Чтение онлайн

И даже здесь, на Сантенаре, не мы начали войны Катаклизма. В этих войнах погибло много того, что было великим и прекрасным. О чем я не перестану сожалеть.

– Ты говоришь, что о тебе рассказывают сплошную ложь. Я не могу в это поверить.

– И не надо. Многие слухи правдивы. Я жесток и безжалостен и всегда использую против своих врагов любое оружие. Я сделаю ради выживания то, что необходимо. И так поступил бы всякий, кто предан своей расе.

– Ты отказался выполнить уговор, когда Лиан победил тебя в состязании.

– Он лгал, но я ничего другого и не ожидал от врага. Я разъярился, поскольку позволил обмануть себя при собственных слугах. Из меня сделали дурака, и мой авторитет у гаршардов был подорван. Наступит время, когда мне придется за это расплачиваться.

Но Магрета все не унималась:

– Но твое сказание о состязании на Аркане показало тебя…

– Я глупо вел себя на Аркане, как говорит сказание. Но это было тысячи лет тому назад, когда я был молод и горяч. Магрета, разве в твоем прошлом нет поступков, которых бы ты стыдилась? Я никогда не пытался их скрыть. У меня все-таки есть какое-то чувство чести.

Рульк произнес это очень просто, потом подошел к машине. Положил на нее руку, но, по-видимому, машина не принесла ему утешения. Появилась Йетча, но он махнул ей, веля выйти. Магрета смотрела на него, размышляя о том, что из сказанного им правда. Она не могла выкинуть из головы дурную славу Рулька, но все, что она видела и чувствовала, противоречило ей.

Резко повернувшись, Рульк направился к Магрете:

– Что ты решила?

– Пока ничего. Я запуталась. – И это было правдой. – Мне нужно подумать.

– Тогда ты поймешь то, что я сейчас сделаю. – С этими словами он взмахнул руками. И вдруг девушка поняла, что больше не может двигаться. – Если ты решишь присоединиться ко мне, все, что мне нужно, – твое слово.

Магрета не стала бороться, и это удивило его. Она лишь смотрела на него своими чудесными грустными глазами.

Рульк громко хлопнул в ладоши. На пороге появились Йетча и Идлис, и он обратился к ним:

– Проведите Магрету в ее комнату. Ты пойдешь без сопротивления, Магрета, или мне придется принудить тебя? Учти, что у меня много сотен гаршардов.

– Я… я даю слово, – ответила она. Он явно испытал облегчение.

– В таком случае я отведу тебя сам. Пошли. – Отпустив гаршардов, Рульк взял плащ Магреты: – Сюда.

Девушка молча двигалась рядом с ним. К ней вернулось самообладание, теперь она уже замечала странность и великолепие Шазмака. Рульк вел ее по лабиринту переходов, по воздушным серебряным лестницам и мостику, словно сотканному из паутинки, который был перекинут между двумя башнями-близнецами. По пути до нее дошло, что странные фрески изображают Аркан – мир, откуда прибыли ее предки – кароны. И она не могла налюбоваться этими сумрачными пейзажами – высокими башнями, фонтанирующей лавой и зеленовато-желтым снегом.

Когда они пришли в башню, Рульк провел ее по коридору, куда выходило множество дверей, и остановился перед одной. Подождав, пока она откроется, он ввел туда Магрету.

– Это не темница?

– Насколько я понимаю, это были комнаты Караны, когда она здесь жила. Я подумал, тебе здесь будет удобнее.

Магрета была тронута:

– Благодарю тебя.

Она вошла внутрь, и он последовал за ней. В комнате были слышны завывания ветра, который бушевал где-то вдалеке. Прикоснувшись к осветительным шарам, девушка зажгла их, потом осмотрела мебель и кухню, размышляя о жизни Караны. В комнате, которая, вероятно, являлась спальней Караны, в толстую стену было вставлено хрустальное окно – единственное увиденное Магретой в Шазмаке. Снаружи начало светать. Магрета посмотрела на башенки, шпили и воздушные мостики Шазмака. На заднем плане высились горные пики, покрытые снегом.

