Чтение онлайн

– Молодец, – похвалил его улыбнувшийся ещё шире Клаус и протянул лежавший на раскрытой ладони персик. Шурх на радостях что-то пропел и вонзил крючковатый клюв в угощение. Великан наблюдал за ним с детским восторгом, параллельно умудряясь взъерошивать мизинчиком мягонькие пёрышки на груди попугая.

– Надо рассказать об этом Лиз и Филу, – проговорил он, когда на ладони осталась лишь идеально чистая сморщенная косточка.

Лиз отыскалась быстро: свесившись с фальшборта неподалёку от штурвала, изучала водные течения. Определяла с помощью Силы оптимальный курс, по которому следует вести корабль. Помогала ей в этом Паф. Ну как помогала – сидела рядом и болтала лапками, выслушивая нескончаемый поток жалоб дозорницы. Время от времени выдавала глубокомысленные «паф». Когда это случалось, девушка ненадолго приостанавливала свою деятельность, поворачивалась к квопл и с ироничной улыбкой говорила, что только она одна её и понимает. Вообще за прошедшие дни они заметно сблизились и со стороны выглядели как хорошие подружки, – что вызывало у Клауса лёгкую ревность, – хотя это было и немудрено. Их дружба завязалась неслучайно.

Всё началось вечером после отбытия. Клаус разузнал у Фила о болезни Лиз и с боем, но всё-таки заставил её показать ранение, оставленное демоном, чем успешно подтвердил зародившуюся на мертвяке догадку. В плохо заживших вздутых шрамах, которые своим видом напоминали прерывистую воронку водоворота, скрывалась скверна. Доза не смертельная, да и Сила в большинстве своём сдерживала пагубный эффект, однако есть у этой дряни одна поганая особенность множиться и разрастаться, вытягивая частицы себя буквально из воздуха и сливаясь с ними. В какой-то момент дар попросту переставал справляться со всё разрастающимся очагом заразы, и вот тогда наступали жуткие боли. Элизабет спасалась от них заживляйкой 30 , однако мазь лишь временно нейтрализовывала очаг, – это позволяло Силе возвратить контроль над ситуацией, – но не гасила его окончательно, и в итоге рано или поздно всё повторялось вновь. И вот здесь, как и в случае с самим Клаусом, на помощь пришла Паф. За считанные секунды простым прикосновением лапок к осквернённой ране она вытянула из тела девушки всю дрянь без остатка, избавив её от невыносимых страданий, мучавших бедняжку на протяжении последних шести месяцев. Когда это только-только случилось, Лиз будто заново ожила. Расцвела и душой, и телом подобно несгибаемому весеннему цветку, который пробился сквозь снежный наст к солнцу, чтобы подставить его тёплым лучам озябшие после изнурительной борьбы лепестки. Ходила и улыбалась всему, что видела, включая Клауса, но ровно до тех пор, пока тот не спихнул на неё все заботы о корабле, таким образом пробудив вздорную и несдержанную дозорницу ото сна.

– Привет, – подойдя со спины, пробасил великан. От неожиданности обе девочки чуть было не улетели за борт, благо сильные руки вовремя удержали их от падения, и теперь две пары возмущённых голубых глаз сверлили Клауса негодующим взглядом.

– Ты чего подкрадываешься, дрянной пират?! – сердилась Элизабет.

– Паф! – вторила ей ушастая подружка.

– Хотел сказать, что Шурх обнаружил какой-то остров.

Сказанные слова несколько смягчили сердитость девушки.

– Думаешь, твой?

– Не имею ни малейшего представления. Вот доберёмся и узнаем. Эй, Шурх, – окликнул кружившего в небе над головами попугая Клаус, – показывай дорогу!

– Свистать всех наверх, ребятки! Отправляемся! – во всю глотку прогорланил квопл и тотчас устремился к острову, покачивая на ветру своим куцым хвостом из трёх очень длинных перьев.

– Как рванул то. Точно коршун, – с улыбкой пробормотал великан и повернулся к дозорнице: – Подсобишь, Лиз?

С обречённым вздохом Элизабет коротко кивнула и направилась к корме, повторить свой нехитрый фокус, каким отправила команду Рэта в незабываемое путешествие по морским просторам. Сейчас, когда болезнь отступила и больше не было никакой необходимости сдерживаться, девушка могла свободно пользоваться своим даром. Столько, насколько её хватит. Взобравшись по ступенькам на крышу жилого корпуса (который технически являлся самодельным полуютом), дозорница подошла к ограждению, удобно устроилась на полу лицом к морю, свешивая ноги через широкие зазоры между столбиками, вытянула окутанные Силой руки перед собой, закрыла глаза и сосредоточилась. Крупные водяные капли начали немедленно стекать с ладоней в спокойные солёные воды, тревожа их, заставляя пузыриться и дыбиться, волнами врезаться в днище корабля, придавая скорости и толкая его вперёд.

