Чтение онлайн

Джей всегда была окружена теплом и заботой близких, что оставило свою долю доброты в ее характере; ни это, ни излишки мужского внимания не сделали ее избалованной эгоисткой, природная мудрость и независимость предписывали отвергать любое вредное воздействие. Вдобавок к тому, ее жизнь вовсе не была похожа на сказку. В юности ей нередко приходилось терпеть козни завистливых сверстниц, немало проблем наживал ей младший братец, из-за которого ей даже приходилось порой рисковать своей жизнью – разумеется, это было столкновение не с другими людьми, а с природой. После окончания академии пилотов, в межсистемных экспедициях, Джей потеряла двоих хороших друзей, и эти события остались нестираемой черной полосой в ее памяти. Суровый характер, прикрытый неизменным женственным шармом, вместе с безотказной интуицией выручали ее всегда. Кроме того, в ее активе присутствовал ряд способов избавления от темной энергии и пагубных мыслей. Джей очень любила раннее утро, когда даже птицы тихо дремлют в своих гнездах, любила свежайший утренний воздух, особенно если он летит ревущим напором в лицо. Три мощных и бесшумных двигателя сливались под ней и неслись с ошеломляющей скоростью над влажными травами. На голове ее только два маленьких овальных стеклышка, оберегающих глаза от ветра и ультрафиолета, на теле легкий аэродинамический костюм, машина несется над полем, оставляя полосу примятой воздухом травы, взмывает над скалами и бросается вниз по отвесному склону. Такая прогулка уносила от всех проблем и придавала силы, как бы тяжко ни было на душе; лежать на траве и смотреть в чистое небо, провожая редкие облака взглядом, было лучшим отдыхом после опасной и стремительной гонки.

Сбросить с себя скафандр и одеться во что-то более легкое – Джей была уверена, что этого ей не хватало, чтобы расслабиться. Она провела специальным быстро вибрирующим обручем от корней до кончиков волос и выпрямила свою прическу, волосы легли на плечи ровным лоснящимся покровом. Затем она надела короткий комбинезон, повторявший фасон ее пижамы, упругая дышащая кожа зеленовато-серого цвета со сложной структурой, образованной тысячами мелких шестиугольников, похожих на чешуйки, гладко облегала изгибы ее тела, тонкая черная линия спайки тянулась спереди от широкого пояса до небольшого треугольного выреза на груди. Рукава заканчивались на середине плеча, обязательный элемент – перчатки с открытой кистью на руках, оборудованные необходимой микроаппаратурой. На гладкой поверхности спины красовалась эмблема космического флота межпланетного государственного агентства, на треть прикрытая свисающим с плеч капюшоном.

Алексей не слышал, как она вошла в кабину, но почувствовал – его сердце тут же начало биться быстрее. Он боялся повернуться и увидеть ее, боялся, что не выдержит вновь ее взгляда, каким бы он ни был. Джей сделала несколько шагов и остановилась на середине отсека, Алексей с резким вздохом обернулся, показав, будто ее появление было для него внезапным. Он невольно отступил назад, словно испугавшись чего-то, и на секунду отвел взгляд, чтобы не выдать себя, но выпустить ее из виду казалось невозможным, в своем повседневном образе она была прекрасна: чешуйчатая кожа формы пилота гладко облегала ее тело, от подтянутых, мускулистых икр до небольшого выреза, едва приоткрывавшего полноту ее приподнятой груди, идеальные очертания плеч и бедер оставляли позади нее тень пленительного силуэта. Ее фигура была безупречной и безжалостно притягивала внимание, но Алексей смотрел только в глаза и лишь иногда взгляд его соскальзывал в смущении и убегал прочь по затемненным стенам комнаты. Пурпурные глаза в строгом очерке бровей и мягком ареоле длинных ресниц влекли загадочным космическим блеском, скрытым в недосягаемой глубине, точно свет далеких звезд, пленяющие бледно-алые губы чуть разомкнулись, когда она остановила свой вдумчивый взгляд на лице Алексея. Он, вероятно, должен был, что-то сказать, но слов не было у него в голове, взгляд говорил за него – говорил то, чего говорить не стоило, и Алексей старался, что было сил, его унять.

– Я хотел только увидеть кабину пилота, - начал вдруг оправдываться он, встретив осудительный взгляд исподлобья.

Джей подступила еще на шаг, и землянин тут же двинулся назад и уперся в спинку кресла, она произнесла вслух какое-то слово, отчего кресло развернулось и двинулось к ней, сбив с ног Алексея. Подъехав на сидении к ее ногам, он замер в беспомощной позе и буквально вжался в кресло, виновато подняв глаза.

– Ты, кажется, занял мое место. – Произнесла Джей, скрывая издевку в голосе.

