Чтение онлайн

Я первым открыл дверь и огляделся. На улице царила ночь. По моим примерным подсчётам (часы разбились, когда бюреры волокли меня по коридору) скоро небо на востоке должно было посветлеть, но пока кругом было совершенно темно. Над головой торопливо пробегали тучи, то и дело приоткрывая маленькие пятнышки звёзд. О прошедшей грозе напоминала только земля, превратившаяся в бурую грязь. Тишина ничем не нарушалась. Тоже верно, зачем бандитам себя раньше времени демаскировать, если неизвестно, сколько нас. К тому же надо разрешить нам отойти от сарая, а потом отрезать обратный путь и взять в клещи. Я скрипнул зубами от досады – понимать все планы противника и не суметь ничего противопоставить; непростительно! А со мной даже не два бойца, а всего-навсего двое мальчишек.

Мы потоптались на месте, словно примеряясь к размытой почве, а на самом деле всматриваясь в темноту. У нас с Динькой были ПНВ, но первым врага заметил Алька и кивком указал его мне. Громила даже не прятался, а просто стоял, прислоняясь спиной к стене соседнего коровника. Он не сомневался, что в темноте его не заметят. И не заметили бы, если бы не Алька. Я резко развернулся и выстрелил почти не целясь. На таком расстоянии промазать было невозможно. Бандит осел кулём и мягко свалился. Земля откликнулась чмокающим звуком.

Секундное замешательство противника позволило нам совершить бросок до теплицы. Это оказалось не самым лучшим вариантом. Первый же ответный выстрел разбил несколько стёкол, и осколки полетели в лицо. Мальчишки были меньше ростом и успели присесть, мне же ощутимо царапнуло щёку. А дальше ударил такой шквал огня, что в грязь упали уже мы и замерли, пытаясь не то, чтобы оценить ситуацию, а просто выжить.

А ситуация получалась, прямо скажем, не блестящая. Видимо, у бандитов тоже есть ПНВ, иначе их огонь не был бы таким прицельным. И мы на этом поле для них, как на ладони. Теплица не в счёт. Я попытался подтянуть поближе автомат, но в паре сантиметров от руки тюкнула пуля. Намёк такой. В это время Денис, который лежал совсем рядом, протянул мне несколько других пуль и одними губами прошептал:

– В меня попали. Гляди, что с ними стало!

На его ладони лежали свинцовые блинчики. Даже если предположить, что мой старый костюм, хоть и из специального материала, но всё-таки не бронированный, превратился в сплошной лист стали, пули бы сплющились, но не раскатались в этакие сусальные лепестки. На их пути встретилась не просто броня, а нечто гораздо более мощное.

– Это артефакт заработал! – сообразил Алька.

Открытие вдохновило. Оставалось только придумать, как им пользоваться. Бандиты, судя по шорохам, потихоньку сужали круг. Денис предложил:

– Папа, давай я его тебе отдам, ты встанешь и спокойненько всех их перестреляешь.

Эту заманчивую идею я отмёл, потому что мальчишки оставались в таком случае без охраны могли пострадать от любой случайной пули.

– А что, если встать втроём спина к спине, а артефакт прижать всем лопатками, - придумал Алька, - Он будет действовать для каждого, если его хоть немного касаться.

Эта идея мне тоже не очень понравилась. Мы становились совершенно немобильными, превращались в одно целое. А вдруг кристалл выскользнет? А вдруг у него хватает сил только на одного человека? Однако, больше никаких идей не приходило, зато бандиты приближались. Они уже уверились в нашей гибели и перестали скрываться. Я быстро, но незаметно, вытащил кристалл. Мелькнула мысль, что он должен касаться открытых частей тела или хотя бы через обычную ткань. Но он лежал в специальном контейнере на поясе снаружи и всё равно защитил Дениса. Эх, была ни была!

Мы резко вскочили и тесно прижались друг к другу, засунув артефакт в район поясниц. Я успел выстрелить до того, как у бандитов прошла оторопь, вызванная нашим внезапным «оживанием», но спешил и потому промазал. Зато эти шакалы, воспользовавшись доступностью добычи, радостно принялись обстреливать нас со всех сторон. Пули подлетали, но словно натыкаясь на невидимую преграду, падали, превращались в плоские «блинчики». Не такие тонкие, как те, которые мне показывал Денис, но тоже эффектные.