– Следи за штурвалом, – не оборачиваясь, повелела она Клаусу и, не удержавшись от колкости, добавила: – В кой-то веке сделай хоть что-то полезное.

– Понял, принял! – отсалютовал тот и крепко взялся за рукоятки рулевого колеса.

Паф тоже не осталась в стороне. Взобравшись на нос корабля, она неотрывно наблюдала за парившим в воздухе силуэтом Шурха, отдавая команды право/лево руля. Вернее сказать, квопл полагала, чтобы её команды звучат именно так, однако всё что слышал и видел умилявшийся Клаус – паф, и лапка, вскинутая в нужном направлении. И дабы не смущать маленького штурмана, громко дублировал её команды перед поворотом.

– Мы что, куда-то спешим? – из-за двери, ведущей к каютам, на палубу высунулся заспанный Фил и протяжно зевнул, потирая глаза болтающимся рукавом небрежно надетой рубахи.

– Шурх нашёл остров.

– Остров? – обрадованно переспросил мальчик. Несмотря на все советы Элизабет ему пока ещё не удалось перебороть морскую болезнь, которая нет-нет да и накатывала вечерами, приковывая его к койке. – Пойду посмотрю, – и весело умчался к Паф, полностью освободившись от остаточных сонных чар.

Остров оказался жилым и, что не могло не радовать Клауса, знакомым. Он носил красивое название Померанс и был первым островом, на который высадился демонслеер после своего побега из родительского дома на самодельном плоте. Следовательно, принадлежавший их семье остров может быть где-то рядом, где-то поблизости. Совсем скоро великан вернётся в родные края, научится извлекать проклятый демонслейв и вновь заявится в тёмную цитадель, чтобы уже наверняка начистить рожу одного зарвавшегося тощезадого демона. Заодно и малявку спасёт, если она в самом деле жива. Потому что в противном случае Клаус очень постарается разыскать того щёголя в клёпанной кожаной куртке, что накормил его пустыми обещаниями, и тогда непременно засунет цилиндр ему в жо…

– Клаус? – милейший голосок, навевающий целый ворох приятных воспоминаний, не дал мысли окончательно скатиться в непристойность. – Это действительно ты?

Спускавшийся по ступенькам штормтрапа великан остановился, заулыбался и, не желая продолжать спуск по-человечески, спрыгнул на деревянный помост. Он обернулся и без особых проблем отыскал среди собравшихся поглазеть на пришвартовавшийся у причала корабль владелицу этого чудесного голоса. Ах как же она похорошела с их последней встречи! Завораживающего цвета меди волосы стали длиннее и теперь расслабленной косой свисали с левого плеча, курносый носик укутало одеяло озорных веснушек, что идеально сочетались с задорным блеском во всё ещё юных глазах, добавляя симпатичному лицу пикантной игривости, и конечно же распустившиеся подобно бутону под непреклонной дланью зрелости пышные формы, которые не могло скрыть даже невзрачное рабочее платье официантки.

– Давно не виделись, Грета.

В порыве чувств радостная девушка совсем забыла о плетёной корзинке, доверху набитой хлебом, которая соскользнула с опустившейся руки, и, подобрав подол платья, побежала навстречу улыбающемуся великану.

– Клаус! – она подпрыгнула и обвилась руками вокруг его шеи. Он подхватил её за талию и прижал к себе, чувствуя, как горячее дыхание Греты щекочет ухо. По коже пробежали приятные мурашки. – Клаус!

– Кхм, кхм, – раздался за спиной нарочито громкий и явно недовольный кашель. – Может, представишь нас?

– Паф, паф.

Не выпуская девушку из объятий, Клаус повернулся. Сцена на корабле повторилась: две пары голубых раздражённых глаз старательно проедали в нём плешь, требуя немедленных объяснений. Их взгляд нещадно прошёлся и по Грете, отчего она неловко потупила взор и шепотом попросила опустить её на землю. Злючки. Брали бы пример с Фила, который вместе с сидевшим на его плече Шурхом тихо-мирно разглядывал окрестности.

– Лиз, Паф, знакомитесь, это Грета, дочь местного трактирщика и моя первая… – великан хмыкнул, открестившись от подробностей, – подруга. Я снимал у них комнату какое-то время, после того как сбежал из дома.

Грета учтиво поклонилась. Клаус только открыл рот, чтобы представить Элизабет, как она сама напыщенной походкой подошла к девушке и надменно сунула ей руку, всем своим видом демонстрируя собственное превосходство:

– Элизабет Ардент, пятая дочь одной из старейших семей криолисов на архипелаге Альтана, а также капитан…

– На моём корабле, – закончил за неё великан и смерил дозорницу весьма красноречивым взглядом, чтобы остудила свой пыл и не болтала лишнего. Пока убийца на свободе, не стоит оставлять никаких следов. Тем более что они не так уж и далеко отплыли от Альтаны.