Чтение онлайн

В яме распоряжался сержант Ромеро, крепкий и суровый малый, который умел точно стрелять из всего, что стреляет, и дослужился до ганнери-сержанта. Там же был несколько морских пехотинцев, из которых Гонсалес не знал никого и какие-то винтовки, аккуратно разложенные на столе.

Огневая позиция — как они ее называли — представляла собой лабиринт с мишенями, заглубленный в землю примерно на двадцать футов. Это была огромная, выкопанная морскими пчелами [34] яма, в которую потом краном опустили несколько десятков мешков HESCO, создавая стрелковый лабиринт. В лабиринте были мишени, частично закрепленные на мешках, частично — на столбах из покрышек, внутри тоже заполненных песком. В северном конце ямы было выстроено что-то вроде "дома убийств", сама яма была поделена на три неравные части баррикадами из мешков с песком. Стрелок начинал двигаться направлением на север, доходил до дома убийств, проходил его, потом спрыгивал со второго этажа — и начинал двигаться в обратном направлении. Получалось, что он описывал круг, возвращаясь туда, откуда он пришел.

— Гонсалес — ты в самовольной отлучке или как? — поприветствовал спустившегося в яму Гонсалеса Ромеро

— Никак нет, сэр, вожу прикомандированных гражданских специалистов.

— Прикомандированных… Ну, тогда давай, подплывай сюда, если за ремеслом таксиста ты не забыл, как это делается…

Морпехи, присутствовавшие в яме засмеялись, послышались шуточки. Морская пехота — особенный род войск, здесь нет присущей армии тяжеловесности — но дела делаются, и ничуть не хуже. Да, сэр…

— Итак, парни, перед нами то, чем возможно будет вооружен каждый морской пехотинец через несколько лет — начал ганнери-сержант, держа перед собой несколько необычную автоматическую винтовку с передней рукояткой и странно широкой горловиной магазина. Вам придется носить эту дрянь в течение трех месяцев, потом дать заключение на нее, чтобы парни из штаба решили, надо нам это или нет. Эта винтовка изготовлена компанией Кольт специально под наши требования. Во-первых, у нее усовершенствованный отвод газов на поршень, но есть небольшая особенность. Что-то вроде двойного действия. Мы все знаем, что стрелять с закрытого затвора получается намного точнее, не так ли?

— Да, сэр.

— Ну, вот. Но если мы, ребята, по уши в дерьме и чтобы выбраться, надо выпустить как можно больше пуль и как можно быстрее — тут закрытый затвор становится уже препятствием. Если винтовка долго стреляла автоматическим огнем при закрытом затворе — возможны самые разные неприятности, от самопроизвольного выстрела из-за воспламенения патрона в стволе и до отказа. Но в этой винтовке все устроено очень хитро — одиночными выстрелами она бьет с закрытого затвора, но если нужно стрелять очередями — она автоматически превращается в нечто подобное ручному пулемету и стреляет уже с открытого затвора. Не так точно — но намного надежнее [35] . Все понятно?

— Да, сэр.

— Если винтовка стреляет одиночными — она бьет точно. Если нужен автоматический огонь — она меняет точность на надежность, причем самостоятельно, без участия стрелка. Как все это будет происходить на практике, джентльмены — придется выяснить вам, но у инженеров на фирменном стрельбище получалось неплохо. Идем далее.

Второе серьезное усовершенствование — это смена калибра. Винтовка как обычно делится на лоуэр и аппер — но и тот и другой — необычные. Лоуэр позволяет принимать как магазины калибра 6*45 [36] , так и магазины калибра 7,62*51 Винчестер. Аппер позволяет быстро менять ствол и затворную группу. Инженеры Кольта утверждают, что можно сменить калибр винтовки даже в полевых условиях меньше, чем за две минуты. Так это или нет — тоже предстоит выяснить вам, джентльмены.

