ЖАНРЫ

Возвращение блудного сына
Шрифт:

Та, не удивившись хитрости мужа, сразу улыбнулась, обмякла и замлела:

– «Ой! Хорошо-то как?! Конечно, хочу! Помассажируй мне спинку!».

С этими словами Ксения стала оголять свой торс, попросив мужа помочь, и расстегнуть крючки бюстгальтера. Тот охотно согласился.

Проделав привычные нежные манипуляции со спиной жены, и выполнив план, Платон двинулся дальше.

С помощью ласково-крепких пальцев он обхватил «кнопки» и, изощряясь, шершаво-мокрым языком включил одну из них, запустив «персональный компьютер».

После разогрева вскрыл все нужные ему «файлы», и самым решительным образом вошёл в её «сайт».

Вдоволь «налиставшись страниц» своей юркой «мышкой», муж напоследок оставил в памяти «электронного блока» жены не один «байт» своей информации.

Понимая, что другой каши с женой не сваришь, поэт через несколько дней обратился за литературным советом к сестре Анастасии.

При встрече Настя трижды расцеловала брата в щёки. Тот же ответил одним.

– «Ты, что же, братец, целуешься не по-христиански?!».

– «А я целуюсь не по-крестьянски, а по интеллигентному – просто и ясно!».

– «Я имею ввиду, что это надо делать трижды, как я!» – гордо разъяснила верующая.

– «А мой один поцелуй стоит трёх твоих!» – не согласился Платон.

– «А почему это?!».

– «Я старше тебя – раз! Мужчина – два! И вообще… – три! Вот!».

– «Ха-ха-ха! Ну, ты, братец, даёшь!».

– «Да! Я даю! На вот тебе гостинцы – дачные урожаи!» – обрадовал он сестру, которой всегда чьи-либо подачки были кстати.

Она копила и копила, будто всё время к чему-то готовясь. Фактически Настя всю свою оставшуюся жизнь потратила на подготовку к… жизни!

Налив брату бледный спитой чай, Настя отвлекла его расспросами, сделав угощение ещё и остывшим.

– «А как там твоя мадам?» – добралась сестра и до обидевшей её в прошлом году Ксении.

– «Да всё нормально!» – попытался успокоить сестру Платон.

– «Как нормально?! Она же у тебя эгоистка!» – попыталась та переложить с больной головы на здоровую.

– «Так счастье семьи – в гармоничном слиянии двух эгоизмов!» – частично принял огонь на себя шутник.

В конце беседы он показал сестре стихотворение «Русский стиль» и попросил у неё совета, так как в нём речь шла и о богословских моментах.

Неожиданно для Платона Настя принялась читать стихотворение с большим интересом, предлагая свои варианты, и исправляя ей кажущееся неправильным. Кое с чем поэт согласился. Но многие её замечания вызвали у автора с трудом скрываемое раздражение.

Хотя к своим стихам Платон и относился, как к испражнениям своей души, но это ведь были его личные, им выстраданные мысли и идеи.

Через несколько дней закончив стихотворение «Русский стиль» и передав его в некоторые газеты и журналы, поэт написал и другое стихотворение, повествующее об истории его создания и замечаниях сестры:

«Сестре о русском стиле»

