Чтение онлайн

– Вы лучше вот чего? Откуда комэск о бухле узнал?

– О каком бухле?! – недоуменно спросил Борисов, тоже салага, и недовольно скривился – Грищук ударил его по ноге, прямо по кости. Это "футбол" называется. А есть еще лось – это когда руки перед лбом выставляешь, навроде рогов, а старик – бьет. Или телевизор – это когда подушку прижимаешь к груди, а старик с разбега пробивает ногой. Или колыбаха – это когда кладешь голову на табурет, а старик с размаху подушкой. Старики – они такие…

– Ты мне баки не забивай, салага. У третьего капонира которое было припрятано. Вы настучали, с…и?

Суть дела была проста как три рубля. С базы – отлучаться можно было не всем, а только офицерам, офицеры же ездили свободно. А выпить – хочется всем. Вот старослужащие – после получения очередного денежного довольствия отобрали его у салаг и чижей и упросили одного из офицеров купить в городе несколько бутылок этой самой граппы. Переплатили, как без этого, какой офицер будет за так помогать. Привезенную граппу-самогон спрятали у третьего капонира, присыпали землей. А вчерась – полковник Ладецкий, который тут за охрану отвечает и за режим – это все нашел, приказал согнать личный состав с бодрянки [44] и при всех, одну за другой расколошматил бутылки о бетонку, а потом приказал все это убрать. Вечером – деды оторвались на молодежи, на всей без разбору, а сейчас похоже – принялись дознаваться, кто стуканул. Наверное, не дознаются, но все равно изобьют многих. В годковщине ведь самое главное не кто конкретно что сделал. Деды – грузят, молодые – грузятся. Пройдет пара лет – и ты грузить будешь.

Дембель неизбежен, в общем.

– Хохол… клянусь не мы. Ну откуда нам знать то было?

– От верблюда. А ты чо зыришь?

Взгляд деда, ни с того ни с сего заведшегося – переключился на самого маленького в группе. Он был мусульманином, а значит – вдвойне виноват.

– Чо зыришь? Ты стуканул?

Борисов, он же Борюс, чиж, то есть военнослужащий второго призыва попытался сгладить ситуацию.

– Хохол, да он то причем?

– Заткнись. Ну, чо, чурка? Ты стуканул?

Дед, найдя на ком "оторваться" встал со стула, смотря на молодого светлыми, наглыми глазами. Дед был из галичан а молодой – из крымских татар, что усугубляло положение.

– Ты стуканул, чурка? Чего молчишь? Ты у меня гад до конца призыва из туалета вылазить не будешь. У… ты какой…уй… с..а!

Дед попробовал схватить молодого за щеку – но молодой сделал то, чего можно было ждать лишь от борзого чижа, да и то под самый конец своего срока. Коротким ударом – пробил деду с колена в пах.

– С..а!

Дед ударил молодого, тот полетел на пол. Перекувыркнулся, поднялся, схватил табуретку…

– Что происходит? – сухой, жесткий как плетка голос стеганул всех, кто находился в караулке пятого поста охраны

Ладецкий… принесли черти. Опять проверяет посты. Внезапная проверка, твою мать…

– Господин полковник, пятый пост несет караульную службу, за время дежурства происшествий не было! – бодро отрапортовал Хохол, стараясь не показать, как ему больно.

Полковник прошел в караулку. Табуретка стояла уже на месте, солдаты поддерживали некое подобие строя.

– Фонарь откуда? – спросил он Мирзу

– Упал, господин полковник…

– Сейчас?

– Так точно.

– Упал – еще раз упадешь. Упор лежа принять, десять отжиманий. Еще раз соврешь – будет тридцать. К выполнению упражнения приступить.

Молодые поспешно посторонились. Пока Мирза выполнял установленные движения, полковник стоял прямо напротив Хохла и смотрел ему прямо в глаза. Все понимали, что разборка еще не закончилась.

– Рядовой… Мирзаев… упражнение исполнил.

– Встать в строй.

Полковник оглядел некрашеные стены казармы. Затем смачно, выведя затейливую руладу носом и набрав слюны – плюнул на пол.

