Чтение онлайн

— Мы опередили японцев с первым ударом, они от нас не ожидали столь быстрых и решительных действий. Думали, что я как Куропаткин буду тянуть кота за яйца, вот их тут и «огорчили».

Маршал Кулик зло выругался, разглядывая захваченный у японцев Сахалян — небольшой город на южной стороне Амура превратился в тыловую базу переправившихся на «китайскую сторону» главных сил 2-й Краснознаменной армии, начавшей наступление вглубь Маньчжурии, и уже продвинувшейся на семьдесят километров. Но если Хайхе удалось захватить внезапным ударом, «первым броском» десанта, то юго-восточнее под Суньу шли упорные бои — засевшая японская пехотная дивизия упорно сопротивлялась, но уже попала в полное окружение.

Сейчас за самураев принялись всерьез — подтянули тяжелую артиллерию, с реки на пределе дальности стреляли по вражеским позициям мониторы. А с воздуха с предельной интенсивностью бомбила авиация, благо лететь было недалеко, через Амур, от аэродромов полсотни километров, а запас бомб имелся изрядный. Так что еще несколько дней самых энергичных действий, и цель первого этапа «маньчжурской войны» войны будет достигнута — 2-я армия продвинется на Цицикарском направлении до господствующих высот и перевалов Малого Хингана, где и придется закрепляться. Вынужденная будет «приостановка» — собственных сил в армии мало, чтобы продвигаться на Цицикар, нужны танки, по крайней мере, две-три бригады, с одним батальоном много не навоюешь. Да и сил в армии Терехина мало, да и сам он опыта не имеет — действовать на одном направлении может, но с южных хинганских отрогов фронт армии начнет расползаться по сторонам, с пятью дивизиями такой не удержишь, не то, что продвигаться вперед. Да и зима не самое подходящее время для боевых действий, но как говорится — «времена не выбирают, в них живут и умирают».

— Радиограмма от командующего Забайкальским фронтом генерал-лейтенанта Малиновского, Григорий Иванович.

Рядом встал его неизменный начальник штаба генерал-лейтенант Захаров, бывший еще при маршале Ворошилове начальником штаба главнокомандующего Северо-Западным направлением, и доставшийся Кулику как бы по «наследству». За год с лишним они «сработались», «притерлись» как говорится. К тому же теперь сам маршал Кулик занимал должность главнокомандующего советскими вооруженными силами на Дальнем Востоке, являлся 1-м заместителем Сталина и как Верховного главнокомандующего, и как председателя ГКО, и в Ставке ВГК. Да и вообще пока единственным главнокомандующим, так как имеющиеся на советско-германском фронте «направления» были упразднены, и теперь всеми шестью фронтами и тремя флотами управляли из Ставки через Генеральный Штаб напрямую, что было абсолютно правильным решением — промежуточные инстанции только мешали, создавали излишнюю бюрократизацию. Да и сам Сталин уже являлся достаточно искушенным «Верховным», сосредоточив в собственных руках управление и страной, и ее вооруженными силами. Но Дальний Восток слишком далеко, да и протяженность фронта на нем не уступает европейскому ТВД, а с учетом побережья Японского и Охотского морей, а также Камчатки, существенно превосходит. Так что теперь он занимал фактически должность «наместника», каким являлся адмирал Алексеев в русско-японскую войну, при этом реально управлявший армией, а не через «инстанцию» в виде генерала Куропаткина. Да и руководство со штабом ГКДВ был укомплектован фактически из «первых» заместителей — прибыл замнаркома флота адмирал Исаков, заместитель Берии комиссар госбезопасности Меркулов, сам Захаров давно состоял в генштабе, и являлся с генералом Антоновым первыми помощниками генерал-полковника Василевского. Да и вся Сибирь теперь работала на войну с японцами — он мог напрямую отправлять директивы, минуя Москву, но согласовывая многие вопросы лично со Сталиным заранее…

— Комфронта докладывает, что приграничный к Халхин-Голу укрепрайон обороняется пехотной и 3-й танковой дивизией японцев — обе уже понесли серьезные потери и блокированы армией Романенко. Одна мотодивизия с танковой бригадой отправлены к Хайлару, чтобы ударить с юга. Думаю, пора выбрасывать парашютные десанты — нужно захватить перевалы и туннели КВЖД на Большом Хинганском хребте.

— У нас всего одна бригада, не так и много — а 1-й ВДК в пути. Тактическими ротными группами, наибольшее батальонными, они много не навоюют. Японцы соберутся с силами и уничтожат десанты. Хотя…

Кулик задумался — операция проводилась с ограниченными целями, выйти на гребни двух хинганских хребтов и там закрепиться. Нужно было выиграть время для переброски танковых соединений и авиации, пехоты, как ни странно, вполне хватало, хотя фронт был «разреженным» повсеместно, за исключением приморского участка. Там и с той и другой стороны была сосредоточена масса войск, японцы передвигали к границе две танковые дивизии, но странного состава — по докладам авиационной разведки эти соединения сопровождали гужевые обозы. Хотя, если это танки НПП, то моторизации не уделили внимания — скорость продвижения таких танков не превосходит обычные человеческие ноги, которыми топают солдаты, отягощенные винтовками на плечах и ранцами на спине.