Я дал сестре стихотворенье…Услышать мнение её:Кому вручить сие творенье,И что убрать мне из него?Сестра взялась за дело рьяно,Увидев в тексте слово «Бог».И чиркать принялась упрямо,Да так, что я чуть занемог.Но к поиску в стихе изъянаС ответственностью подошла.А я смотрел на это «спьяна»:Ну, наконец-то, снизошла!И об её скажу я слоге:Семейный, видно, это дар!?На пару бы писать нам в… блоге?!Меня бросает даже в жар!?Её поправками доволен!Гребёнкой словно причесав,«Их не принять ты, братец, волен!» –Сказала, темя почесав.Средь них, однако, появились…,Которые принять не смог.Черты сестры в них проявились,Хотя они не портят слог.Поправки эти об идее,О русских, и для русских лишь.И зачеркнула о халдее.То слово непонятно бишь.Но всё оставила о Боге,Как узурпаторша его.И всё хорошее о рокеСудьбы…, чьих светлое чело.Без черносотенной идеиПоправки принял бы её.Увы, сестра, мы не халдеи.Оставь ты при себе своё.Оставь ты Бога, Богоматерь,Оставь Иисуса ты Христа.Ведь я поэт, а не… маратель.Пишу я с чистого листа.Всегда я в жизни буду русским,Российским… – жителем РФ.Мой кругозор не станет узким,Хоть на учёте я в ПФ.Я «братской дружбой» был воспитан.«Народ советский», как пример.Интернационализмом дух пропитан.Ведь я рождён в СССР!Родства непомнящим Иваном,Сестра, не буду никогда.Моя судьба – быть графоманом.Возможно, буду им всегда?Ты ж отщепенка – дух твой хлябый.За твёрдость веры ты стоишь,Что человек пред Богом слабый.А кто не верит – ты хулишь.Меня, сестра, хулить не надо.Всегда я честный и прямой.Подход научный к жизни надоИметь бы за своей спиной.Я человек научный, Настя!(Насколько помню я себя).И мракобесье, грязь, напастьяНе засосут с собой меня.Мне с куликами из болотаНе интересно говорить.Общаться с ними неохота.Тем паче, авторство делить.Меняют только впечатленья.А убежденья – никогда!О них пишу стихотворенья –Про впечатления всегда…Я дал сестре стихотворенье.«Пустил свинью в калашный ряд».Ох, бедное моё творенье!Она меняла всё подряд.С копытами двумя и рыломВ мой текст зарылась вся она.И с мракобесным своим пыломВписала новые слова.Остынь, сестра, ты не на рынке!И не торгуйся ты со мной!Хоть доказательства и пылки,Пойми же ты, что я другой!И не приму твоей я «веры».Тем более менталитет.Ты не хули меня без меры,И мой в стихах авторитет!

Да, менталитет близких людей, даже родных, бывает различен – подумал тогда писатель – сколько людей, столько и мнений! А сколько же мнений в вопросах политики, особенно внутренней, особенно после такого демарша наших руководителей? – не унимался Платон.

После такого плевка власти в душу народа, на его выбор и честь, началась невольная политизация масс и поляризация политических сил. Ряды разношёрстной оппозиции стали пополняться и расширяться.

Такое бесцеремонное отношение власти задело и избирателя Платона Петровича Кочета.

Теперь и он задумался над сложившейся в стране внутриполитической обстановкой, подвергнув ситуацию своему личному анализу.

После этого наивный писатель даже решил, что сейчас не прочь поменять свою работу на депутатскую, которая и денег ему больше бы принесла. Но в то же время Платон понимал, что такая работа отнимет время от творчества и ещё больше подорвёт его здоровье. Ведь в любой работе он не мог быть просто статистом, а всегда стремился быть боевым штыком.

В результате этого и в связи с начавшейся в стране предвыборной кампанией у Платона возникла навязчивая идея написать письмо Г. А. Зюганову, которую он и осуществил, как будто специально, 7 ноября.

Сообщив в начале письма свои анкетные данные и свою краткую автобиографию, он перешёл к сути вопроса:

«Проведённый мною анализ моральных человеческих качеств по векам и странам с экстраполяцией на обозримое будущее показал, что на Земле вообще невозможна реализация главного принципа коммунистического общества: «От каждого по способностям, каждому по потребностям».

Из этого вытекает логический вывод, что построение коммунистического общества на Земле, к сожалению, утопия!

Поэтому мне представляется целесообразным, чтобы КПРФ декларировала в своей программе реформирование нашего государства в социальное государство с разными формами собственности, строящее развитой социализм с «человеческим лицом», и на практике обеспечивающее реализацию принципа «От каждого по способностям, каждому по труду».

Развитие других государств также показывает, что капиталистические и социалистические страны в своём развитии как бы поднимаются к вершине одной и той же пирамиды, но по разным, в том числе противоположным, граням.

В связи с изложенным, предлагаю, в принципе, в ближайшем будущем переименовать КПРФ в «Социалистическую партию Российской Федерации».

А в перспективе, может быть, и в «Объединённую социалистическую партию РФ» (ОСП РФ), с поглощением в себя всех левых сил страны!

И пусть эта «ОСПа» поразит всех граждан нашей страны!

А заявить о таких намерениях, о проработке этого вопроса, из тактических соображений мне представляется целесообразным уже во время начавшейся предвыборной кампании! – особо подчеркнул писатель.

Поделиться с друзьями: