Чтение онлайн

Б: Бывал я ребенком и, как это почему-то прекрасно помню, ощущал какое-то до святости искреннее убеждение, суть которого сводится к тому, что всякий! взрослый человек должен обязательно быть достоин (в подлинно высоких смыслах этого слова) своей взрослости. Отсюда легко можно допустить, что ребенок не определяет человеческую красоту как таковую (по чертам лиц, формам тела и т.п.), но ищет во всяком взрослом человеке некоторые лучи Человеческого, т.е. высокого знания он ищет.
– Так вправе размышлять ребенок. О горе! и вот они взрослеют эти Дети...

А: "Желающий стать учеником тайноведения должен поэтому настойчиво воспитывать в себе способность к благоговейному настроению. Он должен везде вокруг себя, в своих переживаниях, находить то, что может понудить его к удивлению, к почитанию".

Б: Удивление... что можно рассказать об удивлении? Удивление - это какой-то неизъяснимый, всюду таинственный, как бы алхимический клад. Когда же подобный клад оказывается у избранного в "руках", то... в дальнейшем речь счастливца пойдет вовсе не о волшебном кладе (хотя о его существовании он может дать тысячи разнонаправленных намеков), речь пойдет уже... ну просто о чем угодно! Конечно, поверхностно или основательно, одиночествуя либо фиглярствуя на базарах... но всё это не об удивлении, т.е. не о кладе. Я радостно боюсь сказать, что с удивления, кажется, начался человек, но, кажется, удивлением он и "закончит".

А: "Всякое познание, которого ты ищешь только для обогащения твоего знания, только для того, чтобы накопить в себе сокровища, отклоняет тебя от твоего пути, но всякое познание, которого ты ищешь с тем, чтобы совершить работу на служении делу облагораживания людей и развития мира, подвигает тебя вперед".

Б: Побег

– О кто ты, печальный, уставший юнец?

Куда ты бежишь, будто близок конец?

Постой хоть минуту, чуток отдышись,

И, быть, о несчастии своем поделись.

– Я там, у горы, долго жил и мечтал.

Я в мыслях - её будто кость обглодал!

Мечтал я с неё обожать весь рассвет,

Мечтал я оттуда дать небу привет!

Три дня и три ночи уж к цели взбегал...

И что же, я там лишь себя увидал!

Под кожу мне страх необъятный залез,

Я тотчас с вершины несчастной исчез!

Три дня и три ночи я бога молил,

Чтоб он наконец и меня полюбил.

Не знаю... сейчас ли прощению быть!

Зачем я рискнул себя в жизни водить?..

– Конечно же, друг, на равнину беги,

И мысли ты с богом теперь стереги!

Но помни, познание - сумрачный труд!

А горы, что горы... и горы умрут.

Под буквой А здесь представлены отрывки из книги Рудольфа Штейнера "Как достигнуть познания высших миров". Рудольфа Штейнера читаю недавно, и читать, как видится, предостаточно. И я согласен, что сыпать вырванными цитатами - это некорректно, а я бы сыпал ещё да сыпал... Ну да простите в конце концов! ибо желаю сказать некорректную для цивилизованных умствований вещь: О, истинно познающий, да, я, может быть, ходил и наугад, но ты рассказал о своём личном духовном опыте, и я тотчас тебе и всем, миром таким волшебным живущим, скажу только одно: Ты есть не кто иной, как друг мой возлюбленный!

101

Бедные, бедные коммунисты... Кому ещё в наш день они обязаны ядовито польстить, чтобы в каком-либо виде остаться в живых и продолжать фиглярствовать на этой, как кажется, отвратительной, рыночной сцене?..

Но если эти бедные не в силах понять, что, выживая в этом государстве, "брать всё лучшее, что было"* и - пестовать, пестовать, пестовать... Если коммунисты не понимают, что это и есть их путь в никуда, то сегодня наш русский мир уже нимало не способен и на коммунизм... Что если даже от таких некогда пошлых радикалов несёт за версту приспособленчеством... Ну, так и пусть доигрывают - со всем лучшим! Пусть ещё посмотрят, что из этого выйдет. Пусть они говорливо собираются все лучшие, святейшие, нарочито стабильные, а вместе с ними и лучшее, - это, должно быть, забавно, поймать себя любимого, собственноручно причем, в свои же, кровью деланные! силки...

