Чтение онлайн

Подавленный нюансами своего происхождения, Каэдрон ушел, даже не заметив, в каком состоянии оставил отца.

4

Поселок был самым обычным вроде, но что-то цепляло глаз. Наконец Тамара поняла, что именно. Рядом с домами не было огородов. Цветы, деревья - это да, этого хватало, но не грядки. Совсем как на сытом буржуазном Западе. И сами дома: добротные, кирпичные, с резными наличниками, изящными крылечками, точеными балясинами - но скромненько небольшие. Как будто никто не хотел выделяться, в отличие от родного мира Тамары. Хотя...за лесом поднимались к небу остроконечные крыши особняка. Значит, и здесь есть свои богатенькие.

Есть Тамаре было нечего. Спать - это проще, в рюкзаке имеется пенка. Потому интерес Тамары к огородам был неслучайным. Есть-то хотелось.

По улице, приятно чистой, выложенной каменными плитами, брел человек в спецовке. Обычный такой человек, под хмельком, бледный, жидковолосый, ничего особенного.

Администрация у вас где?
– осведомилась у него Тамара.

Кушать нечего, спать негде - пусть администрация и заботится, для того она и существует. Или что у них тут? Барин? Тоже сгодится.

В общем, скалолазы нигде не пропадут.

– На площади увидишь, - благожелательно, но рассеянно ответствовал рабочий и побрел дальше.

– По флагу найду, что ли?
– буркнула Тамара ему в спину.

Она привыкла, что мужчины не обращают на нее внимания, ибо не на что обращать-то - но мог бы из любопытства глянуть!

На маленькой площади в окружении магазинчиков стоял серый казенный дом. Над крыльцом трепетал красный флаг. Ну, надо же!

В администрации поселка - кстати, назывался он без затей "Угольные копи" - было безлюдно.

– Я новая, с Изнанки, - чувствуя себя полной дурой, доложила Тамара.
– К кому мне?

Старичок поправил квадратные очки, вгляделся.

– С Изнанки!
– радостно согласился он.
– Есть, поди, хочешь?

Тамара угрюмо набычилась - чего смешного-то?

Вахтер шустро проковылял к железному ящику, украшенному причудливой ковкой, приподнял крышку, шевеля губами, достал оттуда монеты.

– На обустройство, - сунул он монеты Тамаре.
– А захочешь насчет работы узнать, подожди, пока старшина из замка вернется. Он скоро подойдет - ежели, конечно, его там не спалят.

– А расписаться где?

Старичок охотно рассмеялся аж задребезжал от смеха.

– Надо же, ты и писать умеешь?
– веселился он.
– А на кой мне твоя подпись? Только бумагу замараешь. Уж я лучше на той бумажке любовную писульку своей старушке черкну! Вдруг смягчится нравом?

– Но как-то же вас контролируют?!
– рявкнула Тамара.

Вахтер мгновенно посерьезнел.

– А контролируют нас просто, - сообщил он.
– И захочешь, да не уворуешь. Так вот дашь свободу ручкам шаловливым, придет стражник, под локоток да в замок. А оттуда вернешься к любимой старушке горсткой пепла, это у нас запросто. Одно хорошо, на похороны не придется бабке тратиться. Да ты иди, сама скоро вникнешь в наше правосудие...

Тамара покинула администрацию в задумчивости. Как-то неприятно вспомнился надменный Каэдрон. Тоже ведь грозился спалить.

Гостиница нашлась здесь же, на площади. Худосочный хозяин внимательно осмотрел Тамару, поскучнел и выдал ей тяжеленный кованый ключ.

– Прибывшим с Изнанки номер бесплатный, - буркнул он.
– За еду и прочее заплатишь. Твоих обустройственных хватит.

– Странные у вас порядки, - заметила Тамара.
– А если я с этими обустройственными свалю отсюда?

Хозяин понял ее по-своему.

– Ближайший поселок в дне ходьбы по Южному тракту. Подорожную возьмете у старшины.

– Да не собираюсь я пока по Южному тракту!
– возмутилась Тамара.
– Я еще тут не осмотрелась...

И тут хлопнула входная дверь. Хозяин сменился в лице. Через порог уверенно шагнули два мужика со здоровенными, будто настоящими, копьями. Сбоку держался кудлатый, цыганистого вида мужичище в горной спецовке.

– Не собираешься никуда, значит?
– осклабился он.
– А ведь придется, девонька, ой как придется.

– Чего она натворила, старшина?
– осторожно полюбопытствовал хозяин гостиницы.

– Может, и ничего. В замок ее требуют.

В лапище у старшины пряталась малая посудина. Как раз горсточка праха вместится. Тамара похолодела.

Дорога, выложенная камнем, вела за поселок. Встречные бросали на Тамару осторожные сочувственные взгляды.

Страх у Тамары сменился привычной ясной расчетливостью. Если б она поддавалась чувствам, и если б их у нее было в достатке, кстати - не дожила в скалолазах до преклонных лет.

Дорога вела мимо скал! Каменный язык сполз сквозь лес прямо к идущим. Вертикалка, карниз - подумаешь! Спаси и защити, камень, преданную тебе!

Резко скрипнули калоши, лучшая скалолазная обувка. Стражники ошеломленно смотрели, как бешеная девка прет вверх по утесу.

– Зараза!
– с чувством сказал старшина.
– Сбей ее аккуратно, Степаныч!

– Аккуратно у нас только Митридат умеет, - проворчал стражник.
– Пусть ползет. Мы же все равно ее туда и вели?

Черноусый Митридат остался сторожить внизу, а Степаныч и старшина бегом кинулись по дороге. Старшина сипел и ругался. Тамара отлично их видела, но не понимала, куда это они сорвались. Ну, скоро это разъяснилось. Она резко взяла очередной карниз - и уткнулась взглядом в сапоги старшины. Тот хрипел и вытирал с багрового лица пот.

– Хорошо лазишь, девка!
– поделился наблюдениями он.
– Возьму к себе...горноспасателем! Ежели из замка вернешься, конешно.

Замок возвышался перед Тамарой во всей своей угрюмой красе. А у кованых входных дверей стоял, расставив ноги, злой Коля - Каэдрон.

Стражники попятились, как только юноша поднял руку.

– Не судьба тебе в горноспасатели!
– предсказал старшина, набирая противопожарную дистанцию.

Она, как ни странно, не испугалась. Ну и что, что сажа под ногами и стражники белые. До топорика дотянуться - одно движение. Рюкзачок настоящий скалолаз где попало не бросит, потому он за спиной.

– Приветствую тебя от имени Владык, - сказал Каэдрон и опустил руку.
– Проходи, отец ждет.

Тамаре показалось, что он скорчил стражникам козью морду. Или не показалось?

В зале со стрельчатыми сводами стоял хмурый черноволосый мужчина. В трауре, что ли? Иначе, зачем бы ему одежда из черной кожи?

– Расскажи о себе, - жестко предложил он.

Тамара безразлично пожала плечами - что рассказывать-то?

Рядом с Владыкой возникла девушка чудной, редкостной красоты. Оглядела Тамару синими глазами, словно нарисованными на пол-лица.