Чтение онлайн

–  Я и хочу, чтобы мы раз и навсегда выяснили разницу между нами. Сейчас меня нигде не ждут, но я бы предпочел чтобы мы пришли к решению как можно быстрее.

–  Ты хочешь быстрее? - Ниель насадил колбаску на нож и внимательнее рассмотрел, прежде чем откусить. - А когда ты покончишь с безумным мадонеем, ты вернешься к своему хозяину, человеку, и станешь его инструментом для ведения войны? Будешь спасать своего хозяина от последствий его принадлежности к человеческой породе, ха! - Он бросил нож с недоеденной колбаской на блюдо. - Отличное начало! Я же сказал тебе, что мы должны поговорить.

Я взял себе кусочек копченой курицы, три овсяные лепешки, пригоршню земляники и сел за столик напротив него.

–  Я отвечу на твои вопросы, когда ты ответишь на мои,- заявил я. Единственной сложностью будет выбрать, какой задавать первым.

–  Меня интересуют три взятых в плен молодых Смотрителя, убийство Императора и кое-что о жизни рей-киррахов в Кир-Наваррине и их обманутых ожиданиях. Они боятся спать. Ты ведь знаешь, что они вернулись? - Я приступил к еде, словно ответ меня нисколько не интересовал. Позерство. Мы походили на мальчишек, угрожающих друг другу деревянными саблями. Я только опасался, что у его деревяшки все-таки металлический край, тогда как у меня едва обтесанная палка.

Он поморщился и пробежался пальцами по рукоятке ножа.

–  Ладно, ладно. Справедливо. - Хотя я и был занят едой, все равно почувствовал, как он рассматривает меня своими по-юношески яркими глазами. Оказалось, что я все-таки могу дышать и жить под его пристальным взглядом. Он отрезал кусочек от своей колбаски, но есть не стал. - Мне кажется, все свои запасы вежливости я уже давно исчерпал, - заметил он ворчливо. - Когда предстоит столько узнать друг о друге, столько понять, действительно нелепо беседовать о погоде, которая, кстати, сегодня весьма недурна, или о еде, которая, напротив, ничем не примечательна.

–  Тут все примечательно, - возразил я, заканчивая свою трапезу. - И в первую очередь мое присутствие здесь. Однако я все-таки хотел бы получить ответ на главный вопрос. Зачем я здесь?

–  Я же говорил тебе...

–  ...что только у меня есть сила, чтобы освободить тебя. Так ты сказал.

–  И это правда. - Наверное, его колбаса была набита алмазами, с таким интересом он разглядывал ее. Мы незаметно уходили от вежливого разговора.

–  Но ни тогда, ни теперь это не было ответом на вопрос. Твоя цель не освобождение. Ты не позволил бы мне наблюдать твое влияние на мой мир, если бы стремился только к свободе. Ты каким-то образом стал причиной всех ужасов, ты оживил их в моем мозгу, добившись того, что я не мог больше спать, и тогда я начал видеть их наяву среди бела дня. Ты заразил меня своим безумием, я даже не могу теперь понять, какие из множества диких поступков были действительно моими, но зато точно знаю, что в последние месяцы неоднократно творил всякие мерзости. - И это видели Элинор, Катрин, Александр. Все они пытались сказать мне, что я не тот человек, которого они знали. - Три мира на краю гибели, и я уверен, что виноват в этом ты. Ты знаешь, что я не могу и не буду разделять твою ненависть к людям, именно поэтому я не стану тебя освобождать. Видимо, ты меня призвал по какой-то иной причине.

Резкий порыв ветра ворвался в окно и перевернул стоявшую между нами вазу с цветами, выплеснув воду на узорчатый ковер. Ниель поднял цветы и выкинул их в окно.

–  Итак, ты вынуждаешь меня назвать ее раньше, чем к тебе придет понимание. - Он откинулся на спинку кресла и сложил руки на груди. - Что же, радуйся, если можешь. Я хочу преподнести тебе подарок.

Я был далек от того, чтобы радоваться. Он быстро отвернулся, но я успел заметить навернувшиеся ему на глаза слезы. Не по давно погибшим мадонеям. Не по Кир-Наваррину. Не по потерянной свободе или прошедшей жизни. Он плакал по мне. Мои кости и кровь заныли от его тоски, словно они поняли то, что никак не мог понять я. Я совершенно растерялся, вся моя злость, страх и решимость исчезли в этот миг.

–  Расскажи мне, Ниель...

