Чтение онлайн

Проходив пол дня по всевозможным бутикам, они набрали изрядную кучу пакетов, совершенно выбились из сил и остановились перекусить в пиццерии на территории центра. Инга с аппетитом расправлялась с горячим куском пиццы, то и дело обжигая пальцы, а Ивар неторопливо потягивал горячий шоколад через трубочку, с теплотой продолжая наблюдать за девушкой. Она явно больше тяготела к мальчишескому стилю в одежде, но удивительным образом он только подчеркивал хрупкую девичью натуру. Серые вельветовые джинсы плотно облегали ее длинные стройные ноги и удачно сочетались с травянисто-зеленым свитером грубой вязки и коричневой замшевой курткой с бахромой. В дополнение она выбрала колье из деревянных и костяных бусин с зубами и когтями каких-то хищных животных, которое теперь почти закрывало ее необычный медальон. Пикирующий сокол, впрочем, продолжал таинственно поблескивать на заднем плане золотыми янтарными искрами, и чем дольше молодой человек смотрел на него, тем ярче переливалось золото в янтаре. Казалось, птица будто светится изнутри. Вдруг сокол шевельнул своими острыми крыльями, а у Ивара все поплыло перед глазами.

Исчезла пиццерия вместе с его спутницей, торговый центр завертелся где-то далеко внизу и сгинул в белом пенистом море облаков. Он стоял у подножия высокого холма на площадке перед длинной лестницей. Птичье оперение приятно согревало шею, сокол спокойно сидел на его плече, зорко поглядывая по сторонам. Охрана расступилась пропуская его вперед, и он пошел вверх по искусно выложенным самоцветными камнями ступеням. Подниматься пришлось довольно долго, но он не торопился, нехорошее предчувствие тяжелого рока терзало душу. Как бы ни длинна была лестница, но всему рано или поздно приходит конец, и дальше начиналась широкая аллея из могучих ясеней. Сквозь их густую перистую листву едва пробивались солнечные лучи, золотыми тонкими нитями вплетаясь в мозаику на дорожке под ногами. Аллея незаметно перешла в широкую колоннаду из пестрого змеевика, увитую до самой крыши колючими плетьми роз. Крупные белые цветы напоили воздух сладким дурманящим ароматом, и, тихо роняя лепестки словно хлопья снега, устилали путь мягким шуршащим ковром. Дойдя до портика он остановился перед высокими резными дверями. Два эльфийских воина в серых расшитых серебряными листьями туниках почтительно склонили головы перед ним и распахнули створки, пропуская внутрь. Просторное помещение внутри напоминало лесной свод. Мягкий золотистый свет струился сверху, играя бликами на тонких малахитовых колоннах с резными капителями. Стражники полукругом окружали высокий посеребренный трон в центре зала, их лица были безмятежно спокойны, как у манекенов. В глубине души Ивар точно знал, что реакция у них молниеносная, ведь это личная охрана светлого короля легендарного Валинора - королевства Западных Холмов. Владыка задумчиво смотрел на приближение своего подданного и медленно кивнул в знак приветствия, когда тот почтительно преклонил одно колено и опустил голову, приложив руку к груди. Рядом с королем стоял тот самый воин-лучник, с которым они едва не подрались тогда на балконе. Ивар внутренне напрягся при виде его, но ни один мускул не дрогнул на лице эльфа, и даже небесно-голубые глаза смотрели холодно и равнодушно куда-то вдаль.

– Мы рады видеть тебя, Феликс.
– слова короля звучали спокойно, но радушия за ними не чувствовалось.

Ивар вздрогнул и поднял глаза, услышав свое настоящее имя. В ту же секунду к нему пришло осознание, что это его отец сейчас стоит у трона, сохраняя невозмутимый вид и презирая его всем сердцем, за то, что он такой же полукровка, как и та женщина на площади.

– Вы звали меня, Ваше Величество.
– почтительно отозвался Ивар, поднимаясь в полный рост.

Сокол на его плече, устав сидеть без дела, расправил крыльями. Во взгляде Гринмара тут же мелькнула и погасла молния холодной злости.

– Ты совершил непростительный поступок, мой мальчик, - так же спокойно продолжал король, внимательно разглядывая его с высоты своего положения.
– Как ты посмел вмешаться в решение своего отца Из-за тебя погиб уважаемый и преданный нам человек. Соблаговоли объяснить свои действия.