И третье — это магазины. Никогда не видел настоящего морского пехотинца, который был бы доволен емкостью магазина — потому что, когда дело доходит до настоящей перестрелки, думать о смене магазина некогда и чем больше патронов ты можешь быстро выпустить в цель — тем лучше для тебя и тем хуже для цели. Раньше у нас было десять патронов, потом двадцать, потом тридцать — теперь нам не хватает и этого. Так вот, господа — перед вами несколько магазинов, которые мы должны испытать, и сказать — какой нам нравится больше. Вот эти — ганнери-сержант поднял два необычно толстых и длинных магазина — это разработка компании Sure-Fire, которая делает не только фонари. Четырехрядные магазины, один на шестьдесят, другой на сто патронов калибра шесть миллиметров. Причем тот, что на шестьдесят можно носить в качестве основного, он всего на двадцать процентов длиннее стандартного, на тридцать. А вот эти два магазина — ганнери — сержант показал на два других магазина — это Арматек. Тот, что с обычным барабаном — на семьдесят пять патронов, тот, что со сдвоенным — на сто пятьдесят. Сто пятьдесят — это, конечно, слишком для патрулирования — но если мой Хамви подобьют и мне придется уносить ноги под огнем — я буду рад иметь в своем рюкзаке хотя бы один такой магазин, чтобы у меня в руках был не автомат — а нечто подобное ручному пулемету.

Наконец четвертое — это прицел. Прицел здесь — новый прицел фирмы Leupold, одобренный Colt и изготовленный под ее контролем. Как видите — это простой и прочный прицел в корпусе из начерненной стали. Трехкратное увеличение — но в отличие от ACOG здесь поверх установлен встроенный прицел типа "красная точка" и не надо ничего мудрить. У вас есть прицел для ближней дистанции, и есть прицел для средней дистанции. Возможно, такими будут оснащаться все поставляемые нам карабины и не нужно будет ничего придумывать с закупками.

Итак, господа, вначале вы опробуете новое оружие на полосе, потом оно вам будет выдано для временного ношения вместо штатного, штатное сдадите мне, на временное хранение. Кто пойдет первым, джентльмены?

— Капрал Гонсалес пойдет первым!

Все посмотрели наверх — а капрал от неожиданности даже вздрогнул. Полковник Форрестол стоял у ямы, рядом с мешком HESCO и смотрел вниз.

— Гонсалес, вперед — скомандовал ганнери-сержант — ваше оружие.

Капрал сдал свой обычный Commando, чертовски удобный в сопровождении и передвижении на машинах, взамен получил новое оружие. Оно было тяжелее, ненамного, но тяжелее штатного М4. Прикладка, центр тяжести, органы управления — были теми же самыми. На этой винтовке было воспитано два поколения морских пехотинцев, где что — помнили на уровне рефлексов.

Тридцать мишеней — объявил мишенную обстановку ганнери-сержант — десять из них типа "террорист и заложник". Неизвестное количество гражданских, так что смотри, куда стреляешь. Штрафные — как обычно.

Понимая, что стрелять из положения лежа не придется — капрал взял снаряженный стозарядный магазин и вставил его в винтовку. Он был тяжелым — но его тяжесть приходилась как раз на центр тяжести винтовки и не влияла на скорость стрельбы из нее. На нем не было ни стрелковых наушников, ни наколенников — но об этом он вспомнил только тогда, когда подошел к огневому рубежу.

— Is the shooter ready? — прозвучала уставная команда

— Yes

Ганни щелкнул секундомером

— Go!

Перед стрельбой нужно было пройти поворот, на девяносто градусов вправо, сделать это с винтовкой на изготовку не так то просто — но капрал помнил это стрельбище и все сделал правильно. Он выбежал на поле, первая мишень оказалась совсем рядом — он поразил ее выстрелом навскидку, с расстояния футов десять. В этом то и заключались сложности — морские пехотинцы приезжали с Пэрис-Айленда, умея дырявить мишени из штатного оружия с трехсот шагов — но и черта не знающие, что делать в ближнем бою.

Можно было проходить стрельбище двумя путями — либо стрелять на ходу, сокращая дистанцию до цели и рискуя поразить либо заложника, либо гражданского — либо наметить несколько остановок, с остановки чисто отработать те мишени, которые ты видишь — а потом бежать со всех сил к следующей точке остановки. Гонсалес выбрал второе — оперев цевье винтовки на мешок, на котором была прикреплена первая мишень, он несколькими точными и быстрыми одиночными выстрелами поразил все мишени, которые видел — и только потом бросился к дому. Винтовка била не так, как старая М4 без газоотвода на поршень — но отдача была вполне приемлемой. Прицел был просто великолепен — с широким полем зрения и небольшой, не заслоняющей цель — но яркой прицельной маркой.