Чтение онлайн

— Нам некогда было ждать тебя!

— Я не на много опоздал.

— Ну и догнал бы нас. Мне было бы веселей возвращаться обратно с тобой.

— Догнать ваших лошадей? Ну, уж нет. У меня лошадь не из личных конюшен короля. Ты встретился бы мне по пути обратно.

— Ну и ладно, зато ты растопил мне камин.

— И приготовил сияющую, как звезда, незнакомку…

— О, Боги… — застонал Иллар, — я дарю её тебе, покинь мою опочивальню, надоедливый поэт.

— Легко, — вскочил с кресла Латин, бесцеремонно сгребая в охапку вазу с фруктами и тарелку со сладостями. — Спи спокойно, друг усталый, завтра будет длинный день…

В закрытую дверь ударилась подушка, за ней раздался смешок и Иллар, наконец-то, добрался до кровати.

Утром он проснулся от того, как рядом с ним на кровать упало что-то тяжелое. Непозволительно бодрый голос пропел, подражая трубе, мелодию подъема.

— Я только лег, — простонал Иллар, натягивая на себя покрывало.

— Это я только лег, — возразил ему Латин. — А ты спал всю ночь.

Любопытство пересилило:

— Ты что, гулял под луной со своей ночной красавицей?

— Увы, она всю ночь расспрашивала меня только о тебе!

— Врёшь! — недоверчиво поднял голову Иллар.

— Мне пришлось сочинить о тебе песню, чтобы меня больше не отвлекали разговорами о тебе. Хочешь послушать?

— О нет, только не это!

Иллар выполз из кровати и подошел к тазику с водой. Плеснув в лицо воды, он переспросил:

— Ты впрямь не спал всю ночь?

Латин кивнул, задумчиво разглядывая потолок. Иллар знал этот взгляд, друг витал в облаках, подбирая очередную рифму. И вполне возможно о нём. Иллар поспешно прервал его размышления:

— Не знаешь, как там мама?

Латин очнулся от грез:

— Я видел, как несли в её покои поднос с теплыми булочками. Значит, всё в порядке.

— Если булочки не Витиве.

— Нет, она их не ест, боится потолстеть.

— Откуда ты знаешь?!

— Пропел ей как-то песенку о пышечках. Она почему-то приняла это на свой счет. С тех пор я стараюсь не попадаться ей на глаза. Но она существенно похудела с тех пор! Какой вывод?

Иллар рассмеялся:

— А ты не догадался приказать повторить поднос булочек сюда?

— Обижаешь! Два подноса! Я приказал подать два подноса! Я, конечно, должен выполнять третий пункт приказа твоего отца. Но не могу же наглым образом объедать тебя.

— Какой такой пункт?

— «Пункт третий, — торжественно процитировал Латин, — из предписаний, как заботиться о нашем сыне Илларе Латину Илонийскому — кормить моего сына»

Подушки под рукой не было, в Латина полетело полотенце.

Смеясь, Латин вскочил с кровати:

— Какие у нас планы? — бодро спросил он.

— Поесть!

Плотно позавтракав, они первым делом навестили Лайну. Ей действительно было лучше. Королева Алаина была там же. Они выслушали торопливый отчет Иллара о поездке и Королевском Совете, прочитали короткие записки Интара и Оветы и отпустили юношей заниматься своими делами.

Иллар заметил, что около дверей спальни родителей толкутся какие-то люди с бумагами, чертежами.

— Обустраивают для леди Лайны собственный кабинет, — сообщил Латин на удивленный вопрос Иллара.

Это было хорошо. Если у матери будет какое-то занятие, захватившее всё её свободное время, меньше терзаний и беспокойств будет о близких.

Поэтому со спокойной душой и без груза на плечах Иллар с Латином отправились набирать себе отряд.

В казармах дворцового гарнизона их ждали. И хотя они оба прекрасно знали капитана Фаркуса, тот представился по всей форме и проводил их на плац. Пятеро стражников вытянулись перед молодыми людьми навытяжку. Одного из них Иллар знал. Степас был помощником Фаркуса. Таким же высоким, мускулистым солдатом, как и сам его командир. Они были из ветеранов, прошедшими не одно сражение. Иллар знал, как отец ценит каждого из них. Он часто брал их с собой в свои поездки. И, как понял Иллар, скорее из-за их рассказов, чем нуждался в вооруженном сопровождении. Обычно Интар не был сторонником эскортов. Но иногда делал исключение. В пределах дворца бывалые вояки были менее словоохотливые, даже если принц спускался к ним в казармы, и подавно, если вызывал к себе. В походе же, особенно если ночевка была под открытым небом, рассказы у костра нередко затягивались за полночь.

Сейчас юноша ощущал скрытое недовольство обоих. Вместо того чтобы взять их туда, где будет хорошая драка, их приставили к молодому человеку. Иллару стало даже стыдно за себя. Но он прогнал эту мысль. Ему тоже нужны опытные люди. Он оглядел остальных четырех человек. Те же ветераны. Это видно по их спокойной уверенной позе и чуть насмешливой дерзкой искорке в глазах. Возраст колебался от тридцати до пятидесяти. Иллар подошел к самому молодому.

— Звен, — представил его Фаркус.

— Где ты воевал? — спросил Иллар.

— Хазрет, милорд, и осада Эрдена!

— Далеко тебя донесло! — Хазрет был гораздо южней Вароссы, столица Эрден была портом Каршинского океана и лакомым кусочком для желающих овладеть им. Постоянные войны соседних с ним королевств мешали торговли, зато были отличным местом, где воин мог набраться опыта. — Вы захватили город?

— А как же, — блеснул улыбкой молодой человек.

— А через сколько времени?

— Пять месяцев, — улыбка увяла. — Но они не сдались, мы штурмовали стены.

Остальные его товарищи слегка усмехнулись. За пять месяцев защитники крепости могли умереть от лишений и голода, и открыть ворота было бы просто некому.

— Нет, — Звен упорно отстаивал свой боевой опыт. — Они всё ещё дрались!

Иллар улыбнулся ему ободряюще. И подошел к следующему.

— Орсаг, — представили его.

Тот не стал дожидаться вопроса.

— Сингал, милорд, а также Горлит, Морохия, Улисса, Скобийские горы.

Краем глаза Иллар уловил нахмуренный взгляд Фаркуса. Солдат не должен говорить, пока его не спросят. Выволочка Орсагу была обеспечена.

— В осаде тоже участвовал?

— И не в одной!

— И сколько длилась самая короткая?

— Пару часов. Как раз столько понадобилось коменданту, чтобы спустить флаг.

Вокруг опять засмеялись, но стихли под грозным взглядом Фаркуса.

Следующим оказался самый старший из солдат, ему было около пятидесяти.

— Алехн, — в словах Фаркуса послышалось явное уважение.

На этот раз солдат дождался вопроса.

— Довелось быть комендантом Лазеба из Сетании, милорд, — коротко сообщил он, поняв, что именно интересует юношу, — мы выстояли.