Чтение онлайн

– Вы сделаны из такого же металла, как мое копье. Вы человек?
– спросила она.

– Я киборг. Человек в теле робота, - внешне спокойно объяснил пират. Обычно он относился к своей внешности равнодушно, но сейчас почему-то ему стало горько. Как будто, став киборгом, он утратил что-то.

– Робота?
– приподняла брови девушка.
– Я знаю, что такое робот. Мама когда-то рассказывала мне о них.

Крокс присмотрелся к палубе парусника, на которой они сейчас стояли, и увидел, что в его конструкции использованы части машин, роботов и обшивка звездолета. Так, к примеру, руль крепился длинным изогнутым распределительным валом, а мачта была накрепко соединена с днищем большим, похожим на жернов, диском от какой-то устаревшей планетной машины. В одном месте в борт была вделана большая пластина из серебра, на которой вполне читались обрывки названия "...трела ...чты".

"Значит, звездолёт назывался "Стрела Мечты", - подумал пират.

– Как вас зовут?
– спросил он у девушки.

– Василиса, - сказала она.

– Василиса?
– переспросил капитан.
– Это из земной сказки? Когда-то я ее слышал.

– Вам тоже? И мне в детстве ее рассказывали, - серьезно кивнула девушка. Наверное, меня назвали Василисой потому, что она была Премудрая и преодолевала все опасности, справлялась со всеми трудностями и в конце сказки у нее все заканчивалось хорошо.

– И у вас так будет, - сказал Крокс, уловив в ее голосе нотки сомнения.

– Пока моя сказка еще не закончилась, значит, отгадывать конец рано. Поживем - увидим, - Василиса подошла к мачте и стала расправлять свернутые паруса.

– На этой планете, кроме вас, еще много людей?
– помолчав, спросил пират.

Девушка доверчиво посмотрела на него и покачала головой.

– Только одна я. Были еще мои родители, но они погибли несколько лет назад в песчаную бурю. На планете Вечных ветров - так мы ее назвали - очень часто перед сезоном дождей случаются песчаные бури.

Пират опустил голову в знак сочувствия. Особенно удивлен он не был. Пират привык, что космос всегда уносит много жизней, а освоение новых планет и того больше.

– А другие люди?

– Мы были втроем: я, мама и папа. Когда-то было еще несколько семей, но они разбились, когда звездолёт потерпел крушение. Из всех уцелели только мы трое и еще две дворняжки, родители Пшика.

– Пшика?
– переспросил пират.

– Вы еще с ним не знакомы, - Василиса открыла один из внутренних люков корабля и оттуда вылетела маленькая лохматая собачка. Увидев незнакомца, она озадаченно приостановилась и залилась таким звонким и яростным лаем, что ее подбрасывало, и передние лапы отрывались от корабельной палубы.

Осмелев, Пшик попытался вцепиться зубами чужаку в ногу, но едва не сломал себе зубы. Это окончательно убедило пса, что перед ним некий неодешевленный предмет, вроде железного шкафа, который каким-то образом перемещается, вместо того, чтобы стоять на месте - и в этом-то как раз, с его собачьей точки зрения, и был главный непорядок.

Василиса разговорилась, и вскоре капитан Крокс узнал многое о ней и о жизни на планете. Постоянного жилища у девушки не было - она скиталась по океанскому дну на своем легком паруснике, которым управляла с большим искусством. Обычно она поднимала паруса по ночам, а днем отдыхала. Питалась она простейшими растительными и животными видами. Оказалось, кроме кактусовидного кустарника, на планете сохранились и другие растения, особенно в северной части. Некоторые из них - Василиса называла их "большими шарами" были способны запасать дождевую воду в период ливней.

– Мы их еще встретим, - сказала девушка.
– Это такие большие, в несколько метров высотой, шары. В период засухи они постепенно сжимаются, но в сезон дождей разбухают до невообразимых размеров. У меня в трюме лежат несколько шаров - так что вода пока есть.

