Чтение онлайн

— Не поймите неправильно, — оправдывался Ллойву. — Наши отношения с отцом отличаются от остальных. В моей семье все несколько иначе. Он тоже заботиться о нас. По-своему…

— Советник — не простой иллой, — осторожно заметил Сигрид, стараясь не слишком глубоко вкапываться в чужую жизнь.

— Да, — Ллойву улыбнулся и опустил голову. Молчание затянулось. Светило опустилось за горизонт, и в саду стало прохладно и совершенно темно. Высокие кусты сирени теперь выглядели, как огромные враждебные тени. Протяжно застонала земля, чуть вздрогнув, словно большой раненый зверь. Долго, с оттяжкой выла где-то из-за горизонта, стараясь, чтобы её услышали. Небо над головой сгустилось и затвердело непроницаемым антрацитовым кристаллом. Ллойву тряхнул головой и отвернулся.

— Нам пора в дом, — осторожно заметил Компаньон.

— Вы не могли бы отнести мои бумаги в кабинет? Я еще посижу.

— Все в порядке? — так же осторожно поинтересовался Сигрид.

— Да. Я…просто хочу посидеть в тишине.

Сигрид осторожно сгреб кипу в подобие аккуратной пачки. Снял с вершины сложное приспособление и положил на стол перед страцием.

— Я завтра разберу бумаги, — зачем-то уточнил Ллойву ни кому не обращаясь.

Оттащив бумаги в кабинет, и прихватив масляный фонарь, заботливо зажженный Ивом, Сигрид вернулся в сад.

— Немного света, — улыбнулся он, поставив светильник на стол, присаживаясь на свое прежнее место на скамье. Стеклышки лежащих окуляров веселыми бликами подмигнули ему. Сигрид поднял глаза на страция. Ллойву задумчиво перебирал в пальцах сорванный цветок сирени. Неровный свет масляного фонаря без стеснений рисовал глубокие тени под глазами. Радужки глаз страция снова налились цветом, и это был дурной знак.

— Вам нездоровится?

— Нет, все в порядке. Просто немного устал.

Сигрид положил руки с локтями на стол и уронил на них голову. Здесь звуки улицы звучали намного глуше. Казалось, что особнячок стоял за городом, а не в центре столицы.

— Завтра вам предстоит еще одно испытание, — нарушил молчание Ллойву. — Отец пригласил меня на семейный ужин. Сомневаюсь, что список приглашенных ограничится кругом семьи.

— Ничего, — тихо прошелестел Сигрид, предвкушая ещё один тяжёлый вечер. — Это моя работа.

— Не принимайте это, как удар судьбы, — рассмеялся Ллойву. — Все не так плохо.

— Можно задать вопрос? — Сигрид перевел взгляд на страция.

— Разумеется. Раз уж мы живем вместе…

Сигрид натянуто улыбнулся шутке.

— Это моя работа, — возразил он.

— Без сомнений. Без сомнений. Не принимайте близко к сердцу, — Ллойву поднял ладони вверх. — Не сомневаюсь, что в иных обстоятельствах мы бы с вами даже не пересеклись.

— Вы в ссоре с Советником? — выпалил Сигрид на удачу. — Он настолько скверный отец?

— Хм… — Ллойву смял ветку сирени в кулаке. — Я бы назвал это состоянием холодного перемирия. Мы не в ссоре. Но и мира между нами нет. Это не для новостных листков, если вы понимаете.

— Да, понимаю.

— Вы знаете, что такое Уравнитель? — глаза Ллойву недобро блеснули в свете фонаря, и Сигрид напрягся. В спину, словно вогнали стальной прут, как в первые дни службы, и Сигрид выровнялся, прижимаясь к спинке скамьи. Жертвенный подался вперед, сокращая между ними расстояние, а компаньон постарался его увеличить, отодвинувшись на край.

— Да, — кивнул Сигрид.

— Эту технологию списали со способности при помощи Искры стирать память. Она берет начало от Окто, но Жертвенному Окто не нужен.

— Что вы хотите сказать?