"Ой, ой, ой, - воскликнет некий познающий через какие-нибудь десятилетия, бредя себе сказочным и вдохновенным лесом, - вас даже кому-то не нужно было и ловить, вы, роскошные да лучшие птицы!"

102

Цепляться во что бы то ни стало - это сегодня всегдапожалуйста, а особенно в так называемой сфере государственных интересов. К таковой, несомненно, относится обжигающе любимая всеми нами "духовность".

У этой "духовности" (за колючей, я бы сказал, проволокой) есть обязательно свои смотрящие. Мы хорошо знаем кто это. Они недавно совсем "воскресли" - и вновь стали наисвятейшими... и даже в глазах их некогда палачей. Видимо, блеск этот невообразимый - до боли слепит коммунистический, красный глаз.

Так вот, смотрители эти (или же надзиратели, как угодно) зоны "духовность" очень любят кичиться своим установлением - на необъятных наших просторах; и искренне праздновать эти былые установочные дни. С пафосом они усердствуют, напоминают, убеждают, утверждают о тех благодатных днях крещения, о тех непоправимо! истинных днях падения всяких там кумиров, истуканов и нечестивых закрепощений.

И вот банальная борьба за власть (а кто в состоянии ещё читать и особенно - читать летописи, собственнолично в этом убедится) на устах сегодняшнего надзирателя превратилась в нечто совершенно как бы отстраненное от этой самой власти и как будто вообще в бестелесное... превращается эта борьба в истинно божественное служение и н-е-ч-е-л-о-в-е-ч-е-с-к-ое! О, как хитровато скрипят наши тюремные решетки, друзья...

Смотрите, выгнали нас на плац эти бородатые и безоружные! гуманисты. Смотрите, привели они к нам, не то ли в назидание(?) тяжелобольных детей. Вот принялись рассказывать нам эти дети о том, как прекрасно свершалось наше тысячелетнее счастье, т.е. небывалое ещё заключение. Вот рассказывают они искренне об этом равноапостольном герое-властолюбце (но спасшемся), о бабушке его умнице, об иных всяких последователях. Злословят дети (и по делу где-то, наверное) на предшественников, на этих нечестивцев, света не ведающих...

Стоим-то мы рядами, смотрим... но куда же вы катитесь, тела наши набожные, смотрители? Цепляетесь ведь уже в кровь, слюни-брызги...и эта хитрость...дьявольская поистине хитрость! На головах больных детей вы, видимо, въезжаете в "царство небесное"? Но царство ваше небесное именно что на земле!
– это не требует никаких доказательств. По правде, было бы честнее, если бы вы для поездок таких патриотических украли где-нибудь осла! Но вы не в состоянии совершить такой честный поступок.

По праву недосягаемой выглядит для вас жизнь действительно праведного Учителя.
– Собственно в чем и есть ваше учение, но, как кажется, не Его.

103

Как известно школьным читателям, трудный, прозревший герой знаменитой повести Л. Н. Толстого поездом рассуждает и об "окончании рода человеческого". Но если даже вообразить, что все мужчины планеты "Земля" завтра заболеют, забредят и забредут в какой-нибудь "поезд", заинтересуются и примутся о чем-то подобном рассуждать, то приземлённые философские умы не должны видимо и всерьёз обеспокоиться. Они должны в такой замысловатой ситуации сохранять солидное хладнокровие и не переживать никоим образом за будущее рода человеческого. Но вот массовая уже противоПОЛожная ситуация... тут скоро вскрывается, словно весенний лед, даже суровая опасность, какое-то неестественное половодье. Это уже не плацкартные шутки, это уже Опасность! и одета она... в штаны! Скоро, должно быть, она вооружится, сядет на "лошадь" и... тогда конец.