Возрождение
Шрифт:
Что со мной не так? Что со мной было не так? Эта моя тренировка и эта миссия — чем больше возвращаются воспоминания, тем меньше я уверена, что хочу вспомнить.
Что в итоге узнала: однажды, я поверила, что жизнь Х была важнее, чем чья-либо еще, включая Дэвида или Кайла.
Плохие люди приближаются.
Они уничтожат меня.
Уничтожат ли они и Х?
Может быть, я заслуживаю того, чтобы быть уничтоженной.
Молча игнорирую эту мысль, ведь это больше, чем я могу сейчас разобрать. Что бы я ни делала, что бы ни делало Х таким чертовски уникальным, лучше, чтобы он или она, стоили боли и беспокойства. Мне нужно знать, что мои действия были важны и для благого дела.
— Что случилось с Дэвидом Коэном?
– спрашиваю, пока мы поворачиваем за угол.
Кайл посылает в ответ странный взгляд, и я надеюсь, что это просто из-за неожиданности такого вопроса.
— Ты думаешь об этом сейчас? Я точно не знаю. С ним все в порядке, просто думаю, он был в больнице некоторое время. Зачем тебе?
Я пожимаю плечами.
— Мы в больнице. Случайные воспоминания возвращаются.
Кайл кивает, но, похоже, настроен скептически. И кто ты на самом деле, хочу я спросить минуту спустя. Но с теми мужчинами на хвосте, не похоже, что сейчас лучшее время, для предъявления претензий; и даже не слишком хорошее время для того, чтобы подвергать сомнению этику моего предыдущего воплощения.
— Там.
– Мы добираемся до Т-образного перекрестка, и лифт открыт. Бросаясь внутрь, я с силой нажимаю на кнопку. На любую кнопку.
Кайл снова ударяет по ней.
— Давай!
Я начинаю думать, что совершила огромную тактическую ошибку, когда двери, наконец, закрываются. Кайл вздыхает с облегчением, но я нахмуриваюсь. Ехать на лифте было ошибкой; сейчас эта небольшая часть тактической информации возвращается, но немного поздно. Какие еще полезные знания я упустила?
«Ты можешь исцелить болящий разум,
Из памяти с корнями вырвать скорбь,
Стереть в мозгу начертанную смуту
И сладостным каким-нибудь дурманом
Очистить грудь от пагубного груза,
Давящего на сердце?»
Макбет, акт 5, сцена 3 - я читала эту пьесу, когда мне было восемь. Не понимала, но читала. Если я захочу, то смогу процитировать ее целиком. Вот сколько полезных и бесполезных знаний я несу с собой. Я могла бы прочитать что-то один раз и повторить его несколько часов, дней или лет спустя. Даже если бы я не хотела этого.
И это совсем не странно. О нет.
Что со мной? Для сравнения, идея, что я какой-то специально обученный агент на миссии, чтобы найти этого таинственного студента Х - это странно, но имеет смысл. Вроде. Вот эти другие вещи? Никакого смысла. У кого есть отличная память вроде моей? Это ведь невозможно.
Я закрываю глаза, желая, чтобы безумие ушло, а теплые пальцы смыкаются вокруг моей ладони. Они посылают импульс в сердце, и я открываю глаза.
— Ты в порядке?
– спрашивает Кайл. — Еще воспоминания?
— Да, но ничего полезного.
– Этот промежуток времени, хотя я бы не стала классифицировать воспоминания об АнХлоре или о странной слежке за Кайлом настолько полезными, насколько разоблачающими. В основном из вещей, о которых я не уверена, что хочу знать.
Часть меня вновь испытывает желание напасть на Кайла с вопросами, но что-то заставляет язык остановиться. Еще один учебный инстинкт, предполагаю. Кайл не понимает, что я кое-что знаю о нем. Сохранить это воспоминание для себя может быть полезно.
— Что-то должно быть лучше, чем ничего, - настаивает он.
Лифт звенит и двери открываются, помещая нас на случайный этаж. Декор в этой части здания очень разный. Вместо теплых коричневых тонов, стены белые и стерильные. И не могу не думать, что они испускают недружелюбную энергетику — вроде лаборатории. Мне вообще плевать на эту секцию.
— Ты все еще злишься на меня?
– спрашивает Кайл.
Мы прижимаемся к стене в то время как техник проникает внутрь. Она толкает какую-то машину на колесах, и я жду пока она пройдет, прежде чем ответить. Ее фиолетовый халат выглядит совершенно веселым и неуместным.
Хотя я абсолютно уверена, что не должна ему доверять, все равно показываю Кайлу слабую улыбку.
— Я не сержусь. Просто разочарована, и прости, что тогда накричала на тебя. Я помню, когда ты пригласил меня на свидание. У тебя был листик в волосах. Ты знал это?
Я не знала. Не знала, пока слова не вышли из моего рта. Почему приятные воспоминания не возвращаются обратно настолько подробно, насколько неприятные? Жизнь так несправедлива.
— Он был там?
– Кайл ерошит волосы, потом вроде осознает, что он делает.
– Это унизительно.
— Мне понравился лист. Это был сувенир, напоминающий о совместном катании по траве.
– Мозг тоже этого не помнит, не осознанно. Но вау — тело точно помнит.
— Да? Ну, мне понравилось кататься по траве вместе.
– Он берет мои руки, неуверенно, как будто боится, что я снова выкручу их за спину. И потом, внезапно он стоит так близко. И становится все ближе. Моя спина достигает стены, и я рада, что она есть, поддерживая меня.
Неправильно ли это, что, в данный момент, мне плевать, если Кайл — это мой безымянный враг? Я хочу привлечь его ближе к себе. Прижать губы к его и тело к моему. Заставить себя забыть все неприятные вещи, о которых я начинаю вспоминать и создавать новые, лучшие воспоминания. Я горю в своей одежде и мне плевать на все остальное.
Его нос касается моего. Расстояние между нами сейчас меньше, чем когда-либо. И все же пока я задерживаю дыхание, оно до боли глубокое.
Затем дверь внизу зала открывается, и мои глаза открываются.
Беги.
Мои губы задевают губы Кайла на долю секунды, и этого достаточно, чтобы нервы начали танцевать. Тогда инстинкт дает о себе знать. Я отталкиваю Кайла подальше и отхожу. Он же в ответ бормочет все проклятия, о которых сама думаю.
Мужчины сначала свернули не туда, но они быстро осознают свою ошибку. Я слышу их позади нас, в то время как мы приходим к новому перекрестку. Кайл тянет меня вокруг пустой каталки и открывает дверь рядом с ней. У меня есть достаточно времени, чтобы прочитать подслушанный шифр — Блок Нейронных Технологий — прежде чем мы проскакиваем и опускаемся на пол, так что нас не смогут увидеть через окна зала ожидания.
— Как они нашли нас?
– шепчет Кайл.
— Они, должно быть, заметили, как мы вошли в лифт прежде, чем двери закрылись, и смотрели, на каком этаже он остановился.
В то время как Кайл хмурится, я осознаю, что пара людей в зале ожидания на нас смотрят. К счастью, стойка регистрации оставлена на данный момент, и большинство пациентов или членов их семей не обращают на нас никакого внимания. Пытаясь казаться нормальной, я прогуливаюсь до стойки с брошюрами и притворяюсь, что просматриваю их названия, пока продолжаю смотреть в окно.