– Ефрейтор Гришук, почему свинарник в помещении караульного взвода? Убрать, нах…

Ведро и тряпка – были в шкафчике, в углу. Уборка помещений, что влажная, что сухая – была работой позорной, ее выполняли только салаги. А Грищук был дедом…

– Ты и дома так пол моешь? Поза номер раз [45] – и с энтузиазмом в движениях, с энтузиазмом…

Едва не шипя от злости и унижения – Хохол мыл пол на глазах у молодых. Он был с Галичины, а там люди с польской кровью, с литовской, оскорбления не переносят никак. Но он знал и то, что полковника. Случись даже с ним подраться – ему не победить ни в честном бою, ни в нечестном. Полковник – перевелся к ним из Багдада, и перед строем – демонстрировал, как он голыми руками сгибает лом.

Закончив с полом – Хохол убрал принадлежности в шкафчик

– Ефрейтор Грищук приборку закончил.

Полковник задумчиво посмотрел на пол, будто решая, не плюнуть ли еще раз.

– По молодости тебя дрючили, теперь ты?

…

– Так вот, деда. Здесь один разбойник – я. И помощники мне не нужны. Дошло?! – вдруг заорал он так, что все вздрогнули

– Так точно!

– Какого х… в караулке сидите! Д…ить команды не было! На внеплановый обход территории бегом – МАРШ!!!

Город Адана – один из наиболее богатых городов этой части средиземноморского побережья. Населенный армянами, известными ремесленниками и неплохими торговцами – он рассоложен не на самом берегу Средиземного моря – но сообщается с ним через реку Сейхан и стоит на одноименно озере. Река эта – полноводна, по ней способно пройти самое тяжелое торговое судно, [46] а не то что легкая фелюка или арабская доу. Адана же – является одной из ключевых точек восточной контрабанды, именно сюда – привозят опий, тайно возделываемый в долине Бекаа. Поэтому, порт в городе Адана – совсем нее речной, он больше морской. Унылые цапли кранов, многоголосая речь, шум припортовых кабаков. Здесь христианство – вплотную соприкасается с исламом, Восток с Западом, но главное все же – деньги. Именно они – царствуют в городе, где православные храмы соседствуют с мечетями. Доказательством чему – служат роскошные виллы сильных мира сего, что выстроились на склоне невысокого холма, обращенного лицом к озеру. В конце концов – истинный неверный здесь тот, кому нечего продать или кто не может расплатиться…

Среди тех судов, которые прибыли в город в этот день – было судно из кипрской Никосии. Кипр – небольшой остров недалеко отсюда в Средиземном море, юридически он принадлежит Британской короне, а фактически – контрабандистам и самым отмороженным бандитам. Этот остров – мост между англо-саксонским Западом и Востоком, между Европой и Африкой, удобные бухты его – раздолье для тайных погрузочно-разгрузочных операций, а горы и ущелья, покрытые колючим кустарником отлично скрывают различные бандитские шайки, которые британская армия начинает ловить, только если они совсем уж обнаглеют. На острове – есть военно-морской порт как на Гибралтаре и сильная база в Акротири. И кроме того – благодатный климат Кипра уже давно привлекает тех, кто нажил немалое состояние и не хочет, что правоохранительные органы Европы – интересовались насчет его происхождения пи задавали иные нелицеприятные вопросы. Юридически – Кипр находится под вассалитетом Британской короны и управляется не Высоким комиссаром – а избираемым самим жителями острова губернатором. И у властей острова есть привычка – если к ним приходит запрос об экстрадиции, они притворяются, что не знают язык и на острове некому сделать перевод.

Но так – есть на острове Кипр и люди, занимающиеся относительно мирным промыслом. В основном это рыбаки, забрасывающие сети в это море вот уже несколько сотен лет, есть небольшая торговлишка и даже какая-то промышленность, в основном обеспечивающая нехитрые нужды жителей самого острова. Среди рыбаков – есть и коренные островитяне, и те, кто вынужден был стать островитянином в силу обстоятельств, о которых он инее хочет говорить. Жители острова дружелюбны и приветливы, они охотно выдают дочерей за таких (особенно если у них есть деньги) – и таким образом в жилы жителей острова постоянно вливается свежая кровь. От этого же – островитянки очень красивы, но среди тех пятерых, которые прибыли в это утро в Адану на рыбачьем баркасе – женщин не было.