–  Если ты так торопишься узнать все и уйти, что ж покончим с этим. - Он взял кусок хлеба и принялся намазывать его маслом. - Приведи Каспариана. Выйдешь через эти двери, потом все время прямо, пока не дойдешь до серой лестницы. Спустись, и ты обнаружишь его во внутреннем дворике в середине замка, он упражняется там с мечом Скажи ему, что мне нужна его помощь. Иди. - Он откусил огромный кусок хлеба и замахал мне, чтобы я поторапливался.

Я встал, поклонился и вышел, озадаченный еще больше, чем прежде.

Внутри замок оказался очень красивым и был больше, чем казался снаружи. Мебель была элегантной, как сам Ниель. Лестницы широки и изящны, большие комнаты с высокими потолками и окнами полны воздуха и света. Витражи на окнах сверкали под лучами утреннего солнца, отбрасывая на пол красные, зеленые и синие пятна. Тиррад-Нор не был крепостью для содержания в ней врага или тюрьмой для преступника, это был замок дворянина, его дом. Комнаты были меблированы со вкусом и пониманием, входы в них защищали не толстые двери, а аккуратно наложенные заклятия. На этот раз я не был призраком, и моя усталость от недосыпания уже проходила, поэтому я чувствовал в воздухе силу, похожую на приближающуюся грозу. Из любопытства я попытался создать небольшое заклинание, когда остановился у распахнутого окна полюбоваться садом. Легкий ветерок пробежался по цветущим виноградным лозам, обвивающим колонны, и принес с собой аромат роз и лилий. Но нигде не зазвучало сигналов тревоги, означающей, что мою магию заметили. Никто не примчался ко мне. Никакие кары не обрушились на мою голову.

Я прошел по очередному коридору и открыл дверь в обширную библиотеку и музыкальную комнату, заставленную арфами и виолами, на стенах висели медные трубы всех форм и размеров, серебристая флейта покоилась в футляре. Все было на виду, а не рассовано по шкафам, как это делали демоны в Кир-Вагоноте. Любой предмет готов к использованию теми, кто понимал его назначение. Я спустился по пяти широким ступеням в небольшую комнату со сводчатыми потолками и увидел серую лестницу, уходящую вниз. Мне показалось, что лестница ведет куда-то под замок, поэтому сильно удивился, когда вышел на свет. Дальше все было просто, до меня донесся узнаваемый звук стали, бьющейся о сталь. Не меньше трех мечей. Тяжкое дыхание. Приглушенные проклятия. Сдавленный стон. Вопль победителя. Я обогнул колонну.

На тонком гравии залитого солнцем двора лицом вниз лежал человек. Было не обязательно долго рассматривать его, и так было понятно, что он мертв. Еще два человека яростно дрались, отбрасывая огромные тени на белую стену. Один из них был рослый мадоней Каспариан. Плотный, одетый в кожу человек яростно бросился на мадонея, который с легкостью парировал его удар. Одним ловким движением Каспариан крутанул тяжелый меч и поразил соперника в незащищенный бок, прежде чем тот успел понять, что происходит. Из раны в боку полилась кровь. Лишь благодаря тому, что он едва не потерял равновесие после собственного выпада, человек не лишился руки. Он быстро отдышался и снова пошел на мадонея, отказываясь признать себя побежденным. Новая схватка, и у Каспариана появилась рана на левой руке.

Оба они были отменными бойцами. Избегая сложных маневров и ненужного позерства, они все время вынуждали друг друга отбивать смертельные удары, пока истекающий потом Каспариан не начал побеждать и не нанес рубящий удар по бедру противника. Человек вскрикнул и упал на землю.

Каспариан отбросил в сторону меч противника, повернулся спиной к поверженным врагам, одному мертвому, а второму - истекающему кровью, и принялся тряпкой стирать кровь с длинного клинка. Прежде чем я успел опомниться, умирающий человек вытащил кинжал, с трудом поднялся и метнул оружие в спину Каспариана. Не разбирая, кто в этой битве прав, а кто виноват, я выкрикнул предостережение, уверенный, что опоздал, но Каспариан успел развернуться и отбить кинжал почти вытертым мечом. Лезвие кинжала сверкнуло под солнцем... и исчезло, не долетев до земли, то же произошло с двумя погибшими соперниками Каспариана. Взрыв силы едва не свалил меня с ног.

–  Так это заклятие, - произнес я вслух, хотя сообщал об этом факте себе, а не мадонею. - Искусственные создания, вроде слуг.

Каспариан оглядел меня с ног до головы и презрительно хмыкнул.

–  Ты так же слеп, как и слаб. - Он снова принялся за чистку меча.

–  Ниель просил тебя прийти, - произнес я. Огромный воин старательно обтер эфес и сунул меч в ножны. Еще одна загадка. Кровь не исчезла вместе с телами. Значит, "искусственные создания" были не совсем иллюзиями.

–  Он уже решил?