— Все, о чем мы говорим в этих стенах, должно в них и оставаться. Если хоть что-то попадет в газеты… — Ллойву неловко попытался дотянуться до руки Компаньона, а тот спрятал ладони меж своих колен, избегая контакта. — Я без сомнений лишу вас памяти и сознания. До скончания своей жизни вы будете пускать слюну на грудь.

— Простите, — Сигрид виновато улыбнулся, сглаживая неловкость. — Я не хотел вас обидеть.

— Я тоже, — Ллойву откинулся снова на спинку скамьи, неловко дернул головой. — Некоторые иллои ошибочно полагают, что мой дом не защищен от проникновений, и здесь можно выведать пару сенсаций. Это не так.

Сигрид неловко сцепил руки в замок на коленях.

— Простите, — снова сказал он. Отношения страция с отцом определенно были темой, которую трогать не следовало, понял Сигрид. Иначе он бы не стал так остро реагировать. Помолчали. Ллойву встал и, молча, ушел в дом. Сигрид остался в беседке один.

Господин Салле не спал всю ночь. Комиссия, прибывшая на место происшествия, не увидела состава преступления в смерти Дейле Лурри. Но и причин объяснить не смогла, тело его просто высохло. Как мог крупный иллой просто высохнуть за несколько минут подъема в клетке? Чудеса. И, что ещё более странно, шахта теперь не переставала гудеть, а мастер Нойз не переставал утверждать, что слышить чей-то голос. Чертовщина! Шахту опечатали, загадки оставили дознавателям, а вот кто покроет убытки, так и не сообщили. Мастер Вальм, узнав об инциденте, посетовал, что из-за сокращения подачи энергии в шахтах стало меньше света. Но при чём здесь это? Лурри мёртв, его вдова до сих пор не может поверить в произошедшее, а господин Вальм, как заведённый, ведёт речь о том, что Совет Жертвенных бездействует. Если Жертвенные асатры могут положить конец безобразию, творящемуся на глубине, то без сомнений, пусть сделают это! Невозможно просто закрыть шахту и забыть про неё. Нужно найти причину этого странного происшествия, и потому с рассветом господин Салле уже был на месте службы, не в силах оставаться дома. Там же оказался и мастер Нойз, по-всему тоже провёдший ночь без сна.

— Процветай, мастер Нойз, — мастер Салле прижал правую ладонь к сердцу, приветствуя своего мастера.

— Бросьте, мастер Салле, мы с вами не из неприкасаемых, — отмахнулся невысокий, сгорбившийся за ночь, мастер Нойз, протягивая натруженную ладонь. Мастер Салле ухватился за предплечье и крепко сжал, получив в ответ столь же обнадёживающее пожатие.

— Шахту закрыли до выяснения, — зачем-то уточнил мастер Салле.

— Я тебе точно говорю, там что-то не чисто! — зловещим шёпотом донес до него мастер Нойз. — Я слышал! И ребята слышали!

— Что же ты слышал, Лиго? — не заметив, мастер Салле перешёл на фамильярное обращение, но мастер Нойз был так возбуждён, что не заметил.

— Я не уверен, — прошептал он, хотя они были одни возле выработки, — но мне кажется это старый илои. На котором говорили наши предки.

— Разве он так сильно отличается? — удивился мастер Салле. Стало обидно, что мастер Нойз вдруг оказался знатным языковедом, когда мастер Салле не разобрал были это слова или просто никчемный шум.

— Я разобрал только несколько слов, — смутился мастер Нойз, — мне так показалось.

— Ты сообщил дознавателям? — может это и не чушь вовсе, кто знает? — Сказал?

— Не знаю, Аноро, боюсь, как бы мне не назначили визит Спасителя Душ… Это, знаешь, здорово ударит по моей репутации.

— Куда уж хуже, Лиго! Лурри мёрв! Разве время заботиться о репутации?

— Кровь, оно говорило о крови… — тихим могильным шёпотом сообщил мастер Нойз, — мне кажется, оно просило больше.

— Боги, Лиго, — мастер Салле воздел глаза к сводчатому, укрепленному толстыми деревянными распорами потолку. От солидного мастера ли он это слышал?