказ от 12 сентября 1941 усиливается новым приказом под номером 227 за подписью Верховного Главнокомандующего И.Сталина, в котором предписывалось: „Сформировать в пределах каждой армии 3-5 хорошо вооруженных заградительных отрядов (по 200 человек в каждом), поставить их в непосредственном тылу неустойчивых дивизий и обязать их в случае паники и беспорядочного отхода частей дивизии расстреливать на месте паникеров и трусов и тем помочь честным бойцам дивизий выполнить свой долг перед Родиной“.

Такого факта не только русская, но и мировая история не знала. СССР был единственным государством в мире, которое сдавшихся добровольно или попавших в плен во время боя солдат относило в разряд самых страшных государственных преступников.

Кроме того, в Красной Армии действовала Военная юстиция, представленная военными прокурорами и военными трибуналами.

Чудовищным нововведением большевиков стали штрафные батальоны для офицеров и штрафные роты для рядового состава. По существу это были смертники, которых бросали в самое пекло боя, под кинжальный огонь пулеметов и минометов противника, на минные поля и с гранатами или бутылками с зажигательной смесью на танки.