На лице Алексея не дрогнул ни один мускул, он начал отталкиваться от пола ногами, но кресло не сдвинулось ни на дюйм, он лишь проскользил пятками по полу. Джей не смогла сдержать усмешку, на ее окаменевшем от тяжелого сопротивления несчастью лице наконец-то появилась улыбка. Пока она не замечала и не ловила себя на том, что вместе с землянином ей было не так горько, как в одиночестве.

– Надеюсь, это не карается смертью, - слегка расслабившись от ее улыбки, спросил Алексей.

– Мы не убиваем себе подобных. – Произнесла она уже совсем серьезно и протянула ему руку, чтобы помочь подняться.

Алексей быстро встал на ноги и по инерции двинулся вперед. Замерев на месте и резко повернув голову, он почувствовал ее усиленный выдох на своей груди. Он повернулся, когда Джей сделала шаг назад, и, затаив дыхание во внезапной волнующей близости, задал вполне последовательный вопрос:

– Мы с тобой похожи?

– Физически да. – Она обошла его вокруг, села в кресло и направилась на нем к приборной панели спиной вперед. – Мы с тобой одного вида, но разной породы.

– Ясно. А в чем эта разница? То есть, я, кажется, понял из твоих прежних слов, но не представляю, из какой черты вытекают все эти различия.

Джей почувствовала тонкое неравенство в общении и вновь произнесла что-то на своем языке, от боковой стены отделилось подвижное кресло и остановилось за спиной Алексея. Дождавшись, когда он присядет, она продолжила:

– Различие лишь в одном инстинкте, которого у вас почему-то нет – оберегать жизнь каждого представителя своей расы, будь он твоим другом или незнакомцем. Это называется инстинктом сохранения вида.

– Немыслимо… - Алексей уперся взглядом в приборную панель. – Ты сказала, мы одного вида, что уже, чисто статистически, невероятно. Тогда, выходит, меня ты тоже будешь инстинктивно защищать.

Джей задумалась над этим вопросом.

– Скорее всего, действие инстинкта распространяется только на нашу породу.

Алексей с пониманием кивнул и отвел глаза, для него ее это значило, что его жизнь никто оберегать не будет. Джей поняла его грусть, но не сказала ничего. У Алексея было еще много вопросов, но он забыл обо всем и смотрел неподвижно на медленно расплывающийся по сторонам звездный ковер.

– Джей, – начал говорить он.

– Да? – С охотой отозвалась она.

– Какое имя у вашей планеты?

– Имя? – Почему-то, совсем простой вопрос погрузил ее в смятение. Алексей не стал переспрашивать, а просто ждал ответа. – На нашей планете никто не думал давать ей имя.

Алексей озадаченно молчал, пытаясь понять суть ответа.

– Но как? У вас ведь есть государства?

– Есть префектуры – для удобства управления.

– И у них есть названия?

– Да. Но планета – совсем другое. Она одна на всех, и мы просто называем ее своим домом. Как можно подобрать ей имя, если каждый из двадцати миллиардов жителей предложит свое?

Алексей осмыслил сказанное и понимающе кивнул.

– А другие цивилизации…, если вы с ними общаетесь, как они вас выделяют среди остальных?

– У каждой планеты, входящей в Галактический Союз, есть свой идентификационный код.

– Ясно. Постой, - Алексей сделал паузу, готовясь задать весьма значимый для него вопрос, - а у галактики нашей есть имя?

– Да. – Джей слегка призадумалась. – По-вашему оно будет звучать, как… молочная дорога.

– Млечный Путь, - тут же поправил Алексей и задумался всерьез, поставив локти на колени и сложив кулаки у подбородка.

Джей ждала развития его мысли.

– Это невозможно. Откуда такое совпадение?

Джей следила за движениями его лица – за тем, как он поджимал нижнюю губу, подтягивая ее внутрь, за тем, как, не находя ответа, отводил взгляд на звезды, за каждым глубоким вдохом. Что-то близкое к правильному ответу наворачивалось на уме, но не хватало уверенности сделать заключение.

– Я покажу тебе кое-что.

Джей положила руки на две восьмиугольные усеченные пирамидки из синего кристалла, установленные на гладкой, широкой панели, они тут же приподнялись над столом, включились в работу и далее строго следовали движениям ее рук. На плоскости окна развернулся прямоугольный экран, разделенный на множество областей разного содержания и назначения, по краям экрана возникли два восьмиугольника, которые были компьютерной абстракцией пирамидок в ее руках. После нескольких манипуляций пирамидками и коротких нажатий на их грани экран расширился и слегка приблизился, зависнув воздухе плоской голограммой перед лицом. Джей прикоснулась ладонью к одному из множества изображений, отчего оно расширилось на весь экран.