Чтение онлайн

– Привет!

Парень прошел на середину комнаты, огляделся, но не нашел ничего интереснее, чем я.

– Можешь спуститься вниз…

– Ага, спасибо, – благодарно отозвалась я и уточнила:

– А зачем?

Он дернул плечом, словно не знал, что ответить, почесал затылок и протянул:

– Ну.., надо…

Ах, вот так! Надо, значит, надо. Очень доходчиво и сразу понятно. Я помялась немного, потом сконфуженно сообщила:

– А мне умыться надо….и это.., в туалет…

– Ну.., если надо.., тогда…

В общем-то, я поняла, что молодой человек вовсе не так уж и плох, как могло показаться сначала, просто не слишком любит много разговаривать. Спустившись на первый этаж, я с интересом огляделась. В гостиной три окна, у каждого расположилось по человеку: Лимон, Ушастый и второй стайер. Ничего интересного, если бы не одна маленькая деталь – у кого на коленях, у кого рядом на табурете лежали автоматы, я ойкнула и прикрыла рот ладонью. Все трое повернули ко мне головы, с перепугу я брякнула: «Здрастьте!» – и едва не отвесила земной поклон.

– Пошли, чего встала? – буркнул сзади стайер номер один, и мы направилась в общественное заведение.

Минут через пять мы вернулись обратно, меня конвойный все время подгонял и поторапливал, я поняла, что находиться на улице он опасается. Очутившись снова в доме, я прошла в гостиную, потопталась, не зная, что делать, тут меня окликнули:

– Эй, иди на кухню…

Я обернулась. В дверях веранды стоял Седой и для большей ясности дублировал указание рукой. Перед глазами мелькнул небольшой затянувшийся шрам, я живенько подхватилась и направилась в указанном направлении. Поворачиваясь, я успела заметить за спиной Седого еще двоих. "И сколько же их здесь? В гостиной трое, на веранде трое, один на кухне, один за мной смотрит…

Шесть.., семь.., восемь… Однако… Даже если Ефим вернется вместе с Совой, мало ему не покажется…" Пока я подсчитывала имеющиеся людские ресурсы. Седой добавил:

– Пожрать приготовь… И быстро…

«Вот так! – Я чуть не споткнулась о кухонный порожек. – Опять! Да что же это делается! Белые пришли – грабют, красные пришли – тоже, понимаешь…»

Таким образом, я снова оказалась на этой проклятой кухне. Не скажу, что до этого настроение у меня было хорошее, теперь же оно испортилось окончательно. Я раздраженно хлопала дверцей холодильника, злобно громыхала кастрюлями и шипела сквозь зубы на манер африканской гадюки. Притащившийся вслед за мной на кухню конвойный долго уворачивался от свистящих над его головой ножей и сковородок, наконец не вытерпел и пересел в дальний угол, поближе к высокому носатому парню в голубой футболке. Тот, вцепившись обеими руками в приклад автомата, давно уже превратился в изваяние, не шевелясь и не сводя с меня испуганных глаз.

Приободрившись тем, что смогла в такие короткие сроки безмерно запугать обладателя столь грозного оружия, я разошлась вовсе и даже кокнула в запале суповую тарелку. Но тут на звон разбитой посуды в кухню заглянул Седой, я сразу присмирела и моргнула ему в лицо честнейшими глазами.

– Ты, мать твою за ногу, осатанела? Какого черта ты гремишь? Проблемы с головой?

– Нет, – тут же призналась я, – никаких проблем… – после чего скорчила жалобную физиономию и трогательно сжала кулачки, – ..я ее нечаянно разбила…

Вы же сказали быстро, а народу много.., а я одна.., я тороплюсь…

Седой сверкнул белками глаз и сердито засопел.

– Мамонт, слышь.., помоги ей.., чего попросит…

После чего Седой удалился, а мой конвойный встал.

– Мамонт… – прошептала я, качая головой, и, не удержавшись, фыркнула.

Мамонт не обиделся, напротив, он довольно мило улыбнулся и спросил:

– Ну чего делать?

Я быстро сориентировалась:

– Картошку почисть…

– Картошку? Я? Не-е… Картошку не могу. Банку открыть или стол протереть…

– Стол я и без тебя протереть смогу! – Я разозлилась.

Мне, что ли, картошку на девятерых чистить? Это ж полведра надо! – Тебе чего сказали?

Но парень упрямо прищурился, тогда я развернулась к двери и позвала:

– Семен!

– Да ладно, – торопливо буркнул Мамонт, досадливо вздыхая, – черт с тобой… Где твоя картошка?

Я ткнула пальцем в угол, он выволок мешок на се дину кухни, еще раз вздохнул, окинул кухню несчастным взглядом и обрадовался:

– Серый, помоги…

Носатый в первое мгновение вытаращил глаза, но потом, видимо, сообразил, что отнекиваться бесполезно.

Минут через сорок все было готово, я робко высунула голову в дверной проем и огляделась. Седого в гостиной не было, зато остальные по-прежнему прилежно таращились в окна. «Неужто они так Ефима боятся?» Оглянувшись, я увидела, что Мамонт и Серый стоят ко мне спиной, и неслышно просеменила в центр гостиной.

Дверь на веранду была наполовину прикрыта, я направилась туда, но тут вдруг оглянулся Ушастый и рявкнул:

– Куда?!

Я подпрыгнула на месте, дверь веранды распахнулась, и Седой заорал мне в лицо:

– Почему она здесь ходит?

Из кухни шустро выскочил раздосадованный Мамонт и ухватил меня за руку.

– Да я только хотела сказать, что все готово… – залепетала я, демонстрируя на всякий случай сильный испуг. – Идите кушать…

Седой немного помягчел и кивнул Мамонту:

– Ладно…

Тот мою руку выпустил, и мы мирно направились в кухню. Кушали они попарно, я сбилась с ног, перемывая тарелки и вилки, потому что на восьмерых посуды не хватало. Пот с меня катился градом, у плиты всегда жарко, а тут еще на улице здорово потеплело, а окна открывать не разрешалось. Вероятно, в целях безопасности.

Когда наконец эта экзекуция закончилась, я устало плюхнулась на табурет и безразлично заглянула в кастрюльку. Нет, есть я уже не хочу. То есть не могу… Теперь мне ясно, отчего последние несколько дней я перехожу из рук в руки, словно почетное полковое знамя. Эти уроды просто не умеют готовить.

– Чего сама не ешь? – миролюбиво поинтересовался Мамонт, с удобством расположившись на длинной деревянной скамье.

Я дернула плечами и вяло отмахнулась:

– Потом…

Мамонт понятливо покивал, поджав губы, а потом спросил:

– Неужели устала? А я уж решил, что ты двужильная.

По городу носилась, словно верблюд по пустыне…

Он усмехнулся, я усмехнулась тоже, вспомнив, как мы летали очертя голову.

– Ты чего убегала-то?

– А ты чего догонял?

– Так.., поговорить…

– А чего тогда молча бегал? Вот бы и говорил…

Мы посмотрели друг на друга неодобрительно и рассмеялись.

– Веселитесь? – вздохнул кто-то в дверях, мы разом заткнулись и поскучнели. – Иди пока, Мамонт…

Позову…