Чтение онлайн

– Бойлерная? – догадался прапор. – А чего кабели раскиданы?

Дверца открылась. Мужики шагнули внутрь, оказавшись в кромешной тьме. Будто в преисподнюю попали. Кажется, включи сейчас фонарик, посвети в угол и увидишь как наяву: костерок, закопченный котел со смолой и грешником. А рядом черт стоит, ухмыляется – дровишек в костер подкидывает, варево поварешкой помешивает. В другом углу еще хуже – на раскаленной сковородке шипит чей-то распухший, поджаренный язык. А грешник верещит, как поросенок, извивается. Охрип уже! А палач весь в шерсти, глазки злые, рожки острые. Кочерга в углях шерудит, копоть поднимает! Раскалилась – красная вся!

Жуть!

Громко и гулко, словно выстрел, щелкнул выключатель, сбросив шелуху беспочвенных фантазий.

Сватко остолбенел.

Гнетущая тишина уперлась в уши. Глаза видели, но не хотели верить. Потому что реальность оказалась покруче самых страшных фантазий. Во вспыхнувших нитях электрических ламп взору директора строительной фирмы открылся бесконечный тоннель, похожий на декорации съемочного павильона «Мосфильма». Уж больно нереально смотрелся он, выходивший из фундамента московской стройки.

– Это что? – с вытянувшимся лицом прошептал Сватко. Зрачки бессмысленно пялились на убегающие далеко под землю желтоватые лампочки. – Куда он идет?

Впрочем, Сватко был не так глуп и, рассчитав направление подземного хода, прикинул конечную точку. Он вел к секретному объекту «Поляна-6» с шестой по счету и последней уцелевшей пусковой шахтой. Где-то там, в толще земли, замерла на стапеле мощная баллистическая ракета. И стройка – только прикрытие!

Сзади захлопнулась дверь. Сватко пугливо оглянулся, но там никого не было: Аслан незаметно исчез.

– Короче, так, Сашок! Давай поговорим, как мужики! – внезапно и жестко начал Вольский. – Коротко, ясно и без соплей. Договорились?

Сватко замер, угадывая тему предстоящего разговора.

– Нам известно, где ты работал раньше, поэтому и вышли на тебя. В шахте «Поляны-6» осталась ракета. Так?

Вольский смотрел в упор, словно сканировал содержимое черепной коробки бывшего прапорщика. Тот ясно почувствовал его силу, будто струей из брандспойта в лицо шибанули – не выдержал невидимого напора. Попробуй выдержи!

–.Осталась, – выдохнул Немой, чем снова нарушил данную когда-то подписку о неразглашении и воинскую присягу.

– Мы должны проверить ее состояние, – по-командирски четко поставил задачу Вольский.

Бывший прапор с усилием сглотнул. В горле качнулся колючий комок. Сватко выглядел так, будто с нарисованного акварелью портрета осенний дождь смыл краски. Саша понял, откуда берутся щедрые подарки, падающие с неба и прямо на голову. Причем нужную голову – его. Фирма, хорошая работа, шикарная японская машина, кредит, деньги… Даже длинноногая секретарша Оксанка – тоже из давней мечты. Ничего на свете не делается просто так, и за каждый подарок когда-то придется заплатить.

У Сватко еще оставался шанс все повернуть вспять и не стать предателем, но он не сумел им воспользоваться. Не захотел. Сватко быстро привык к красивой жизни, расставаться с которой уже не хотелось.

– Ладно тебе, Сашок! – миролюбиво ободрил Вольский. Он понял, что Немой – уже его. Осталось чуть-чуть придавить – и все. Из такого дерьма выбраться невозможно, особенно когда одна нога увязла в нем полностью, а другая сама не хочет вылезать. – Чего пугаешься! Все будет о'кей! Обещаю! Ты денег заработаешь, а потом – как сам захочешь! Больше пока рассказать не могу – военная тайна. Если ты с нами – у тебя будет все! Если нет… Есть кассета, которую на всякий случай мы дадим тебе прослушать и… кое-что еще… Впрочем, о грустном не стоит. Ведь ты с нами – не так ли?

Голос Вольского прозвучал как вопль судьбы с небес. Предоставление иллюзорной свободы выбора тонизировало Сватко, а приглашение в некое тайное общество избранных, в которое абы кого не позовут, вдохновило его до внутреннего волнения. В самом деле – чего он теряет? Раньше Саша служил в КГБ, которое тоже являлось тайным орденом и символом власти. Принадлежность к спецслужбе прибавляла значимости самым маленьким и незаметным людям, давая им защиту и покровительство. «Пятнашка» КГБ с последующими переименованиями – спецслужба в спецслужбе – в ней только избранные из избранных. Но так было давно. Теперь ничего этого нет, и прошлые обязательства Сватко посчитал утратившими силу. Теперь он снова получит недостающую почву для самоуважения и самоутверждения, многократно подкрепленную мощными материальными стимулами. Один Орден сменится на другой. Вопрос поставлен предельно четко и откровенно. Двоякое толкование вряд ли возможно. Муки совести, стыд перед бывшими товарищами по службе, внутренний дисбаланс – все это прошло мимо.

И Сватко сделал выбор.

– Конечно, с вами! – произнес он, не услышав внутреннего протеста. Угрызений совести не было – только легкое неудобство, сродни тому, что покалывает где-то невнятно, когда не подаешь нищему на улице. Бывший прапор встал в строй под неизвестное ему знамя и был готов с полной самоотдачей выполнять чужие приказы.

Вряд ли он верил, что имел дело с «нашими». К этому все и шло.

– С формальностями покончили! – довольно констатировал Вольский. – Теперь за дело. Пошли пройдемся по нашему «Метро-2»!

Три пары ног отстукивали по бетонному полу расстроенную дробную чечетку.

– Как попасть в шахту? – спросил главарь напрямик.

– Самое простое – через газоотводный канал, как вы и хотели, – кололся Сватко. – Только в надстройке сигнализация. Если залезть – прилетит тревожная группа. А в самом канале защитные ограждения – просто так не пролезешь. На вилы сядешь!

– Мы так и подумали, – ответил Вольский. – Поэтому тоннель завели чуть ниже «грибка». Но проблема в том, что под ним ничего нет! Трубы нег, понимаешь?!

Террорист уставился на прапора. Может, проверял, насколько тот искренен в желании помогать?

– Правильно! – со знанием дела усмехнулся Сватко. Казалось, недавний шок бесследно прошел, оставив ощущение эйфории. Как от наркотика: сначала страшно, а потом – сплошной полет. – Это отстойник-ловушка! Так специально сделано. Под надстройкой прямоугольный подвал, а канал входит в него метрах в двадцати пяти правее.

У Вольского от сердца отлегло. Не лоханулся он с выбором маршрута проникновения. Да и добровольный помощник, похоже, не врет. Старается, чтобы бабки заработать.

– Просто перпендикуляр в земле сверлим – и мы в канале? – обрадовался Обухов.

– Точно! – подтвердил Сватко. Ощущение собственной значимости возвращалось. К Саше прислушиваются такие важные люди! Да и сам он теперь – человек не последний!

Позже Вольский откровенно признается Обухову, что не надеялся на легкий и «бескровный» вариант вербовки. Практически – «бархатной». С одной стороны – это хорошо. С другой – всегда остаются сомнения.

– За Сашком надо присмотреть, пока в себя не придет. Мало ли что ему в голову может взбрести, – велел главарь. – Только осторожно – чтобы клиент «фотки» не запомнил.