Чтение онлайн

— Да. – Теперь я вспомнил, где слышал фамилию этого человека. Как-то раз за обедом мама с папой обсуждали нового священника, который должен приехать из Бостона. «А не слишком ли он молодой?» – спросила мама. «Так и есть, и это скажется на его зарплате», — ответил папа и ухмыльнулся. Вроде бы они говорили о нем что-то еще, но тогда я пропустил это мимо ушей: Энди, как обычно, пытался заграбастать себе побольше пюре.

— Ты попробуй этот фланговый маневр, — напомнил Джейкобс, уходя.

— Что?

— Клещи, — сказал он и снова изобразил их пальцами.

— А, да, конечно.

И я действительно попробовал. Сработало на ура: все фрицы были уничтожены. Впрочем, битва вышла не очень зрелищной, так что я начал заново и на этот раз ударил в лоб. Грузовики и джипы срывались с крутых склонов Череп-горы, а фрицы, испуская отчаянные предсмертные крики, замертво падали с обратной стороны.

Пока шла битва, папа, мама и мистер Джейкобс сидели на переднем крыльце, пили чай со льдом и обсуждали церковные дела: помимо того, что отец был дьяконом, мама состояла в обществе Дам-попечительниц. Не руководила им, но числилась в администрации. Видели бы вы шляпки, которые она тогда носила! У нее их было не меньше дюжины. Счастливое было время.

Мама подозвала моих сестру и братьев с друзьями, чтобы познакомить их с новым священником. Я тоже было пошел, но мистер Джейкобс сказал маме, что мы уже знакомы. «Продолжайте бой, генерал!», — крикнул он.

Я продолжил. Кон и Энди с друзьями снова принялись бросать мяч. Клер с подружками поднялись наверх и вернулись к своим танцам (хотя мама попросила их убавить громкость – пожалуйста и спасибо). Миссис и мистер Мортон с преподобным Джейкобсом разговаривали долго. Помню, что тогда меня часто удивляла способность взрослых подолгу болтать. Это же так скучно!

Я позабыл о них, потому раз за разом переигрывал сражение на Череп-горе. Больше всего мне нравился план мистера Джейкобса, хотя я и внес в него некоторые коррективы: одна часть американских сил отвлекала внимание немцев штурмом с подножия горы, в то время как другая обходила врага с тыла и устраивала там засаду. Перед тем, как получить пулю в голову, один из фрицев даже успел воскликнуть «Нитшего не понимайт!»

Я уже начал уставать и решил отправиться домой за кусочком пирога, если после дружков Кона и Энди что-то осталось, как надо мной и полем боя снова нависла тень. Я поднял взгляд и увидел мистера Джейкобса со стаканом воды в руках.

— Позаимствовал это у твоей мамы. Можно показать тебе кое-что?

— Конечно.

Он опустился рядом и вылил воду на вершину Череп-горы.

— Буря! – закричал я и попытался изобразить громовой раскат.

— Как скажешь. Молнии и все такое. Смотри.

Он оттопырил мизинец и указательный палец, а затем воткнул их в поверхность горы. На этот раз отверстия остались.

— Вуаля, — сказал он. – Вот и пещеры.

Он взял двух немецких солдат и засунул их внутрь.

— До этих парней будет сложно добраться, генерал, но я уверен, что американские солдаты с этим справятся.

— Ух ты! Спасибо!

— Если снова начнет сыпаться, просто добавь воды.

— Хорошо.

— И не забудь вернуть стакан на кухню, когда сражение закончится. Не хочу поссориться с твоей мамой в первый же свой день в Харлоу.

Я пообещал, а потом протянул ему руку.

— Дайте пять, мистер Джейкобс.

Он рассмеялся и ответил на рукопожатие, а потом пошел вниз по Методист-роуд к пасторату, где он с семьей будет жить следующие три года, пока его не уволят. Я некоторое время смотрел на него, а потом вернулся к Череп-горе.

Но прежде чем я успел начать бой, меня снова накрыла тень. На этот раз это был папа. Он осторожно опустился на колено, стараясь не раздавить американских пехотинцев.

— Ну что, Джейми, что скажешь о новом священнике?

— Мне он нравится.

— Мне тоже. И маме. Конечно, он слишком молод, и если у него все получится, то он уйдет в церковь побольше… но, думаю, мистер Джейкобс справится. Особенно с Братством методистов. Молодость тянется к молодости.

— Пап, смотри, он научил меня строить пещеры. Главное — намочить землю, чтобы она превратилась почти что в грязь.

— Понятно. – Он взъерошил мне волосы. – Перед ужином тебе придется хорошенько умыться.

Он взял стакан.

— Отнести домой?

— Да, пожалуйста и спасибо.

Он пошел в дом, а я вернулся к Череп-горе и обнаружил, что земля высохла и своды пещер осыпались. Оставшиеся там солдаты оказались погребены заживо. Меня это устроило: в конце концов, они были злодеями.

Сейчас секс стал таким щекотливым вопросом, что ни один родитель в здравом уме не отпустит шестилетнего ребенка с новым знакомым мужского пола, живущим в одиночестве (пусть даже всего несколько дней). Но именно это сделала моя мама в следующий понедельник, и без тени беспокойства.

Преподобный Джейкобс — мама велела называть его так, а не мистером, — поднялся на Методистский холм где-то без четверти три и постучал в сетчатую дверь. Я сидел на полу в гостиной и раскрашивал картинки, а мама смотрела «Позвони и выиграй». Она отправила заявку на канал WCSH и надеялась выиграть главный приз этого месяца, пылесос «Электролюкс». Мама знала, что шансов у нее немного, но, как она сказала, «надежды юношей терзают». Это была шутка.

— Можно одолжить вашего младшенького на полчаса? — спросил преподобный Джейкобс. — У меня в гараже есть одна штука, которая может его заинтересовать.

— Какая? — Я уже вставал с пола.

— Сюрприз! Потом ты все расскажешь маме.

— Мам?

— Конечно, — сказала она, — только сперва переоденься из школьного в домашнее, Джейми. Выпьете пока чаю со льдом, преподобный Джейкобс?

— Да, спасибо, — ответил он. — Как вы думаете, у вас получится называть меня Чарли?

Подумав, она сказала:

— Нет, но Чарльзом — могу попробовать.

Я переоделся в джинсы и футболку и вышел во двор подождать школьного автобуса, поскольку они вели взрослые разговоры, когда я спустился. Мы с Коном и Терри ходили в маленькую сельскую школу в четверти мили от нашего дома, на Девятом шоссе. Но Энди учился в Объединенной Средней, а Клер — аж на другом берегу реки, в старшей школе Гейтс-Фоллз, где она была первокурсницей – «новенькой» («Лишь бы не готовенькой», — сказала ей мама. Это тоже была шутка). Автобус довозил их до перекрестка Девятого шоссе и Методист-роуд у подножия Методистского холма.

Стоя у почтового ящика, я увидел, как они выходят и начинают подниматься по склону. До меня доносилась их болтовня. Из дома вышел преподобный Джейкобс.

— Идем? — спросил он, беря меня за руку. Движение вышло совершенно естественным.

— Ага, — отозвался я.

Мы встретились с Энди и Клер на середине склона. Энди спросил, куда я иду.

— К преподобному Джейкобсу. Он покажет мне сюрприз.

— Только ненадолго, — сказала Клер. — Твоя очередь накрывать на стол.

Она взглянула на Джейкобса и тут же отвела глаза, словно ей было трудно на него смотреть. К концу года моя сестра втрескалась в него по уши, как и все ее подружки.