— Отправьте Жигареву распоряжение — завтра начинать заброску парашютистов силами воздушных армий Забайкальского и Приамурского фронтов. Тактическими группами по утвержденному мной плану — даже если выброска не будет успешной, она отвлечет внимание японцев на собственный тыл. Будем надеяться, что танкисты с мотопехотой все же смогут прорваться вовремя, силенок нам пока не хватает.

Маршал вздохнул — с танками было не так и плохо, имелись легкие машины старых типов, но бросать их в бой не хотелось. Погибнуть без всякой пользы, а так превращенные в самоходки хоть какой-то урон немцам принести смогут в качестве подвижного резерва ПТО при стрелковых корпусах — выпуска «полтин» для огромной Красной армии не хватает катастрофически, хотя на дивизию приходится всего одна батарея.

— Хоть бы успеть продвинутся вперед, и занять оборонительные позиции, — негромко произнес Захаров, с мрачным видом рассматривая свинцовое небо. Начало ноября было отмечено первым снегопадом, пусть коротким. Григорий Иванович хорошо понимал его мысли — через две недели, самое позднее, плавание по Амуру станет невозможным из-за льда, уже ощутимо холодно, заморозки, скоро вообще первые морозы могут ударить. Так что операция на Сунгари уже невозможна, японцы там хорошо укрепились, а без флотилии действовать будет тяжко. Да и собственные корабли нужно успеть увести в затоны, подальше от возможных налетов японской авиации. Но пора на китайскую сторону перебираться, монитор уже идет — надо же маршалу побывать в первом, захваченном у неприятеля городе, а то надоели эти полеты в столицу туда и обратно, хотя уж ему грех жаловаться, достиг всего, чего хотел, и даже намного больше мечтаний…

Карта Маньчжурской наступательной операции с расстояниями и расчетами. В этой альтернативной реальности действия Забайкальского фронта преследуют строго локальные цели — окружение и разгром Хайларской группировки, и продвижение к «гребневым» позициям на Хингане. На остальные «стрелки» можно вообще не смотреть — перевозка войск и танков по Транссибу идет очень медленно…

Вице-адмиралу Октябрьскому десять дней тому назад исполнилось сорок три года, но то, что отмечать этот день придется на Камчатке, Филипп Сергеевич никак не ожидал. Всего за какую-то неделю решилась его судьба, и он даже не смог ничего сказатьв свое оправдание — все решил за него этот интриган, нарком флота Кузнецов, давно испытывавший к нему личную неприязнь. Приказом Верховного Главнокомандующего его отправили а «изгнание», потому что другого слова тут не подберешь. И поставили в вину трагические события сорок первого года, вменив то, что флот мало что сделал для защиты своих баз с суши, будто это его задача, которую должна выполнять армия. Но любят валить с «больной головы» на «здоровую», так и тут, еще и обвинили в том, что именно он главный виновник гибели линкора «Парижская коммуна», что не обеспечил кораблю надежную защиту от воздушных атак. А ведь именно он протестовал против участия «парижанки» в обстреле береговых целей, да и приказ отдавал генерал армии Жуков, и одобрение Ставки было получено. Все равно «крайним» назначили именно его, как командующего флотом, поисками «стрелочника» обычно не заморачиваются, сам бывший командующим флотом прекрасно знал, как это обычно делается, у него самого «виновники» быстро находились.

Но чтобы с ним самим сыграли столь жестоко, вот этого Филипп Сергеевич не ожидал, хотя слышал, что нарком флота мстителен. И то, что «подставил» его заместителя вице-адмирала Левченко именно командующий Черноморским флотом вместе с членом Военного Совета накатавший на него «сигнал», который армейцы обычно называли «телегой», адмирал Кузнецов прекрасно знал, и теперь, наконец, свел счеты. И оказался вице-адмирал Октябрьский на Камчатке, а дивизионный комиссар Кулаков стал ЧВС на Беломорской флотилии, которая отвечала за идущие по Северному Морскому пути караваны. СМП начинается от «Карских ворот», идет три тысячи миль до бухты Провидения на Чукотке — за нее теперь он отвечает, как и за плавание до Дудинки, что в устье Енисея.

И лишь одно обстоятельство несколько смягчало дикую обиду — замнаркому Левченко досталось куда круче. Разжаловали Гордея в капитаны 1-го ранга, и отправили на Амурскую флотилию, который сам Октябрьский командовал три года тому назад, командиром бригады речных мониторов еще царской постройки — и это со второй должности на флоте, головокружительное падение вниз по карьерной лестнице.

Впрочем, еще один важный «ссыльнопоселенец» нашелся — бывший командующий Балтийским флотом вице-адмирал Трибуц, по слухам на него взъелся сам Жданов, и «подсидел» командующий ОЛС вице-адмирал Дрозд, всю зиму проторчавший на Моонзунде. Владимира Филипповича тоже обвинили по многим «грехам», включая большие потери во время прорыва из Таллинна в конце августа прошлого года. Могли «посадить», но вмешался маршал Кулик, и теперь Трибуц командует Северной Тихоокеанской флотилией, которую в обиходе именуют «Сахалинской». Но у него там нет кораблей водоизмещением свыше семисот тонн — Татарский пролив мелководен, как и побережье северной половины огромного острова, впрочем, держать там крупные корабли никто не собирался. Задача флотилии обеспечить оборону побережья и Сахалина, а до начала войны обеспечить проводку строящихся в Комсомольске кораблей до Владивостока — успели увести до нападения японцев легкий крейсер «Калинин».