Чтение онлайн

С высоты птичьего полета все было видно как на ладони. Земля кое-где уже припорошена снегом, немного в стороне рыскала стая матерых волков в поисках добычи. С потоком воздуха он поднялся на новую высоту, откуда виднелась граница вечнозеленого леса, где темные кроны сосен сменялись осенним золотом вековых дубов. Именно туда лежал его путь. Через некоторое время деревья расступились внизу, открывая выжженную до тла пустошь, где, то тут, то там валялись выбеленные ветром скелеты лошадей и людей. В центре виднелся обуглившийся остов когда-то большого храма, дорога к которому теперь зарастала бурьяном. Запустение и смерть витали над этим проклятым местом, люди обходили его стороной, боясь даже отдать последнюю дань своим мертвым, и только маленький родник, едва пробивавшийся из расколотого надвое жертвенного камня, немного оживлял общую печальную картину. Над пожарищем кружили стаи воронов, будто сторожа больше никому не нужные останки. Впереди виднелись башни городской ратуши с развевающимися зелеными знаменами, на которых алым огнем горел знак двойного коловорота.

На городской площади было необыкновенно шумно. Огромная толпа жителей собралась там послушать последние указы градоправителя. Люди волновались, обсуждая наступившие перемены, и сверху было прекрасно видно, что они расколоты на два враждебных друг другу лагеря.

Сокол снизил высоту, сужая круги, и вскоре никем незамеченный спланировал на ветку в кроне векового дуба у городской ратуши. Помост, где стояла трибуна, был окружен стеной щитов, но выступающих еще не было. Страсти в толпе между тем все накалялись.

– Мы свободная просвященная страна!
– гудели одни.
– Нас эльфы за своих скоро считать начнут. Не любо нам под Кощеевой тиранией жить!

– Да, кому вы там в Валиноре нужны За своих рабов вас там считают!
– зло отвечали на это другие.
– А мы всю жизнь c 39-м царством дружбу водили, и при Константине завсегда лучше жили!

– Ну, да, конечно!
– всплеснула руками одна из торговок.
– Лучше, как же! Вона по дворам волки, да упыри по ночам теперя шныряют. Надысь корову у соседей зарезали, а вчерась я барана в овчарне не досчиталась. Это что! Грабежи сплошные и беспредел! А Константин ваш, вона храм на пустоши пожег, и носа сюда не кажет.

– Смотреть за баранами своими лучше надо, - недобро усмехнулся на это дюжий мужик, стоящий поблизости.

Нехорошая у него получилась ухмылка, обнажившая невзначай острые белые клыки, так что крикливая баба от него отшатнулась в ужасе.

– Люди добрый, эвона гляньте! Упыри уже и середь бела дня шастать стали!

Вокруг мужика моментально образовалось свободное пространство. Люди расступились в страхе, а кто-то схватился за вилы. Тут протрубили глашатаи у трибун, возвещая прибытие градоправителя и нового регента. В момент все внимание переключилось в другом направлении, и наглец незаметно растворился в толпе, пока его не хватились снова.

На трибуну степенно взошел седовласый солидный мужчина в дорогом, подбитым соболиным мехом кафтане и почтительно подал руку своей спутнице в черном, расшитым серебром плаще. Оказавшись у всех на виду, она стянула с головы капюшон, закрывавший ее лицо, и по толпе прокатился зловещий рокот. Необыкновенно красивая молодая женщина была бледна от волнения и с тревогой смотрела в глаза людей, будто ища поддержки и сочувствия. Волосы ее покрывал жемчужно-серый платок, а чело украшала серебряная диадема в виде двух летящих воронов, держащих в клювах сверкающий самоцвет голубой как осколок неба.

– Ведьма!
– с ненавистью выкрикнул кто-то из толпы.

– Бесстыжая тварь! Храм сожгла и хватило наглости снова здесь показаться!

– Это из-за нее у нас теперь сплошные беды происходят!