Алька время от времени стрелял из пистолета, не нанося нападающим ощутимого урона. Мы с сыном вдвоём поливали из автоматов тёмные тени. Упал один бандит, потом сразу двое. Оставшаяся пара залегла и затихла: мужики тяжело шевелили мозгами, пытаясь понять, почему мы всё ещё живы. Видимо, об артефактах они кое-что слышали, потому что выражения удивления не последовало. Зато откуда-то в нас полетели сразу две гранаты. Это был конец.

Зажмуриться я просто не успел, поэтому смог увидеть великолепную картину: гранаты в воздухе раньше, чем прошли положенные секунды, плавно, как в замедленной съёмке, распались на части, и все осколки, сплющившись, посыпались вокруг нас безобидным градом.

Бандиты действовали на рефлексах. После взрыва гранаты следовало вскочить и побежать, пока кто-нибудь не обогнал и не забрал лучшее. Они вскочили и побежали к нам. Одного я уложил, а на второго не хватило патронов.

– Денис! – отчаянно крикнул я.

– У меня тоже! – отозвался сын.

В этот момент раздался немыслимый грохот, и подбежавший уже бандит свалился с развороченной головой. А Алька скромно опустил охотничье ружьё.

Мы постояли ещё с полминуты, и потом Денис завёл руку за спину, чтобы взять артефакт, не дать ему упасть. Мы шагнули в разные стороны, разминая затёкшие ноги.

– Ой! – воскликнул сын.

На его ладони вместо великолепного кристалла, отороченного жемчужинами, поблёскивала желеобразная розовая субстанция, которая на глазах превращалась в пар.

– Что это с ним? – чуть не плача, спросил Денис.

– Когда артефакт выполняет свою миссию, он расходуется, - хмуро пояснил я, ожидая, что сын буркнет: «Знал бы – не давал бы такую красоту». К счастью, этой фразы не прозвучало.

Мы перезарядили оружие. Обшаривать бандитов не стали. У того, который валялся рядом, не было ничего ценного, кроме остатков боеприпасов (их мы всё-таки взяли), а весь вид говорил о нищете группировки. Стало понятно, что это какая-то слабая ветвь бандитского клана, которая не могла устроить настоящую драку и потому столько часов на «авось» караулила нас.

Пора было выбираться отсюда. Я решил вывести ребят к базе «Долга». Это было безопаснее, чем сразу пилить до Периметра. Я взглянул на карту, потом, По-привычке, для ориентировки – на небо. Несмотря на то, что туч стало меньше, а звёзд больше, близость рассвета не ощущалась. Не задумавшись особо об этой странности, мы пошли потихоньку вперёд. После всего пережитого наступила соответствующая реакция организма. Я чувствовал себя как выжатый лимон (интересно, кому цитрусовый об этом рассказывал?), но старательно двигал ногами, а вот мальчишки совсем выбились из сил и спотыкались на каждом шагу. Чтобы их подбодрить, я негромко болтал о всякой ерунде, время от времени прерываясь и торжественно сообщая: «Прошли полкилометра», «Прошли километр, осталось всего четыре». Им это, вроде бы, помогало, а сам я успевал смотреть вперёд, назад и по сторонам, ориентироваться по карте, считывать с ПДА информацию об аномалиях и живых объектах, прислушиваться и чуть ли не принюхиваться к этой бесконечной ночи.

Наверное, от такой перегрузки мне стало совсем плохо. Когда до базы оставалось не больше километра, я вдруг устало опустился на землю. Голова болела так, что казалась раскалённым чугунным ядром, вжимающим моё тело в грязь. Денис тоже держался за голову и даже слегка постанывал.

– Здорово нас обработали, да? – странно слабым голосом спросил я, потрепав сына за плечо. Он только кивнул и уткнулся в меня носом.

– Привал, - объявил я.

Мы растянулись на грязной земле, глядя в небо над головой. Туч не стало ещё меньше, но они проносились так, что почти уже не закрывали звёзд. Наверное, там, наверху, бушевал настоящий ураган. Однако, вокруг не было даже самого слабого ветерка. А он бы не помешал. Похоже, опять собиралась гроза, потому что в воздухе ощутимо нагнеталось электричество. К тому же организм словно пытался разорваться пополам: душа испытывала необъяснимый ужас, панику, желание убежать – а тело не хотело пошевелить даже пальцем. Я с трудом оторвал взгляд от неба, думая, что это мельтешение туч вносит тревогу в мозг, молящий об отдыхе, и посмотрел на Альку. Он глядел вверх с ужасом и беззвучно шевелил побелевшими губами. Я потянул его за рукав и, желая успокоить, пробормотал: