Чтение онлайн

— Ладно, ладно, считай мы оценили, как это было трудно, — Осборн похлопал Дика по плечу, — может наконец ты расскажешь нам кто эти «они», почему блокируют сигнал и как это связано с тем что мы туда летим?

— Все просто: «они» это мы, и мы с ними воюем.

— Чтоо? — вопрос одновременно вырвался из десятка глоток.

— Вот посмотрите, — Дик развернул картинку коммуникатора, так, чтобы было видно всем. Перед замолчавшими зрителями развернулось темное небо, усеянное десятками светящихся точек. Неожиданно изображение приблизилось и несмотря на дрожание и нередкие помехи, стало отчетливо видно, что это боевые корабли Союза. Впереди полусферой выстроились эсминцы, ведущие огонь по орбитальным системам обороны Текноса. Вокруг планеты одна за другой взрывались орбитальные крепости. Но и эсминцам Союза тоже доставалось. Их защитные поля то и дело вспыхивали от попадания ракет и излучений обороняющихся. Самая большая крепость Текноса сосредоточила сразу четыре толстых пучка излучений на эсминце в центре боевого прядка наступавших. Защитное поле корабля вспыхнуло подобно сверхновой и тут же погасло, а на месте флагмана вспучилось огненное облако. В появившуюся брешь, не теряя не мгновения устремился плотный рой орбитальных истребителей с эмблемой Текноса на бортах. Одновременно из глубины, выстроенной кораблями Союза, сферы им навстречу накатывал огромный вал перехватчиков. Но еще до того, как перехватчики Союза встретились с врагом, на истребителях Текноса сосредоточили огонь имперские эсминцы. За кадром раздался стон оператора, когда не менее трети истребителей Текноса взорвались под ответным огнем кораблей Союза. Впрочем, эсминцы задержали свой огонь на истребителях всего на пару секунд, а затем перевели свои смертоносные лучи на станцию, осмелившуюся уничтожить флагман Союза. Станция под названием «Орел» прежде чем сгореть умудрилась вывести из строя еще один эсминец противника. Тот после того как по нему только вскользь прошел пучок излучения от станции, неожиданно прекратил огонь и медленным ходом, то и дело подвергая свое защитное поле опасности быть разрушенным, убрался вглубь строя.

Между тем волна имперских перехватчиков захлестнула сильно прореженный рой истребителей Текноса и бой распался на отдельные кучки, где на каждый корабль Текноса приходилось по три— четыре перехватчика Союза.

Изображение дрогнуло, зарябило, но тут же восстановилась, уже с бегущей строкой внизу картинки.

— Это я уже местный канал нашел, до этого скорее всего кто-то на передовой снимал, — пояснил Дик. На него все зашикали и стали еще внимательнее смотреть трансляцию. Бегущая строка сообщала: «По данным Центра обороны Текноса в ходе упорных и продолжительных боев наша сеть орбитальной стражи нанесла существенный урон флоту Союза. Было уничтожено два эсминца и не менее ста десяти перехватчиков противника, еще семь эсминцев и более двухсот перехватчиков выведено из строя, убито свыше четырех тысяч и ранено более десяти тысяч солдат противника. Наши потери: девятнадцать из сорока двух автоматических станций, четыреста тридцать семь истребителей, убитых и раненых нет. Несмотря на героическое сопротивление наших стражей, противнику удалось прорвать внешний орбитальный периметр Текноса. Внимание: воздушно-космическая тревога! Внимание воздушно-космическая тревога». На картинке было видно, как на орбите Текноса догорали крепости защитников, а стая перехватчиков устремилась к залитой ночным освещением поверхности планеты. Впрочем, освещение тут же стало гаснуть, а навстречу атакующим поднялось облако ракет. На этом запись оборвалась.

— А почему у нас тысячи погибших, а у них не одного? — спросил кто-то из смотревших запись жандармов.

— Потому что врут, — заявил Лен.

— Нет, не думаю, — сказал Дик, продолжая копаться в коммуникаторе, — скорей всего у них просто вся армия из роботов. Вот смотрите дальше.

Теперь всем хорошо было видно, как ракеты с Текноса сбили большинство перехватчиков. Из некоторых кораблей повываливались пилоты и стали медленно опускаться на поверхность, но может быть в нескольких сотнях метров от поверхности спасательные капсулы словно ложились на какой-то невидимый барьер и через доли секунды взрывались. Тоже происходило и с теми немногочисленными ракетами и бомбами, которые успели сбросить имперские перехватчики…

— Что здесь происходит? — в дверях стоял командир их роты лейтенант Круз. Кто разрешил выход в Сеть? Впрочем, не важно, разберемся позже. Выходи на построение.

Перед строем вышел полковник Эверид и своим зычным голосом объявил:

— Джентльмены, вы только что закончили учебную часть, тем не менее наш Великий Сатрап Адонис Брад и Император приняли решение оказать вам великую честь. Нувориши и изменники с планеты Текнос препятствуют выполнению благородной миссии содействия и помощи народам Арендных территорий. Они отказали в возможности пройти к Арендным территориям нашей эскадре через сектор, который контролирует Текнос. В связи с этим Император отдал приказ провести операцию по принуждению к повиновению. Наши эсминцы уже преодолели орбитальный периметр Текноса. Теперь наши доблестные имперские десантники высаживаются в окрестностях городов супостата и будут в них входить. Вы идете вторым эшелоном и зачищаете то, что не зачистили десантники. Поэтому вы передаетесь в оперативное подчинение соответствующим подразделениям имперского десанта.