– А животные? Вы говорили тут есть еще животные...
– напомнил пират.

– Большие ящерицы и черепахи. Так проще всего объяснить. На самом деле, конечно, это не ящерицы и не черепахи, а нечто совсем другое. Едва ли вы их встречали - днем они зарываются в песок, показываются из него только ночью и то не всегда.

Андрею и Лависсе надоело ждать в планетоходе возвращения Крокса. Первым терпение лопнуло у попугая, он взлетел на мачту, некоторое время изучал происходившее на палубе, а потом вернулся.

– Там какая-то девушка, а с ней - лающий комок шерсти, - как заядлый сплетник сообщил попугай.
– Они ведут беседу с капитаном. Видели бы вы, как он на нее смотрит...

– Как смотрит?
– насторожилась Лависса.

– Ну... как будто она ящик с рубиноглазами или красивая статуя. Короче, кэп глазеет во весь свой единственный глаз... Хи-хи! Но только между нами!

– Пойду посмотрю!
– Лависса откинув колпак, вылезла из планетохода и направилась к паруснику.

– А тебе-то что?
– удивился Андрей, но она, не ответив, уже карабкалась по веревочной лестнице на борт.

– Ей до всего есть дело. Она, как я. Иногда мне кажется, что девчонка мой птенец!
– поделился с мальчиком попугай и полетел следом за Лависсой. Решив, что оставаться одному в планетоходе глупо, Андрей тоже подбежал к паруснику и забрался на палубу.

* * *

Заделав в броне последнюю дыру, Старый Шкипер осмотрел свою работу и остался доволен. Заплата была прочной и могла выдержать такие же нагрузки, как и остальная броня. Только на корпусе "Странника" появился еще один шрам.

– У Скелетона-1 очень мощные лазеры, - сказал Шкипер.
– Я думал, что флагман неуязвим, но после боя его корпус напоминал решето. Было бы неплохо придумать еще какую-нибудь защиту для брони - иначе следующего сражения мы не переживем.

– Этот Скелетон даже не мелькал на радарах, - обиженно добавил Грохотун. Это нечестно - он нас колотил, как коршун утку, а сам не дал себя ни разу ударить. Я палил из всех пушек, но ни разу в него не попал.

– Чего же ты хочешь? Эта боевая модель совершеннее нас на шестьсот лет, грустно сказал Баюн.
– Между нами такая же разница, как между лучником и пушкой. Задали нам перцу к сердцу! Спасибо, хоть ноги унесли.

– Спасибо не булькает!
– немедленно отозвался подошедший Грохотун.

Вспомнив, что он давно уже не связывался по лазеропередатчику с планетоходом, Баюн направился к нему. Он несколько раз передавал сигналы вызова, но передатчик молчал. Робот-нянька не на шутку разволновался. Почему капитан Крокс не отвечает? Не пострадали ли дети?

– Скорее всего они в мертвой зоне для приема, - утешающе пробасил Шкипер.
– Правда, Грохотун?

Но лучше бы он не спрашивал.

– Правда-правда, - немедленно откликнулся рогатый робот, которому тоже захотелось успокоить Баюна.
– А то, может, хлоп с обрыва и вдребезги. Лежат на песочке и не шевелятся.

– Грохотун, ты бестактная скотина!
– рассердился Шкипер.

– Ты так думаешь? Нужно занести это в свою коллекцию, - заинтересовался бестолковый робот.
– Так меня еще никто не называл. Кретином обзывали, ослом, болваном и идиотом, дураком во всех разновидностях...

– В каких разновидностях?
– удивился Шкипер.

– В разных: дуралей, придурок, дурень, дурачина...
– забубнил Грохотун.

Беспокоясь, робот-нянька еще несколько раз вызвал капитана по передатчику, а потом всерьез собрался идти на помощь детям по еще различимым в песке следам планетохода, пока их совсем не занесло ветром.