В трибуну полетели яйца и гнилые помидоры, отчего часть солдат из оцепления переместилась ближе к выступающим, чтобы заслонить их щитами. Мужчина же тем временем начал читать указ о назначении нового регента, толпа замерла как перед бурей. Люди вслушивались в каждое слово, стараясь ничего не пропустить. В завершение градоправитель приказал поднять флаг новой власти над площадью и дал слово новоявленной королеве.

– Полукровка! Предательница!
– Ивар вздрогнул от неожиданности, услышав полный ненависти шепот у себя прямо над ухом.

С удивлением он обнаружил себя теперь стоящим на балконе рядом со статным воином в зеленом плаще, подбитым волчьим мехом. Его красивое безмятежное лицо не выдавало никаких эмоций, и только голубые как лед глаза сверкали лютой ненавистью.

– Говорят, ублюдок отдал ей свое бессмертное сердце, - продолжил незнакомец.
– Не пришла ли пора проверить так ли это

С этими словами он снял с плеча мощный эльфийский лук, вложил стрелу, быстрым движением натянув тетиву, хладнокровно прицелился в грудь королевы и, затаив дыхание, стал выжидать удобный для выстрела момент. В толпе кто-то крикнул снова

– Долой ведьму! Не любо нам в 39м царстве жить! Вольницы хотим!

На этот раз в трибуну полетел град увесистых булыжников. Солдаты сплотили ряды, образуя непроницаемую стену, но все-таки несколько камней достигли своей цели. Один из них задел острым краем щеку королевы, алые капли крови упали на светлый покров. Зловещим красным светом сверкнули ее глаза, и царапина тут же затянулась, будто и не было ее вовсе.

– Глядите, да она и вправду ведьма!
– ахнул кто-то из толпы.

Люди принялись показывать на бедную женщину пальцем, еще несколько булыжников ударилось в щиты. От одного их них она инстинктивно заслонилась рукой, плащ распахнулся, и стало очевидно, что она беременна на хорошем сроке. Распихав солдат, она вышла на передний план, прямо к толпе, и обратилась к людям.

– Что вам не любо!
– в отчаянии вскрикнула королева.
– Мы один народ! Никто из 39-го царства не причинил вам зла! Мы всегда жили вместе! Откуда же столько ненависти

Народ как-то сразу притих, готовясь выслушать все, что она скажет, а перепуганный градоправитель поспешил за ней следом, готовый защитить в случае чего. Спутник Ивара тем временем снова натянул тетиву и тщательно прицелился. Тут у Ивара случилось сильное головокружение. Он одновременно начал видеть стрелка сразу с двух позиций сверху с высоты птичьего полета и рядом с собой. Совсем рядом раздался соколиный клич, прямо над ними захлопали острые крылья, и ровно в тот момент, когда эльф уже готов был спустить тетиву, птица пронеслась мимо, когтями сорвав капюшон с его головы. Стрела вылетела, неся смерть на кончике острия, но сегодня ее цель оказалось случайной. Через мгновенье уважаемый всеми человек, глава города схватился за горло, хрипя и захлебываясь в собственной крови. Толпу захлестнула волна злобы и животного бешенства.

– Рви ведьму!
– раздался яростный рык.

Люди, взревев как стадо диких зверей, пошли на пролом, уже не обращая внимания на вооруженную охрану.

– А ну, не замай!
– какой-то дюжий мужик крепко врезал одному из зачинщиков.
– Не видишь, что ли баба на сносях.

В толпе завязалась драка, оцепление было смято в мгновение ока, но группа солдат, окружив королеву двойным плотным кольцом, уже выводила ее долой с помоста. Тут в ясном небе вдруг начали собираться тучи, и грозно заворчал гром как потревоженный в берлоге зверь. Как только первые смельчаки забрались на помост, небо будто раскололось на части от оглушительного удара молнии, и одновременно с этим Ивар получил звонкую пощечину.