Чтение онлайн

Наверное, если бы я час назад пристрелила живого человека, мне тоже было бы жарко. Ни о чем другом думать я сейчас не могла.

– Он жив?

– Кто?

– Тот человек в моей квартире, что ты дурацкие вопросы задаешь! Что с ним, как ты думаешь?

– Забудь о нем… Ничего не было, тебе просто показалось.

– Теперь тебя посадят, – с трудом удерживаясь, чтобы не зареветь в голос, выдавила я, – а ты ведешь себя так.., так, словно ничего не произошло.

– Ага, посадят, – весело согласился он, – если поймают. А не поймают, так не посадят. Правильно я рассуждаю?

Веселье Ефима просто сводило меня с ума.

– Откуда у тебя пистолет? – угрюмо спросила я, стараясь не смотреть ему в лицо. – Ты вроде говорил, что пистолеты только у бандитов.

– Еще у милиционеров.

– А ты милиционер?

– Милиционер! – отрезал Ефим. – Хватит трепаться! Через два часа Бешеный будет ждать да Майской, возле магазина. Знаешь, где это?

– Конечно, знаю. Рядом, минут пятнадцать отсюда.

У какого магазина, который круглосуточно работает?

– Да.

Через два часа мы стояли недалеко от дверей единственного в этом районе продуктового магазина, работающего в ночное время, возле него постоянно толпились посетители, так что внимания к себе мы не привлекали.

Вскоре возле нас плавно притормозил черный «СААБ», и мы скользнули в салон. Все это не заняло и трех секунд, а мы уже катили по пустому шоссе куда-то в сторону окраины.

– Чисто? – поинтересовался Ефим, оглядываясь назад.

– Как в бане… – довольно отозвался Коля. – Здорово, Настасья! Чего кислая такая? Ефим довел?

Я вымученно улыбнулась и поздоровалась. Прекрасного Колиного настроения я не разделяла. Чему они все так радуются? Хотя Коля, наверное, про убийство еще не знает, думаю, это известие немного подправит ему настроение. Однако, прислушиваясь к их разговору, я поняла, что Коля полностью в курсе всех проблем, видно, Ефим связался с ним по рации, пока я мерзла в той деревянной развалюхе.

– Как же он, собака, на это решился? – поинтересовался Коля, я насторожилась, ловя каждое слово.

– Да, с норовом пацан оказался, – усмехнулся Ефим, – сам не ожидал. Ну ничего, дожмем…

У меня от любопытства начало челюсти сводить, но понять, о ком они говорят, я никак не могла. Они еще много чего интересного говорили, но то ли у меня контузия от выстрела образовалась, то ли я поглупела за последнее время без меры, не знаю. До сего момента мне представлялось, что самое главное для нас сейчас – это попасть в Москву, ведь пропали драгоценные камни, деньги оказались фальшивыми, то есть все плохо, и без помощи нам не обойтись. Теперь же Москва отошла куда-то на второй план, зато вопрос отсутствия Юры волновал их необычайно. Меня он, признаться, тоже здорово беспокоил из-за Ирки, однако, сколько я ни ерзала ушами по спинкам передних сидений, дальнейших наших планов не уразумела.

– Вот и приехали! – оглянувшись назад, подмигнул мне Коля. – Будь как дома!

Ефим вылез из машины, я повертела головой по сторонам и увидела, что мы где-то в лесу, за городом, и прямо перед нами высоченный деревянный забор с железными пиками на каменных опорах. Место глухое, никаких строений по соседству я не заметила. С чего вдруг Колиной бабушке пришла фантазия жить в столь уединенном месте, было загадкой.

«Ну и бабулька была! – думала я, в некоторой растерянности разглядывая неприступную ограду. – Не меньше чем в КГБ служила старушка, если так любопытных глаз не жаловала!»

Ефим тем временем открыл массивные ворота, мы въехали внутрь, Коля скомандовал:

– Вылазь!

