ЖАНРЫ

Время больших отрицаний

Савченко Владимир

Шрифт:

... В конце 40-х был диалог маршала Берии с видным физиком, ответственным за проект атомной бомбы. Лаврентий Палыч распекал, требовал и грозил. Физик пытался объяснить. Но тот снова грозил и требовал. Ученый не выдержал:

– Знаете, нам не понять друг друга. Вы моих трудов по физике не читали, я ваших тоже. Только по разным причинам.

– Я тэбэ пакажу фызыку! Я тэбе пакажу!..

И показал. Вскоре и Берии показали - quantum satis. Но главное, в этом диалоге, впоследствии преданном оголаске, прорвалось превосходство интеллектуала, аристократа ума и духа, над властвующим плебеем. Оно было всегда - даже над теми, вознесенными на немыслимую высоту, - есть и будет всегда: единственный подлинный аристократизм и превосходство познавших, проникших в природу вещей над прочими. Эти люди создали цивилизацию, а не шишиги с коронами, титулами и дворцами.

Но непременным условием такого аристократизма было - оставаться честным; это входило в технологию глубокого творческого мышления и поиска.

И теперь они сходили на тот же уровень. На уровень перевертышей, воров с красивыми фразами на устах, дрянь-людишек, сколько бы те не нахапали и как бы себя не вознесли. С прямохождения на четыре лапы. И даже Виктор Федорович Буров, который недавно обсволочил - правда, за-глаза - Катаганского мэра, с грустью думал, что вот теперь он того обокрасть и даже разорить сможет, а сволочить, пожалуй, не вправе. Потому - сам такой.

Словом, верный, соответствующий духу времени тон еще предстояло найти.

.............................

– Слушайте, хватит вам вокруг да около! Мы все прекрасно понимаем что к чему, не маленькие. Раньше наш Институт обеспечивали различные договоры на работы и испытания в ускоренном времени. В частности, с нами, военными. Сейчас договориться не с кем, даже получить за исполненные заказы нельзя: все разорены, обворованы... по официозу, пардон, перераспределены - в пользу "элиты". Как и мы. Недавно мой шеф, генерал-лейтенант инженерной службы, профессор Федосов, покончил с собой. Застрелился. Под впечатлением раскурочивания ракетных комплексов, уничтожения их электронной начинки, кою он творил... ради того, чтобы заокеанские дяди снисходительно похлопали по плечу. Да... Я говорю, прежде сам бы таких куда надо отвел. А теперь шалишь. Ясно, что только в этом способе наше спасение. Важны два момента: первый этический брать у жуликов... вы понимаете, кого я имею в виду; второй - чтоб не было шуму.

– Во! Это самое главное.

– "Добро, воевода, бери себе шубу, бери себе шубу - да не было б шума..."

– Природа такого шума двояка: от внешних причин - и от своих...

.............................

– ... именно в качестве главного защитника всех нас от шума я хочу представить всем разработку нашего нового руководителя института. Благодаря его идее отражения НПВ-луча от ионизированных слоев атмосферы, а равно и таких же днищ облаков и туч... идею эту мы проверили и подтвердили хорошими опытами - так вот благодаря ей радиус действия Ловушек расширился. Раньше можно было... м-м... НПВ-перераспределять только в пределах прямой видимости, несколько километров. Что было чревато. Теперь это возможно на расстоянии до нескольких сот километров. (Одобрительный шум, возгласы: "Ай да Бармалеич!..") При подходящей погоде и состоянии атмосферы, разумеется.

– Более того, если при работе Ловушками в пределах видимости всегда был риск, что заметят, откуда возник НПВ-луч и куда им что-то... м-м... перераспределилось, почему и приходилось заниматься НПВ-перераспределением преимущественно в сумерках и ночью, то при отражении его от облака в небе, сами понимаете, это не так. Грешить теперь могут только на господа-бога...

– ... или наоборот.

– Что? Да, или на его антиподов. Впрочем, те ведь не из заоблачных высей вроде действуют?

