Чтение онлайн

— Я все сделала. До утра можешь не беспокоиться.

Эллис подошла к мужу и принялась расшнуровывать ворот рубашки.

Берт взял ее ладонь, поцеловал пальцы. Его дыхание показалось Эллис обжигающе горячим, и она смущенно потупилась.

Берт принялся бороться со своей одеждой самостоятельно. Его пальцы дрожали от волнения и путались в завязках.

Любопытство победило, и Эллис осмелилась посмотреть на мужа. Она первый раз видела мужчину обнаженным. Взгляд остановился на крепких плечах, скользнул по мускулистой, покрытой курчавыми волосами груди, на минуту замер, а потом робко метнулся к паху, чтобы тут же снова подняться на уровень груди.

Эллис смотрела на розовые соски супруга, невольно краснея и не решаясь снова посмотреть вниз. В глаза Берту она также смотреть не осмеливалась.

Не замечая ее смущения, Берт залез в бочку, и лишняя вода перелилась через край.

— Ой, я сейчас…

— Потом вытрешь… — хриплым голосом остановил ее Берт.

— Ладно, — Эллис так и не добежала до половой тряпки. Взяв мочалку, она принялась с силой тереть мужу плечи и спину. Неожиданно Берт с головой ушел под воду, чтобы тут же вынырнуть и с шальным блеском в глазах уставиться на Эллис.

— Что? — она смотрела, как вода стекает с его волос, мелкими капельками замирает на смуглой коже плеч.

Берт молча вылез и прижал Эллис к себе, потом начал ее целовать.

— Рубаху… сними рубаху… — он с рыком рванул за ворот. Ткань затрещала, но выдержала. Берт рванул сильнее, и Эллис со страхом увидела, как его руки превратились в когтистые волосатые лапы, которые сорвали с нее одежду.

К счастью, трансформация была короткой, и, расправившись с рубахой Берт успокоился. Подняв Эллис на руки, он забросил ее на печь, а потом и сам лег рядом.

Эллис замерла, когда крепкая мужская ладонь сжала ее грудь. В низу живота сладко заныло, требуя большего. Словно услышав ее мысли, Берт спустил руку вниз и погладил влажное от желания лоно.

Эллис прижалась к мужу, неумело лаская. Ее ладони скользнули по мощной груди, погладили живот и замерли, дойдя до паха. Пока она колебалась, Берт со стоном навалился сверху, упираясь ей в бедро своим твердым естеством.

Эллис напряглась, ожидая неизбежного, но все равно вскрикнула от неожиданности, когда член скользнул между ног.

— Что? Уже больно? — Берт с испугом глянул на нее, тут же прекратив возню.

— Нет… Да… Не знаю… — Эллис виновато посмотрела на мужа. От низа живота поднялось горячая волна, заставляя сердце взволнованно биться.

Берт снова принялся ее целовать, и, растворившись в желании, Эллис упустила момент, когда он проник в нее. Благодаря возбуждению боль была несильной. Крепче прижав к себе мужа, она закусила губу, сдерживая крик. Потерявший последний контроль над собой Берт принялся вбиваться в ее тело, и с каждым новым толчком, боль отступала, сменяясь удовольствием.

Страсть накрыла ее с головой и схлынула, оставляя после себя приятную негу. Эллис погладила влажное от пота плечо мужа, и как раз в этот момент он с коротким рыком кончил и буквально упал на нее, придавив своим весом.

Эллис сдавленно пискнула.

— Извини, — Берт лег рядом, тяжело дыша.

Вздохнув полной грудью, Эллис свернулась калачиком и прижалась к его боку. Когда горячая ладонь мужа обняла ее за плечи, она счастливо улыбнулась и долго еще лежала без сна, слушая дыхание Берта.

Хмуро посматривая на небо, щедро сыплющее на землю снег, Роджер шел к себе в замок. Брести, проваливаясь в сугробы, — удовольствие сомнительное. Однако же опустошенный посох бесполезным грузом болтался за спиной, а тратить собственные силы на левитацию Роджер считал глупым расточительством.

Изменения в поместье не радовали. От ровной дороги, соединявшей когда-то замок с деревней, не осталось и следа. Лес разросся, и сейчас деревья росли даже там, где раньше колосилось поле. Извечные источники магии — воздух, земля, вода, растения — оскудели. Роджер проверял их весь путь до замка, и с каждым шагом становился все мрачней. Этот искусственно созданный светлыми магами мирок умирал. Ждать конца осталось недолго: как только магия истощится, все живое замерзнет насмерть.

— Заклятие-ограду нужно снять как можно скорее. Если бы я еще знал как…

Роджер поправил упавший на плечи капюшон плаща и постарался идти быстрее. И все же прошло больше трех часов, прежде чем он уперся носом в заваленные снегом ворота замка.

— А это что? — Роджер заметил, что у противоположной створки снег ниже, и к ней ведет тропинка. Видно было, что ею давно не пользовались, однако расчистили добросовестно, и прошедшие с тех пор снегопады не успели спрятать дорожку полностью.

— Волки сюда не ходят. Тогда кто?

Роджер прошел до начала тропинки и наткнулся на следы лагеря. Снег засыпал старую стоянку почти полностью, однако не смог скрыть вымощенный камнями жертвенный круг со следами крови.

— Какой храбрец осмелился проводить темные ритуалы у стен моего замка? И почему защита не размазала его в коровью лепешку? Неужели так сильно истощилась?

Роджер обошел вокруг камней.

— Не похоже, что здесь человека убили, — он опустился на колени, разгреб руками снег и положил ладонь на испачканный камень. — Это бычья кровь.

Кроме жертвенного круга на поляне ничего интересного не было, и Роджер вернулся к замковой стене.

— Если они планировали пробить защиту, то почему ворота не расчистили? Да и не видно здесь подготовки к взлому. Тайный ход им не найти и не откопать. Его снегом, наверняка, очень надежно замело. А вот боковую калитку стоит проверить.

Роджер побрел вдоль замковой стены. Через триста метров обнаружилась малоприметная дверца. Она вела в сад и была защищена не хуже основного входа.

— Все интересней и интересней, — Роджер снова опустился в снег, исследуя вытоптанный участок. Следы здесь были более свежие, чем на стоянке. — Дрались двое. Не долго, но жестоко. Кровь и вспышка силы: одного убили. А где труп?

Долго искать не пришлось: обгорелые останки нашлись под одним из сугробов.

— Одно радует, за стену никто так и не проник.

Роджер подошел к калитке. Благо, неизвестные злоумышленники расчистили сугробы, и снега здесь намело меньше, чем у ворот.