Чтение онлайн

теперь стали частью их устройств - красивые отражатели, экраны

Первое, чем отличился Филиал ОУ, это открытием эффекта С-В, "скелет+вонь". Мы уже видели его страшное применение.

Открытие было нечаянное.

Предшествовавший ему парикмахерский, можно сказать, щадящий эффектик ОО-РР (Обрить-Остричь, попутно и Разуть-Раздеть, пустить в чем мать родила) обнаружили сразу, если помните, в первый день, на гусях и на главном инженере Бурове. Этот же потребовал развития данного направления и куда больших К.

То есть не он требовал, понятно, раз об этом эффекте и не знали; таких К требовали все большие цели и все большие дистанции. Чтоб сконцентрировать в малом, типа трубы телескопа, или чертежного футляра, не говоря уже о камере "фотоаппарата" - объеме физические К-пространства, в которых можно поместить уже не автомобиль, а автостоянку, не дом, а целый поселок, даже город... хотя не нужны им были ни автостоянки, ни города, требовалось лишь знать свои возможности, - так вот, для этого электрического поля от батареек недоставало. Надо было что-то с высоковольтными изоляторами и трансформаторной подстанцией, на тысячи вольт. А это не портативный прибор, в чемоданчик не упрячешь; даже на грузовике не увезешь.

Словом, переход количества в качество... но если точнее, то в отсутствие такового. И снова проблема, надо думать дальше. Так исхитрились с двухступенчатостью: Ловушку можно поместить в Ловушку. При этом если внешняя имеет К100 и помещенная в нее тоже, то во внутреннюю теперь идет пространство К10000.

– А если три ступени, то будет Ка-мильончик, чтоб вы мне все так были здоровы!
– мечтательно сказал Альтер Абрамович.
– Тогда всюду все возьмем.

На три ступени, впрочем, не замахивались. Обходились двумя.

И для регулировки достаточно батареек; только два комплекта в две схемы. "Обычный усилительный эффект, - скромно сказал Буров, когда его поздравляли с результатом, - вся электроника на них держится."

Восхитились, собственно, тем, что суммарное К10000 это упаковка ста физических метров в сантиметре, а если по объему, то миллиона кубометров в кубическом сантиметре. Выпрастывая такое пространство, далеко можно дотянуться и крупно взять.

О том, что заодно так упаковывается и время, упустили из виду; для мертвых предметов это роли не играло.

Но оно само напомнило о себе.

И вот по горам окрест Овечьего тяжеловесно карабкается Викентий Иванов, командир вертолетчиков и завзятый охотник. Обычно только ему доверяют доставку людей в Филиал; он в курсе всего - но держит язык за зубами. На плече у него Ловушка "типа ружжо". Вместо ствола у нее метровый цилиндр вроде того, куда прячут свернутые чертежи; но все прочее как положено: приклад, оптический прицел, спусковой крючок-контакт. И главное, двухступенчатая; правда всего К100 на К50 - но и это немало. В пределах прямой видимости можно взять валун тонн на пятьдесят, ни в один грузовик не влезет... только зачем он ему! Можно и дерево на гриве сопки, хоть и всю рощицу в красно-золотой листве... но и она ни к чему.

А нужен Викентию горный баран, он же джейран; или горный винторогий козел. Они есть здесь еще, обитают. Очень осторожны, хорошо видят и на ружейный выстрел не подпустят. Но от этого "ружжа" не уйдешь!.. Главное, заметить, найти.

И заметил в 64-кратный бинокль на двухкилометровом расстоянии - на скале на фоне синего неба около снегов Дашука. И взял вместе с верхушкой скалы камень, изолятор, что поделаешь. Так и понес в "ружже", как в рюкзаке; легко и не тянет. Два часа добирался обратно, предвкушал, как вывалит около ручья, покажет ребятам, похвалится.

... И вывалил: кучу серой кремнистой пыли, шерстяного пуха и скелет козла. А сверх того из жерла "ружжа" изверглось такое облако смрада, что все собравшиеся полюбопытствовать бросились, зажимая носы, плюясь и кашляя, прочь; сам Иванов тоже.

Потом посчитали: за эти два часа труп козла пролежал в Ловушке год и два месяца. Вот и...

Этого не учитывали, упускали из виду - что К-пространство оно же и К-время. Теперь пришлось.

Винтовые рога, впрочем, Викентий в своей комнате укрепил над ковром.

Как не нужны были им чрезмерные НПВ-захваты больших объемов чужих имуществ (наиболее благоприятные для Ловушек), так - и тем более - не требовался и сей эффект С+В. Описанное в прологе применение его было едва ли не единственным; там работали с Ловушкой-миллионником, поэтому для превращения в скелет и вонь того открывшего стрельбу паршивца хватило десятка секунд.

Но - всегда надо знать свои возможности.

4.

Автор понимает, что многие читатели аж приплясывают на стуле в нетерпеливом ожидании еще и еще описаний фактов НПВ-краж. Да покруче, чем с банком "комсомольским" или с той крепостью. Да со смаком, чтоб сопереживать и вожделеть:

– Эх, вот мне бы такое!..

– Вот уж я бы!...

Но, знаете, не пишется. Что-то оно не то. Мелковато. Это, наверное, сказывается эффект присутствия над головами людей, работающих в Шаре, Меняющейся Вселенной.

...В обычном мире люди, создающие себе успехи и достаток путем краж, афер, мошенничеств, не думают о Вселенной, не вспоминают о галактиках и звездах; для них все равно даже, круглая Земля или все еще плоская и стоит на трех китах. И вообще лучше бы она заканчивалась в Шепетовке, о гранитные берега которой пусть разбиваются волны Мирового океана.

А вот здесь так нельзя. Она есть, окрестная Вселенная - да еще и МВ, Меняющаяся Вселенная над ними. Никуда от этого не деться.

Поэтому лучше про иное. Про переживания директора Любарского, например.

Если успех своей идеи отражения НПВ-луча от облаков Варфоломея Дормидонтовича как-то не очень радовал, то в другом важном - архи-важнейшем! направлении все равно он шел впереди всех.

И не слишком даже гнался за признанием и пониманием. Была попытка найти общий язык с Панкратовым, затронул эту тему в беседе с Зискиндом - и все.

Это направление было навеяно предсмертными словами Пеца, предсмертным же монологом Корнева. Что происходит здесь на самом деле? Что мы делаем - и что с нами делается? Как и в чем выпирает под видом одного другое? Трудные вопросы. И какие-то интимные. Философски интимные.

"Есть что-то пугающее, - запишет он в своем дискетном дневнике, - в том, как идеально, будто на заказ переделались в дальнобойные Ловушки-ЛОМы те спасенные Мишей Панкратовым менисковые телескопы. "Максутики". Из приборов наблюдения в устройства НПВ-хватания - и телескопические, тоже очень издалека.