Чтение онлайн

Остается только один вопрос.

Что мне с этим делать?

Глава 25

Вечер пятницы: Два дня назад

Мои туфли стучат по плитке, как только я вхожу в уборную. Спокойно. Я должна быть спокойной и рациональной, чтобы составить план. Это то, чему я была обучена.

Хотя это так трудно, когда ставки стали личными. Блин, почему я не могу отключить эти эмоции? Я могу заглушить большую часть своего сознания для того, чтобы пережить пытки, но середины нет. Нет частичного отключения.

В расстройстве я пинаю мусорный бак, что не является лучшим решением в туфлях с открытым носком. Поморщившись, я прекращаю расхаживать взад-вперед и разглаживаю свое платье. В танцевальном зале отеля меняется музыка. Они играют «Purgatory» исполнителя Gutterfly, одного из моих любимых. Я бы отдала все, чтобы быть нормальной и танцевать там, как и все остальные.

Беря в расчет эту мысль, я не могу оставаться здесь гораздо дольше, прежде чем кто-нибудь начнет искать меня, и прежде чем Кайл начнет задавать вопросы. Поэтому я должна сосредоточиться.

В действительности, у меня только один вариант. Он не самый лучший, но время истекает. «Четыре» - сильны, а Мэлоун-Харрис-Кто-Либо теряет терпение. Я не слабачка, но я только одна, а их много. Вдобавок, мне нужно защитить невинную жизнь - парня, который возможно даже не осознает, что он в опасности.

Или осознает? Заключается ли смысл всего этого в том, что я нашла на своем компьютере? Следил ли Кайл за людьми, которые, по его мнению, хотят схватить его? Мне придется спросить.

И это приводит меня к следующей проблеме: смогу ли я пройти через это? Смогу ли уничтожить, ну, почти все, ради чего я жила всю свою жизнь?

Я нюхаю корсаж, который дал мне Кайл: персиковая роза, которая соответствует моему платью, и мой живот скручивает. Плохая идея. Опуская запястье, я смотрю на свое отражение. Огни придают коже зеленоватый оттенок, но я смотрю себе в глаза.

Я задала себе неправильный вопрос. Он не заключается в том, смогу ли я пройти через это? А в том, кто я - Семь или София?

Мое отражение смотрит на меня, жесткое и неуступчивое. Они обе во мне, говорит оно. Я солдат. Я шпион. Я одна из хороших ребят. Я девушка, которая может пройти через это, потому что альтернатива означает, что я не та, кем хочу быть. Так тому и быть. Завтра я сделаю то, для чего была создана, как бы неприятно и сложно это не было.

– Соф, ты здесь?
– Одри просовывает голову в дверной проем.

Я пробегаю дрожащими пальцами сквозь завитки волос, скрутившихся вокруг моего лица.

– Я иду.

– Ты в порядке?
– спрашивает она, как только я встречаю ее в холле.

– Да. Я не очень хорошо себя почувствовала, но теперь в порядке. Где Кайл?
– его кровь на полу высохла до ржаво-коричневого цвета. Одри и я обходим ее вокруг.

– Чейз нашел ему повязку, - Одри открывает дверь в танцевальный зал, и внезапное изменение звука атакует мои уши.
– Ты можешь поверить, что у него было так много крови от такого маленького пореза?

Маленький порез, вот задница. Учитывая количество крови, я уверена, что Кайл сломал палец и собственно хорошенько разбил ноготь. Сейчас этому не было бы никаких доказательств.

– Серьезно, это удивительно, как сильно маленький порез может иногда кровоточить.

Кайл сидит за пустым столом с Чейзом. Мне нужно увести его, чтобы мы могли поговорить наедине.

Он берет мою руку.

– Что случилось? Ты убежала оттуда так быстро.

Я поднимаю его и тяну к безлюдному месту около стены. С такой громкой музыкой никто поблизости не должен нас услышать.

— Ничего такого. Я не люблю кровь, и внезапно она застала меня врасплох. Сначала я забеспокоилась о тебе, поэтому это не произвело на меня эффекта. Потом резко «ух» - закружилась голова и мне нужно было выбраться оттуда. Прости.

Кайл смеется, потом закусывает губу, пытаясь скрыть это.

– Не ожидал такого от тебя.

– Заткнись, - я щипаю его за руку.
– Итак, я думала о том, что еще произошло в уборной.

– Да?
– его хватка на моей руке становится крепче, и я не думаю, что он осознает это. Это не похоже хватку кого-то, кто ранен, но я не буду обращать на это внимание.

Мой живот скручивает. Это мой лучший план - мой единственный возможный план. Кайл должен пойти на это. Я не осмеливаюсь сказать ему правду здесь, потому что не знаю, как он отреагирует. Кроме того, независимо от его реакции, я должна быть готова к этому, а я не готова. Пока не готова.

Я провожу большим пальцем по его руке, в надежде скрыть свои истинные намерения чем-то кокетливым, исключая тот факт, что я никогда в своей жизни не чувствовала себя менее кокетливой.

— Нам нужно выбраться из кампуса. Только мы вдвоем на выходные.

Кайл сдвигается к стене, притягивая меня ближе, таким образом мое тело прижимается к нему. Я могу чувствовать, как его грудь поднимается и опускается, и твердую плоскость его живота.

— Выбраться, да? Значит нашего пребывания здесь сегодня вечером тебе будет недостаточно?
– он озорно улыбается.

Если бы я поняла все раньше, так бы и было. Но Кайл уже выпил, так что сейчас не идеальное время, чтобы рассказать ему правду. К тому же, мои запасы спрятаны на территории кампуса, и он должен взять хотя бы одну сменную одежду, когда мы сбежим. Мы можем забрать то, что нам нужно завтра утром. Время уходит, но не так быстро, чтобы мне нужно было паниковать.

Я оборачиваю свои руки вокруг его талии, и моему телу нравится его немедленная реакция, хотя мозг и отказывается отвлекаться.

— Со всем алкоголем, которое вы, ребята пронесли в номера, я сомневаюсь, что у меня получиться побыть наедине столько, сколько я хочу, - я тянусь к нему и целую его подбородок.

Кайл вздрагивает, и я понимаю, что завладела им.

– Ладно, я в деле. Так ты говоришь об еще одной ночи или…?

– Начнем с самого начала дня. Мы уйдем из отеля пораньше, вернемся в кампус, соберем небольшую дорожную сумку и просто сбежим оттуда. Мы пойдем туда, куда нам вздумается. Дикие и свободные, правильно?

– И совершенно сумасшедшие, но почему бы и нет? Не то чтобы я предпочел провести выходные за зубрежкой экзаменов, - он наклоняется, чтобы поцеловать меня, и я растворяюсь в нем, облегчение и тоска, наконец, освобождают мой мозг от некоторых тревожных мыслей.

Тепло распространяется по моему телу так сильно, что я хочу воспламениться, и на мгновение мне кажется то, что Кайл говорит правду. Необходимость защитить его такая сильная, что это настолько же больно, насколько мое тело жаждет его прикосновения. Но я стряхиваю эту мысль по тем причинам, по которым я уже решила, что это было плохо.