Я не заставила себя упрашивать и, прихватив сумку, послушно вылезла. Теперь я могла хорошенько рассмотреть дом. Сейчас такой редко встретишь, это был настоящий дом, двухэтажный, деревянный, потемневший от времени и непогоды. Выглядел он очень впечатляюще, бревна были огромные, шероховатые, я не удержалась, подошла поближе и потрогала их рукой. На окнах были самые настоящие ставни с резными балясинами, такие же балясины над высоким крыльцом с витыми перилами. Все вместе – и забор, и дом, и еловый лес – казалось сказочным, правда, из такой сказки, где непременно были злодеи и разбойники. Однако внутри ощущение сказки полностью пропало, обстановка была самая обычная, причем наследнику всего этого богатства явно не помешало бы прибраться.

Я послонялась немного по дому, с любопытством разглядывая на стенах немудреные пыльные эстампы. Зачем мы сюда приехали и что будем делать дальше, я не представляла. Исследуя помещения, обнаружила две спальни на втором этаже и стала прикидывать, что получится, если придется здесь ночевать. Одна спальня, чур, моя, а вторую пусть делят между собой как хотят.

– Настя, – услышала я снизу Колин бас, – иди сюда!

Есть охота, сообрази чего-нибудь по-быстрому!

Есть мне и самой давно хотелось, торопливо проскрипев вниз по весело поющим ступенькам, я направилась в кухню.

– Вот, это помещение в твоем полном распоряжении! – широко разведя руки в стороны, гостеприимно известил хозяин. – Ты тут сама сообрази что к чему, а мы пока пивка хлопнем…

Очень мило, похоже, они решили, что привезли с собой бесплатную кухарку, а не нужно ли еще полы вымыть, ты только свистни… Проводив Колину спину суровым взглядом, я решила на первый раз их простить.

Так и быть, приготовлю настоящий обед, некормленый мужик, что носорог, никакого ума, одни рефлексы. Только не думайте, что теперь от плиты я дальше раковины не отойду, не на ту напали, любезные!

Часа полтора, высунув от усердия язык, я провозилась на кухне, на плите весело булькали кастрюльки, шипели сковородки, а пот с меня катился градом. Продукты в этих хоромах в большинстве своем были консервированного происхождения, вроде зеленого горошка или бычков в томатном соусе. Но для хорошей хозяйки, говорила я себе, прилежно налегая на консервный нож, это никакого значения не имеет, она и слону бантик привяжет, как любила говаривать моя мама. К тому же за тумбой я обнаружила полмешка картошки и лук, так что процесс шел полным ходом и результат обещал быть отменным.

Когда в священнодействии забрезжил наконец слабый свет завершения, я подумала, что неплохо было бы закончить эту блестящую пищевую симфонию чем-нибудь вроде витаминов. На здешней земле укроп и петрушка вырастали сами, даже если хозяева были законченными тунеядцами. Коля смахивал именно на такого, но, возможно, в память о бабушке огород за домом воспроизвел из своих недр нечто, что я смогу порезать в салат.

Сад, как я и подозревала, находился в довольно запущенном состоянии, трава здесь не знала косы, а земля – лопаты. Деревья и кустарник росли, как им заблагорассудится, единственным местом, выглядевшим более-менее прилично, был небольшой цветник, разбитый возле застекленной веранды. Я прошла вдоль стены и присела на корточки, разглядывая мозаику разноцветных лепестков. Вдруг над самой моей головой на веранде со скрипом открылись створки окна. Я вздрогнула от неожиданности, а из дома вылетел непогашенный окурок, угодив аккуратно в середину клумбы. Удивительно, при таком оригинальном подходе к садоводству здесь растет еще что-то, кроме репейника. Только я собралась вслух выразиться по этому поводу, как наверху заскрипели половицы, кто-то подошел к окну и звонко чихнул.

– Буде здрав, боярин! – услышала я голос Ефима и сообразила, что это Николай сыплет инфекцию мне на голову, – И что дальше? Как он среагировал?

Тут мое воспитание вступило в неравную схватку с любопытством, и, пока исход ее не был ясен, досталась на месте, так и не сказав ни слова.

– Как среагировал? Никак. Бровью не повел. Стоял и смотрел на меня как на новые ворота. Я грешным делом даже подумал, что нас накололи. А потом ничего, разошелся. «Ваши условия?» – спрашивает. Ну я ему сказал все чин-чином, чтоб без проблем, но, видать, мамка его не тем местом учила…