Лен первый раз осуществлял десантирование с зависающего планетолёта. Их взвод разместился в старом планетолёте типа «Драккар». После получасового тряского спуска с орбиты «Драккар» завис в трех метрах над землей, и позеленевшие жандармы как горох посыпались на ровно выстриженный газон.

Совершив перекат и встав на колено Лен согласно уставу, огляделся по сторонам. Как ни странно, этот отличный газон располагался почти в центре леса. Да и сам лес выглядел не менее странно. Осборн леса видел только на экране, но то что он видел сейчас, очень сильно отличалось от тех непроходимых чащ из учебных программ. Здесь деревья были ровненькие, примерно одинаковой высоты, с одинаковыми в обхвате стволами. Хотя всего было пять или шесть видов деревьев, но все они чередовались между собой в определенном порядке…

— Странный лес, — словно читая его мысли, произнес Писарь, — больше похож на парк…

— Внимание, отставить разговорчики, — прошипел сержант, слушать задание, — В двух милях западнее находится населенный пункт. Его по идее уже зачистили передовые части. Врагов и их техники там остаться не должно. Наша задача скрытно выдвинуться, занять населенный пункт, ликвидировать остаточное сопротивление, проверить гражданское население, утвердить оккупационный режим и самое главное найти, захватить и отключить местную энергостанцию с целью не допустить сопротивления со стороны гражданского населения. Задача ясна, вопросы есть?

— А как связаны возможное гражданское сопротивление и энергостанция — подал голос Писарь.

— Какая разница, как они связаны, задача поставлена, выполнять! — рявкнул сержант, — ясно?

— Так точно, сэр, — рявкнул взвод в одно горло.

— Тогда рассредоточиться, короткими перебежками бегом марш, впереди Ллойд, замыкающим Осборн.

Взвод рассыпавшись, спрятался за деревьями и стал медленно продвигаться к городу. Когда Лен увидел город, то очень удивился. Город, как и лес тоже был странен. Он как-то резко и сразу начинался. Вот только здесь был газон леса, и вот тут уже городская улица с каким-то странным покрытием. Осборн не удержался и потрогал, — похоже на пластмассу. Дома тоже были странные. Издали казалось, что город застроен огромными дворцами и башнями, различных форм и цветов. Здесь были шпили, устремленные в небо, прекрасные ажурные ротонды, похожие на серебристых змей анфилады, какие-то сверкающие на солнце шары, здание похожие на початки и деревья. Все они были украшены множеством террас, балконов, висячих садов.

Однако такое впечатление сохранялось на расстоянии не ближе десяти метров. Когда они подошли к первому зданию на более близкое расстояние, на месте красивой трехэтажной усадьбы увитой плющом, появилось радужное пятно с очертаниями, отдаленно напоминающими дом. Когда между солдатами и зданием оставалось меньше четырех метров, стало ясно, что это ни какая не усадьба. Вместо нее стоял приземистый параллелепипед высотой в этаж, утыканный штырями различной длины, образующими контуры разнообразной конфигурации. Посреди стенки был прорублен проем. Лен, Том и Писарь, действуя в одной тройке, прикрывая друг друга и контролируя периметр зашли в одно из зданий и на мгновение замерли, привыкая к темноте.

— Чертовщина какая— то, ну и нафига это все, — выругался Лен, когда увидел внутри голые стены. Здесь не было никакой мебели. В абсолютно пустой комнате стоял только стол. Из комнаты вел только один выход. Медленно, крадучись, стараясь не шуметь бойцы аккуратно прошли дальше. В соседнем помещении тоже никого не было. Только посередине стоял огромный наклоненный под углом в сорок пять градусов гроб на ножке. От него с разных сторон в стену уходило множество проводов и шлангов.

— Это что еще такое? — прошептал Писарь, — смотрите здесь окошко, — Дик заглянул сверху.

— Там кто-то есть, и он живой! — воскликнул Том.

Сквозь толстое стекло или не стекло, Лен затруднялся с пониманием того, что это за материал, было отчетливо видно бледное лицо немолодой женщины.

— И че это такое? — спросил Говард, по прозвищу Громила, один из самых тупых жандармов на свете, тыкая стволом в окошко гроба.

— Это саркофаг, — глубокомысленно заметил Писарь, вот для чего он…

— Да! Для чего он? — эхом повторил Говард.

— Может они так хоронят своих мертвецов? — спросил сержант.

— Это вряд ли. Она дышит, правда очень неглубоко, — Писарь пристально рассматривал бабку сквозь стекло.

— А, давайте его тогда вскроем, — снова подал голос Громила.

— Нее, нельзя, вдруг это какой-нибудь медицинский прибор, мы вскроем, а бабка окочурится, — высказал сомнение Писарь.

— Кто сказал, что нельзя? Ну даже если бабка отправится к праотцам. Нам какое дело? — это же вражеская бабка.

— Ладно, раз этот ящик — медицинский, давайте позовем нашего лекаря Рубенса.