Чтение онлайн

– И куда тебя отправят потом?

– Где я был до этого. – Он вздрогнул, хоть это и был поступок труса. Но вечность в изоляции – ад для такого парня, как он. – Это не то путешествие, которое я стремлюсь совершить.

– Ты будешь там, где… сейчас Велси?

– Говорил же, у каждого свое Небытие.

Тор взялся за голову.

– Я не могу просто выключиться. Она была моей жизнью. Как, черт побери, мне…

– Можешь начать с того, что не станешь кастрировать себя кулаком, захотев другую женщину.

Когда Брат ничего не сказал, Лэсситеру показалось, что парень разревелся. И да, вау, стало как-то неловко. Черт. Возьми.

Лэсситер покачал головой.

– Я не подходящий ангел для этой работы, правда.

– Я никогда ей не изменял. – Тор исключительно по-мужски шмыгал носом. – Другие мужчины… даже связанные, ну, они смотрят на женщин время от времени. Может, спят с кем-то на стороне. Но не я. Она не была идеальной, но ее мне было больше, чем достаточно. Черт, а когда Рофу понадобился кто-то, чтобы присматривать за Бэт, когда они еще не поженились? Он отправил меня. Он знал, что я не стану приставать к ней, не только из уважения к нему, но еще и потому, что я ни капли не буду в этом заинтересован. Я ни разу даже на секунду не задумывался о ком-то другом.

– Ты подумал сегодня.

– Не напоминай.

Что ж, по крайней мере, он это понимал.

– Поэтому я собираюсь отправиться в земли, из которых не возвращаются. А твоя шеллан останется там, где томится сейчас.

Тор потер середину груди, словно та болела.

– Ты уверен, что я не умер и не попал в Небытие? Потому что это чертовски похоже на то, что ты описал. Место, где страдают, но не Дхунд.

– Я не знаю. Может, люди не в курсе, что они в нем… но мои указания были ясны как день: тебе нужно отпустить ее, чтобы она могла двигаться дальше.

Тор опустил руки, словно безумно устал от этого мира.

– Никогда не думал, что может быть что-то хуже ее смерти. Вообразить не мог ход событий, который причинит еще больше боли. – Он выругался. – Мне следовало знать, что судьба – садистка, бесконечно изобретательная. Представь… благодаря тому, что я трахну какую-то женщину, моя любимая попадет в Забвение. Потрясающее уравнение. Просто, блин, шикарное.

Все гораздо сложнее, подумал Лэсситер. Но зачем говорить об этом сейчас.

– Мне нужно кое-что знать, – сказал Брат. – Как ангел, ты веришь, что определенные люди прокляты с рождения? Что некоторые жизни обречены с самого начала?

– Думаю… – Черт, он не мыслил так глубоко. Это не в его духе. – Я… эм, думаю, что жизнь строится из случайностей, простирающихся над головами каждого живого, дышащего ублюдка на планете. Шансы несправедливы по определению и произвольны.

– Так что насчет этого твоего Создателя? Разве Он не играет никакой роли?

– Нашего, – проворчал он. – И я не знаю. Я мало во что верю.

– Ангел-атеист?

– Может, именно поэтому я постоянно попадаю в неприятности, – усмехнулся Лэсситер.

– Не-а. Все из-за того, что ты можешь быть настоящим засранцем.

Они оба фыркнули от смеха. Затем посидели в тишине.

– Так что от меня требуется? – спросил Тор. – Честное слово, какого черта судьба хочет от меня сейчас?

– Того же, что и любые усилия. Крови, пота и слез.

– И всего-то, – сухо произнес Тор. – А я думал, что нужно будет лишь отдать руку или ногу.

Когда Лэсситер не ответил, Брат покачал головой.

– Послушай, ты должен остаться. Ты долженпомочь мне.

– Ничего не получается.

– Я буду сильнее стараться. Пожалуйста.

Спустя вечность, Лэсситер почувствовал, что кивает.

– Ладно. Хорошо. Я останусь.

Тор медленно выдохнул, словно испытывая облегчение. Показал, что он знал – все они до сих пор в беде.

– Знаешь, – сказал Брат, – когда я увидел тебя в первый раз, ты мне не понравился. Я думал, ты дурак.

– То было взаимное чувство. Но не про дурака… и ничего личного. Мне никто не нравится, и как я уже говорил, я почти ни во что не верю.

– Хотя остаешься, чтобы помочь мне?

– Не знаю… наверное, мне хочется того же, что и твоей шеллан. – Он пожал плечами. – На самом деле, нет особой разницы между живыми и мертвыми. И те, и другие всего-навсего пытаются обрести дом. К тому же… не знаю, ты не так уж и плох.

***

Чуть позже Тор пошел в собственную комнату. Дойдя до двери, он увидел костыль, приставленный к стене.

Ноу-Уан вернула его. После того, как он оставил его на Другой Стороне.

Взяв костыль, он зашел в комнату… и даже ожидал увидеть ее обнаженной в своей постели, готовой к сексу. Что было совершенно нелепо… в очень многих отношениях.

Устроившись на диване, он уставился на платье, с которым так грубо обошелся Лэсситер. Изящный атлас сбился в волны, беспорядок создавал прекрасную переливающуюся картину на кровати.

– Моя любимая мертва, – сказал он вслух.

Когда звуки утихли, кое-что вдруг стало до глупого очевидно: Веллесандра, кровная дочь Реликса, больше никогда не наденет это платье. Никогда не наденет юбку через голову и не затянется в корсет, не вытащит кончики волос из шнуровки на спине. Она больше не станет искать подходящие туфли, не разозлится из-за того, что чихнула сразу после нанесения туши, не станет волноваться, что прольет что-нибудь на юбку.

Она была… мертва.

Какая ирония. Он скорбел о ней все это время, но упускал самое очевидное. Она не вернется. Никогда.

Встав, он подошел к кровати и аккуратно взял платье. Юбка отказывалась повиноваться, выскальзывала из рук и падала на пол… делала, что хотела, получая контроль над ситуацией.

Как всегда поступала Велси.

Аккуратно собрав все в охапку, он отнес платье к шкафу, открыл двойные двери, и повесил великолепное одеяние на латунную вешалку.

Черт. Он будет видеть его каждый раз, подходя сюда.

Сняв платье, Тор передвинул его на другую сторону, вешая в темноте между двумя костюмами, которые он никогда не носил, и галстуками, купленными не его супругой, а Фритцем.

А затем он наглухо закрыл шкаф.

Вернувшись к кровати, он лег на нее и закрыл глаза.

«Двигаться дальше» не обязательно включало секс, говорил он себе. Не включало. Принять смерть, отпустить ее, чтобы спасти – это он мог сделать без всякой помощи… обнаженной женщины. В конце концов, что ему делать? Зайти в переулок, найти шлюху и трахнуть ее? Это лишь функция тела, как дыхание. Сложно понять, как это может помочь.