– Тебе нужно принять ванну, поесть и выспаться – сказал Рульк. – Я пришлю еду и питье. Тут есть все, что тебе может понадобиться. До завтра! – Поклонившись, он вышел.

Магрета проверила дверь, ожидая, что она заперта, но дверь легко открылась. Она подождала, пока появится чуть ли не раболепствующая Йетча с обещанным угощением, потом заперлась, приняла ванну и улеглась в постель. Нужно было о многом подумать. То, что было в Магрете от каронов, верило в слова Рулька, ощущало потерю их собственного мира и ужас уничтожения целого народа. Ялкара не упомянула об этом в послании, оставленном для Элиоры. Как Магрете хотелось сейчас взглянуть в Зеркало и увидеть Ялкару!

Магрете не спалось. Она обошла отведенные ей покои и обнаружила, что они очень просторные и удобные. Девушка уселась в какое-то кресло любопытной формы. За окном завывал ветер.

Стащив с постели одеяло и закутавшись в него, как в кокон, Магрета свернулась в кресле калачиком и незаметно заснула. Очнулась она от приступа такого сильного желания, что ей захотелось заплакать. Она страстно желала Рулька, мечтала, чтобы он немедленно оказался с ней в кровати. Совершенно неведомая дотоле страсть поразила ее саму. То, что она питала к Иггуру, бледнело по сравнению с этим. Подойдя к окну, Магрета прижалась к стеклу воспаленным плечом и горячей щекой. От холода ей стало легче, но страсть не угасла. Вскоре Магрета вернулась в постель, но из-за безумных мыслей, преследовавших ее, не могла заснуть. Образ Рулька не покидал девушку ни на секунду!

Карана не проснулась, когда Магрета выскользнула наружу, хотя обычно у нее был чуткий сон. Но ближе к утру ей стало холодно и страшно. Ей снилось, что она пытается проснуться, но не может. «Крышка» ее сознания не открывалась, так как ее удерживала невидимая паутина.

Утром солнечные лучи пробились сквозь щели в каменной двери. Но Карана все спала, и теперь ее мучило то, что она не может проснуться, – значит, она слишком слаба и не в силах помочь ни себе, ни Магрете.

Солнце поднялось выше. Лучи потянулись по полу, потом исчезли. Рассеянный свет проник в убежище. Дойдя до зенита, солнце быстро ушло на северо-запад. Наконец, когда оно опустилось за горы и в комнате угас последний свет, Карана стряхнула со своего мозга паутину и проснулась.

Она почувствовала усталость и раздражение – так бывает после слишком долгого сна. Вначале ей показалось, что сейчас уже утро, и Магрета вышла прогуляться. Но рюкзак ее спутницы исчез, и небольшая горка продуктов возле ее собственного рюкзака объяснила Каране все. Она не удивилась: чего-то в таком роде она и ожидала от Магреты, и именно поэтому не рассказала ей о потайном пути в Шазмак.

Должно быть, Магрета опередила ее чуть ли не на целый день, и теперь нет надежды за ней угнаться. Карана хотела открыть дверь, чтобы увидеть последние лучи света и вдохнуть свежий воздух. Дверь не поддавалась. Карана сделала новую попытку – снова безрезультатно. Дверь заклинило. Она почувствовала себя униженной: мало того, что ее покинули, ее еще и заперли.

Карана осмотрела дверь, представлявшую собой плиту из сланца. При свете осветительного шара Карана заметила, что эта плита скользит по бороздке, высеченной в каменном полу. Наверху металлический брусок, привинченный болтами к крыше, удерживал дверь от падения. Карана не обнаружила ничего, что мешало двери открыться, но она не двигалась ни в одну сторону.