Молодой человек смело взглянул в глаза своего владыки.

– Ваше Величество, та женщина была беременна. Я не мог позволить ей умереть. На свете нет ничего ценнее жизни ребенка.

Лицо Гринмара на секунду будто окаменело, на скулах заходили желваки, но он справился с эмоциями, не проронив ни звука. Вестгейр же, поймав взгляд молодого человека как в капкан, проник в самую душу, вытаскивая на свет самые тайные помыслы. Некоторое время он молча размышлял о чем-то своем, и, наконец, спросил

– Понимаешь ли ты последствия своего поступка

– Я сохранил жизни матери и ребенка...

– Ты оставил в живых монстра!
– гневно перебил его Вестгейр.
– Ты никогда не думал, что может быть ценнее человеческой жизни Сотни и тысячи других человеческих жизней! Иногда нужно пожертвовать одним, чтобы жили все остальные! Благодаря твоей глупости в стране началась гражданская война. Что ты можешь сказать в свое оправдание

Молодой человек не понимал, какое он имеет отношение к глубокому расколу среди людей соседнего королевства, но решил, что дискуссию лучше оставить на потом.

– Ничего, - ответил он.

– Готов ли ты искупить свою вину

– Я сделаю все, что в моих силах, - осторожно ответил Ивар, в душе надеясь, что его не запишут в убийцы женщин и детей ради блага больного общества.

– Хорошо, - тон короля смягчился.
– Я доверяю тебе важную миссию возглавить посольство в Страну Золотых Гор. Надеюсь, на этот раз ты не предашь свой народ.

– Я еще никогда никого не предавал, Ваше Величество!

Гринмар при этих словах повернул голову и посмотрел на него в упор взглядом полным презрения, его губы дрогнули, но он снова не проронил ни звука. Видимо, считая ниже своего достоинства разговаривать с собственным сыном.

– Олаф скоро введет тебя в курс дела. Будь готов отправиться немедленно. Сейчас ты можешь быть свободен.
– Вестгейр махнул рукой, отпуская его.

Молодой человек, еще раз низко поклонившись, развернулся и уверенной походкой направился к выходу. Оказавшись снова на лестничной площадке, он невольно залюбовался открывшимся видом. Земля, проглядывающая сквозь кучерявую пелену облаков, лежала как на ладони и на многие мили раскинулись высокие холмы, покрытые лесами в золотом осеннем убранстве. Озорник ветер игриво гонял опавшую листву под ногами, то закручивая вихрем, то швыряя охапкой прямо в лицо. Сокол на его плече заклекотал, захлопал острыми крыльями и через мгновенье дух захватило от ощущения полета над бездной. Воздушные потоки подхватили его и закружили, унося ввысь к самому солнцу.

Тут он почувствовал, как кто-то тянет его за руку и настойчиво теребит за плечо. Ослепительный свет перед глазами постепенно рассеялся, и он обнаружил себя по-прежнему сидящим за столиком в пиццерии. Инга, с беспокойством заглядывая ему в глаза, трясла его за плечо.

– Ивар, с вами все в порядке

Он встряхнул головой, разгоняя остатки наваждения.

– Теперь, кажется, да, - глубоко вздохнул он, стараясь прийти в себя.
– Удивительное дело… с твоим появлением у меня начались странные видения.

– Может быть вы начали что-то вспоминать из своей прошлой жизни

– Нет, - рассмеялся Ивар, - это больше похоже на какую-то сказку про Средиземноморье. Может быть, даже стоит записать, а потом придумать сценарий.

– Что такое Средиземноморье - неуверенно поинтересовалась Инга.

– Разве ты никогда не читала знаменитую сагу Толкиена про эльфов и гномов - удивился он, но его спутница только отрицательно покачала головой, во все глаза удивленно глядя на него.

– Ладно, не важно. Идем домой, я покажу тебе этот фильм, - улыбнулся Ивар, знаком показывая официанту, чтобы принесли счет.

Весь вечер они смотрели бесконечную сагу про Властелина Колец, уютно устроившись на диване у газового камина. Голубоватые языки пламени лениво лизали имитацию поленьев, отбрасывая танцующие блики на полу в наступающей темноте. Инга незаметно задремала, прислонившись к плечу молодого человека. Боясь разбудить, Ивар осторожно обнял ее за талию и притянул к себе, ощущая как в глубине души сладко запели любовные струны. Во сне лицо девушки было так спокойно и безмятежно, он отвел длинную челку со лба и нежно прикоснулся к губам легким поцелуем. Тут же желанием захлебнулось его сердце, так что он едва справился с собой. Так хотелось жадно завладеть этими губами, заставить ее почувствовать его жар и откликнуться с такой же страстью. Он бережно прижал ее к себе и замер, наслаждаясь каждой секундой этой близости. Ожидание любви для него было частью игры, от которой он получал огромное удовольствие, возможно даже большее, чем от самого процесса. Огненные блики играли на ее лице, оттеняя длинные ресницы. Заворожено он не мог отвести глаз, а световые пятна сами собой сплетались в мечущиеся силуэты, и знойный ветер вдруг нещадно обжег его лицо.

Раскинув крылья, сокол парил высоко в небе над горами, оглашая боевым кличем вершины, залитые золотом палящих лучей закатного солнца. Внизу в долине шла ожесточенная битва, две армии сошлись не на жизнь, а на смерть, и эхом далеко разносились звон мечей и отчаянные крики воинов. Солдаты, закованные в золоченые латы, были вооружены и обучены лучше, но на стороне мятежников была более выгодная позиция на местности и поддержка легкой конницы, которая успешно теснила правительственные войска с флангов. На секунду солнце над головой затмила огромная тень, будто грозовая туча бесшумно пронеслась мимо, и тут же Ивар вздрогнул, почувствовав прикосновение к своей руке. Он стоял на уступе у края бездны, а у его ног на коленях юная смуглолицая красавица отчаянно молила о чем-то со слезами на прекрасных глазах цвета темной воды, исступленно целуя его руку. Он не понимал ни единого слова и обернулся попросить у кого-нибудь помощи. Перед небольшой пещеркой на горном уступе погонщики разгружали ослов и разбивали шатры, готовясь к ночлегу. Солдаты помогали еще шестерым женщинам, закутанным в покрывала до самых глаз, спешится с их мулов. Одна из них спокойно принялась расстегивать подпругу у седла, а остальные стайкой столпились вместе, о чем-то перешептываясь между собой, поглядывая на свою более смелую подругу. Темная тень снова пронеслась над головами как знамение беды, и девушки с криками будто перепуганные птички бросились к ногам Ивара, ища защиты, едва не столкнули его с утеса. Растерявшись, он понятия не имел, что делать с таким неожиданным поклонением, но тут вдруг все закончилось. Порыв ветра налетел, едва не сорвав покровы с голов красавиц, они с криками ужаса бросились в рассыпную и попрятались в самых дальних уголках пещеры, смертельно испугавшись чего-то. Удивившись еще раз, Ивар обернулся и у него перехватило дыхание от неожиданности. Порывы ветра создавались мощными крыльями огромного дракона, будто зависшего над пропастью напротив утеса. Плотная зеркальная чешуя его сверкала красным огнем в закатных лучах солнца, так что казалось, будто он весь состоит из живого подвижного золота. По-человечески умные серые глаза зверя пристально смотрели прямо на Ивара, будто ожидая чего-то. Справившись с собой, молодой человек низко поклонился в знак приветствия, приложив руку в груди. В конце концов, монстр явно не собирался причинять вреда и было бы неплохо выяснить, что ему нужно. Дракон едва заметно кивнул в ответ и, еще раз взмахнув мощными крыльями, развернулся в воздухе и изящно нырнул в бездну, как сверкающий поток жидкого золота, лишь взмахнув на прощанье ребристым хвостом. Крики ужаса разнеслись над равниной при его появлении над полем сражения, отряды мятежников охватила паника, люди, обезумев от страха, бросались в рассыпную. Всадники, развернув своих лошадей под градом стрел, пущенных им вслед, спасались во весь опор. Сверкающий как упавшая с неба звезда ящер, пронесся над окруженным отрядом мятежников. Алый диск солнца, казалось, раскалил его пылающую броню до красна. В следующее мгновенье столб огня вырвался из его пасти, и долину наполнили вопли агонии сжигаемых заживо людей. Исход сражения теперь был предрешен, трубы мятежников трубили отступление, дракон вышел на охоту за непокорными.