– Нет, отчего же! "Печальный Демон, дух изгнанья, летал над грешною землей..."

.............................

– А раз так, то надо НПВ-перераспределять не из Института, не из зоны, вообще не из нашего города, а удалиться. И уже потом, знаете, оттуда сюда. В радиусе, позволяемом последними идеями нашего директора. Вот тогда точно не будет повода для шума. Ни у каких, понимаете ли, воевод. И без всяких, понимаете ли, шуб...

– Поддерживаю. Это, между нами говоря, главная заповедь блатного евангелия: не укради, где живешь - не живи, где воруешь! Это ж любой приблатненный знает. Так что надо где-то за пару сотен километров отсюда организовать филиальчик. Лучше в предгорьи. Там будет идеальная НПВ-"малина", "хаза" и схрон. Затырка.

– Вениамин Валерьянович! Я и не знала о вашем славном уголовном прошлом. Как раскрывается человек: ботать по фене, заповеди приблатненных... У вас была трудная юность?..

– А и знать нечего, ничего у меня такого не было. Я нормальный гражданин, смотрю телевизор. Там всему научат. У меня 40-канальный "Панасоник" с двойным экраном.

– Да! Так что вы, Людмила Сергеевна, будьте довольны, что он пока еще не маньяк и не пристает с половым извращением!

.............................

Филиал НИИ типа притон. Это славно!

– Товарищи, вы опять съехали. Мы же условились.

– Во! Овечье ущелье. Это исконно наше место. Исторически. Оттуда Корнев привел Шар.

– И командовать поручить Васе Шпортько.

– Почему?

– Он малый жох и из тех мест.

.............................

– Это обезопасит от шума внешних причин. Но есть и внутренние.

– Например?

– Например, стукачи.

– Но кто же у нас сам себе враг! Это ведь для людей делается.

– Найдутся. Присматривайте, к примеру, за signore comandante.

3.

Пожалуй, хватит темнить. Как главного избавителя от шума-скандала и разоблачений в Ловушечном бизнесе - а тем как и неявного "пахана" представили Варфоломея Дормидонтовича Любарского заправилы Ловушечных дел Буров и Панкратов. Нет, боже избавь, ни одного низкого слова не было употреблено. Перед высокоученым КоордСоветом были развернуты мощные научные идеи и решения в деле достижения Ловушками недоступных прежде мест на немыслимых расстояниях, предложенные высокоученым директором. Не обошлось и без того, что и как удалось взять уже в тех местах этим новым высоконаучным способом, как легко это доставлялось в НИИ и упрятывалось в К-схроны...

... И так сказать: настоящие дела действительно развернулись после применения этого эффекта отражения НПВ-языка от облаков, предвиденного Любарским, развитым и воспетым Буровым и Мишей. Проверяли его они же и Дуся Климов.

Эффект выглядел замечательно даже в лабораторной проверке в башне.

Выпущенный из жерла Ловушки НПВ-лучик отражался от металлического листа почти так же четко, как свет от зеркала; но оставался невидим. Заметить его можно было, как всегда, по действию, по результату: например, из-за угла, из-за шкафа взять им какой-то предмет. Точно так можно было и увидеть сей предмет в оптику Ловушки, просмотреть через оболочку НПВ-луча.

– Вот и чудесненько, - потер руки приглашенный на финальный опыт в лабораторию Панкратова Любарский.
– Теперь осталось заменить сей лист жести облаком в небе и проверить, далеко ли отразится.

– Варик, ты гений!..
– сердечно сказал Климов.
– Ты открываешь нам дорогу за горизонт.

До горизонта, в пределах прямого видения, они и сами все могли взять.

... А на Конфиденциальном Совете Варфоломей Дормидонтович все равно сидел во главе стола, как на иголках, время от времени розовел от похвал коллег вплоть до лысины. В уме вертелось: вот я и "пахан", эрудированный, интеллектуальный пахан. Мы делаем - с нами делается?..

Поделиться с друзьями: